Чтение онлайн

— Ну что дальше… а дальше война началась… муж без вести пропал, а я вот, как видишь…

— Вижу, Надя.

— Надя, с мелькнувшей в глазах надеждой, спросила:

— Может ты встречал его где?

— Кого?

— Мужа. Имя у него запоминающееся — Кирилл. Кирилл Денисов, капитан. Вот, — Надя показала изрядно пошарпанные командирские часы на руке, — вот и всё что от него осталось, почему-то в тот раз с собой не взял.

Я понял — этот вопрос она задает всем.

— Нет, Надя, не встречал, — и как-то неуклюже дотронувшись до её плеча, обнадёжил, — найдётся, наверное. — Имя на самом деле запоминающееся, редкое — Кирилл.

Чтобы скрыть от меня повлажневшие глаза, Надя стала заводить часы, только сейчас я и заметил на её безымянном пальце скромное обручальное кольцо.

В полевых условиях жилище роты специального назначения ГРУ внешне ничем не отличается от других подобных, принадлежащих федеральным силовикам: такие же палатка, приусадебное хозяйство и другие подсобные помещения. Но отличия всё-таки есть: в ней живут солдаты-срочники. Серьёзные караулы по периметру располаги, в палатке: двухъярусные, однотипно заправленные кровати; никаких излишних, позволительных у ментов, вещей и украшательств; сколоченная из досок, надёжно запертая на висячий замок комната хранения оружия и отдельное, огороженное в закутке палатки, «помещение» командира.

Из помещения, по ходу дела пинком отшвынув в сторону стоящую у выхода табуретку, вышел пошатывающийся командир роты в изрядно полинявшей и мокрой от пота камуфляжной майке, и с гранатой РГД-5 руке:

— Соссунки-и!.. Всех уррою!..

Первым на тревожный симптом реагирует замкомвзвода — старший сержант Филиппов: намётанным глазом заметил отсутствие кольца на гранате:

— Товарищ капитан!.. — сержант схватил своего командира за руку, а тон такой, будто убеждает его: «В чём-то вы не правы!», — спокойно, спокойно, — на левой руке офицера повисло ещё двое солдат с бледными лицами, — хорошо… хорошо… ещё пальчик…

— Ка-азлы-ы!.. — широко раскрытые глаза у командира на смуглом лице не шевелятся, даже не моргают.

— Товарищ капитан…

— …Уррою-у!

— Ну, всё, мужики, положите его!

Тело вяло сопротивляющегося командира унесли в его закуток, раздался звон упавших со стола бутылок; в запал гранаты, принимая все меры предосторожности, парни воткнули булавку — так будет проще и быстрее: где-то искать и вставлять родную чеку в запал, когда от неприятного возбуждения трясутся все поджилки — долго и муторно.

Блинообразное азиатское лицо Филиппова расплылось в довольной улыбке, отчего и без того узкие глаза превратились в совершеннейшие щёлочки:

— Где дежурный!? Открывай оружейку!

Для традиционного вложения злополучной гранаты в ящик в помещение набилось человек пять любопытствующих.

Кто-то, напрягая указательный палец, считает в ящике количество гранат с булавками:

— …Пять, шесть, семь…

Кто-то возмущается:

— Козёл безбашенный!..

Нашлись и защитники:

— Да у него всю роту в своё время положили, вот башня и съехала.

— Вот завтра он нас поимеет!

— За что?

— Так скрутили-то как пацана!

— Не вспомнит…

Филиппов командует «молодым», фразы небрежно бросает, как бы ни к кому лично и не обращаясь:

— Разгрузку его притащите, а то ещё очухается — стрелять начнёт!

Один из самых «зелёных» побежал:

— Автомат принести?

— Не надо, — сержант захлопнул крышку ящика, — магазины заберёте, и хватит.

Правда на следующий день Филиппов вспомнит, что автоматные магазины, при желании и даже не напрягаясь, можно легко обнаружить под любой кроватью, но на сегодня вроде бы всё обошлось. Поджилки же не могли погасить вибрации до самого отбоя.

Задача у этой разведгруппы — скрытное обнаружение и сообщение «наверх» о местонахождении и количественном составе банд, сбор информации. После инструктажа в расположении группа вышла на очередное задание. Первая группа: снайпер, пулемётчик, два автоматчика; вторая идёт на расстоянии видимости, обычно метрах в пятидесяти от головной: командиром группы на этот выход пошёл сам ротный, связист, замкомвзвода Филиппов — он же снайпер с бесшумной винтовкой и доктор. И замыкающая группа, также на расстоянии видимости: пара автоматчиков, пулемётчик и снайпер. Передвижение — цепочкой. Из-за жары и тяжести боевого груза все одеты в лёгкую спортивную одежду — хоть какой-то комфорт.

— Товарищ капитан, — связист сообщил командиру поступившую информацию, — в квадрате 36-Д у речки с нами омоновцы пересекутся, в количестве двадцати человек! — информация ценная, их же можно ошибочно и за бандитов принять.

— А как мы их узнаем? — поинтересовался капитан, — спроси.

Связист, выслушав ответ на запрос, доложил:

— Говорят: красные нарукавные повязки будут!

— Охренеть!.. Хорошо, разберёмся.

Впереди отчётливо слышен шум горной реки. Командир вполголоса, чтобы другие не слышали, окликнул впереди идущего сержанта:

— Филиппов!

Снайпер, чуть повернув голову вбок, ответил:

— Я, товарищ капитан!

— Что вчера было то?

— Без происшествий, товарищ капитан!

— Ясен пень, а то б я вас… а я что делал?

— Спали, товарищ капитан!

Старший головной группы подал знак рукой: всем стоять!

Выяснилось: у реки, на этом же берегу, замечена группа вооружённых людей — вроде как вброд переправляться задумали. Но до них далеко, даже в бинокль не разобрать — есть у них на рукавах повязки или нет; надо бы выяснить — кто такие. Недолго думая командир, отдав приказ располагаться на привал в прибрежной рощице, послал на разведку Филиппова с двумя автоматчиками:

— Посмотри в оптику: что там у них на руках. — Филиппов удалился, командир спросил уже самого себя, — какой дебил повязку будет таскать?

Первым делом сержант перед выходом из рощи оценил обстановку: параллельно реке — каменистая дорога, между ней и рекой огромные валуны — это очень хорошо: за камнями можно незаметно подойти поближе к берегу. Вода в реке шумливая, бурная, так-что можно не беспокоиться о том, что передвижение группы разведчиков кто-то услышит. Главное — визуальная скрытность. Показав автоматчикам рукой влево-вправо, мол, прикрывайте, сам выдвинулся вперёд.