Катюша
Шрифт:
«Сегодня трудный день», – сказала она себе.
Кот снисходительно фыркнул. Что эта белорукая девица знает о трудных днях? Случалось ли ей хоть раз ловко взобраться на дерево и не знать, как спуститься? Или следить весь день за птицами в окно, жалобно и глухо поскрипывая, но так и не приблизиться к пернатым тварям? Или получить унизительный пинок под зад в процессе созерцания сочного куска телятины и размышления о судьбах веганов?..
«Случалось», – сурово ответила Катюша и ушла в ванную.
Кот недоумевал.
Да, сегодня был трудный день.
Сегодня Иван Николаич должен был прийти свататься.
Но Катюша еще не знала, к кому.
«Так, так, гляди, – рассуждала Катюша, рассеянно намыливая лоб, – во всем ведь должна быть гармония… не так ли? Так ли. Стало быть, для Ивана Николаича Пелагея Ильинична уж чересчур красива, а вот для Людмилы Мошкиной Иван Николаич больно красив. Кто ж для него достаточно хорош? Так и остается: Мэрилин Монро да я, Катерина Кукушкина».
С этой мыслью она ополоснула лицо холодной водой и вышла из ванной.
«С другой стороны, – рассуждала она, идя по коридору, – Мэрилин Монро со мною конкурировать не может, не в том она теперь положении и состоянии. Так и выходит: хочешь – не хочешь, а мне надо за Ивана Николаича замуж идти».
Конец ознакомительного фрагмента.