Чтение онлайн

В Чечне вспыхнула настоящая гражданская война, которую породила недальновидность, корыстолюбие правящего режима, коварство и предательство дудаевского клана. Оружие российской армии в Чечне было оставлено не случайно. Джохар резко порвал с Москвой, и это оружие повернул против бывших своих хозяев.

— Вооружили, получается, чтобы начать войну с целью разоружить.

— Ещё маленько и будет всем «именно, заметьте»!

— Я, мужики, вот такое слышал бэ, — это уже солдатик, вечный дневальный Костя, который напросился в группу «отдохнуть» от своего родимого поста у палатки, перехватил инициативу, — Чечня была оффшорной зоной бэ, свободной от налогов бэ, там криминал деньги отмывал бэ. А Березовский бэ, все эти денежки перехватил бэ. Дудаев бэ, и разобиделся, бэ.

— Да-а…

— Эвона как…

— А я что бэ, а я домой не поеду бэ, у меня друга здесь убили бэ, я по контракту останусь бэ, мстить буду наубэ! — Да, это один многих мотивов, по которому ребята остаются служить по контракту на Северном Кавказе.

Пауза была недолгой, солдатик несколько успокоился и направил русло беседы в другую сторону:

— А чего это ингуши бэ, с осетинами не поделили бэ, тоже деньги бэ? — Костя имеет в виду осетино-ингушский конфликт.

Всеведущий Ваня не заставил себя долго ждать:

— А это, Костик, вообще с криминала пошло. Однажды поддатые молодые ингуши пришли к осетинам, и на огороде одному старику лопатой голову отрубили.

— Ложь весьма губительна, Ваня, такие ужасы болтаешь, — тактично поправил Влад, — это осетины к ингушам подошли с лопатами, мне сами ингуши об этом гассказывали, ёпти.

— А мне осетины.

— Этот бардак вообще здесь когда-нибудь кончится, бэ?

— Да давно бы закончилось, так ведь не дают, — Ваня, придав своему лицу ещё более глубокомысленное выражение, наконец-то вспомнил нечто дельное, — однажды, летом 1995 года, отряду спецназа «Русь» командующим была поставлена задача ликвидировать Дудаева. По оперативной информации, в одном селе планировалось проведение конных скачек, на которых должен был присутствовать лично Дудаев. Четыре группы должны были вылететь в район скачек на двух вертолетах. Нужно было совершить огневой налет на место, где будет присутствовать Дудаев и десантироваться, затем пошуметь и захватить Дудаева живым или мертвым. Пока группы целый час тренировались, командующий отменил свой же приказ. Вполне вероятно, что в это дело вмешались тёмные политические силы.

— Мутное это дело, — подвёл черту под стихийной политинформацией Владик, — пойду, заменю кого-нибудь. А то с вами от политики… нельзя мне мыслить такими глобальными категогиями — вгачи запгетили. — Владик вышел, в БМП стало несколько просторнее.

Показался знакомый райотделовский УАЗ с ингушскими сотрудниками, остановился.

— Здогово, мужики! — приветствует Владислав милиционеров.

— Салям, Вахид, как дела?

— Тоска, ёпти. — Влад нагло протиснулся в битком набитую машину, все выдохнули. Дверь захлопнулась, все вздохнули. Вроде поместились, правда самый тощий вытиснился кому-то на колени а сам Владик вроде как немножко потоньше стал и лицо порозовело, — тепло у вас здесь, хорошо.

— Ну, ты, Вахид, и агрегат!

— Ага. Какие новости, мужики?

— По телеку минус три по цельсию обещают. Когда эта зима кончится?

— Вам виднее. А ещё что нового?

— В Назрани стреляют.

— А где ж не ст`еляют…

Курящие закурили, некурящие открыли окна. Водитель — молоденький чернобровый милиционер по имени Ахмет, шустро перебирая чётки, поинтересовался:

— Слышь, Вахид, мы то, ладно, местные, а ты то, чего сюда приехал?

— Из-за баб, — как ни в чём не бывало, отвечает Влад, выпуская струйку дыма в форточку.

— Как это? — От удивления бровь у Ахмета приподымается и даже разделяется на переносице на две с виду нормальные бровины. Всем становится интересно, оживились.

— Ну как… — подыскивает слова Сылларов, — жена с любовницей меня делят, достали уже, надоело. Никаких негвов не хватает, и газвестись из-за детей не могу, и свестись нельзя. Сплошные психические негвы!

— Вот это правильно, — поддержал кто-то из группы ингушских сотрудников Влада, — ради детей жену и потерпеть можно. Вот если изменит тогда и разводись.

Детей у Влада было трое: две девочки, которых обожал — от жены, и мальчик, которого обожествлял — от «подружки».

Ахмет всё-таки настойчиво гнёт свою линию:

— Ну а какое отношение это имеет к нашему бардаку?

— Вы знаете, что такое конец света?

— В Коране про это сказано…

— Конец света — это когда в один день тебе закатят скандал и жена, и любовница, — перебил якут, — куда бежать спасаться? Некуда. Жене сказал, что к любовнице ушёл, любовнице сказал, что к жене, — будьте, говогю, благонадёжны, сейчас вегнусь, а сам сюда убежал, ёпти. И так т`и газа подгяд.

Все засмеялись, курящие закурили по новой.

«Подружка», как рассказывал Владик, была весьма решительной особой, постоянно названивала его супруге с целью произвести раскол в семье, но ни к чему как только к порче нервов это не приводило. Довольно вздорная женщина, но любящая до невозможности. Вздорный характер — результат того, что подружка Роксанна, являла собой классический образец нимфоманки, остановившей свой выбор на Владиславе. Чем она его, или он её очаровал — непонятно, вернее — неведомо, но достоверно известно — возлюбленные ни разу не совершили прогулки при луне и не любовались закатами, тем не менее, любовь у них была страстной, бурливой и крикливой. Оба по любому поводу сгорали от ревности и последующих долгих разбирательств. Как они познакомились? По пьянке. А как ещё можно?

Законная жена Наталья, в отличие от соперницы, оказалась классической, всё терпящей тихой русской бабой, и тоже любящей. Скандалы, конечно, она закатывала, но, в надежде, что Владислав рано или поздно одумается, быстро отходила, остывала. Как они познакомились? По пьянке. А как ещё можно?.. Кажется, повторился… Да, знакомство с будущей спутницей жизни чаще всего (за очень редким исключением) так и происходит: на вечеринке у друзей, на вечеринке у себя дома, на свадьбе у друга (подруги), день рождения у друга, банкет по поводу, банкет без повода, и т. д. Правда впоследствии никто не признает, не вспомнит, и даже не догадается, что свёл две половинки вовсе не счастливый случай, а бокал. Это потом, несколько позже следуют красивые романтические свидания, долгие ночные разговоры по телефону, посещения театров и кино, прогулки при луне, взволнованное дыхание, венец всего — страстные поцелуи и прочая сопутствующая лабуда. В общем — всё красиво, как и положено. Затем — свадьба, медовый месяц, детишки, хозяйство, дебоши, нервотрёпка, проверка крепости любви долгой разлукой на время командировок. Редко, но бывает, эта проверка ставит все точки над i. Хоть в этом отношении у Влада всё было хорошо: разлука ему не грозила. Надёжные и верные друзья, прекрасные дети и крепкий тыл — что ещё нужно человеку для счастья?

Были ребята, которым не везло: возвращается парень с войны в пустую квартиру, а на столе записка — «Я ушла к другому, не ищи!». Конечно же — это исключение, но и такое бывало.

Итак, любовь зла и крепка. Вся троица это положение терпела до тех пор, пока Влад не решил для себя, что пора бы сделать передышку в этом сложном и запутанном деле. И действительно, нигде, ни до, ни после, он не ощущал себя более спокойным, как в зоне боевых действий: резкая смена обстановки, личные проблемы где-то далеко-далеко.