Чтение онлайн

Лишь когда закончилось сражение за Камино и отгремели последние взрывы на планетах системы, Семьдесят Седьмой доложил о своих махинациях.

— Прибить бы тебя, — вздохнул Мирр, позволивший себе расслабиться и развалиться в командирском кресле.

— Это не рационально, но думаю, вполне справедливо, сэр, — ответил дроид.

— Иди-ка сюда, я тебя хоть пну, — проворчал Мирр.

Семьдесят Седьмой покорно приблизился, но получил лишь символический тычок в лапу-манипулятор. На большее у Мирра просто сил не нашлось. Тем более, он четко ощущал, что скоро встретится с прайдом, а потому и злиться толком не мог.

— Идем на Севомдигии, командуй, аферист.

— Есть, сэр! — пропиликал дроид воодушевленно.

— С текучкой сам разберёшься.

— Так точно, сэр, — козырнул дроид.

Мирр лишь хмыкнул, вяло шевельнул ухом, и отправился в лазарет. Асока хоть и была физически почти здорова, но из-за постоянной хандры, предпочитала делать вид, что все еще очень и очень больна. «Пора ее вытаскивать и делами нагружать», — решил Мирр, не желающий видеть занимающегося самоедством падавана. Из-за всей этой кутерьмы с боевыми действиями, ему совсем не оставалось время на девчонку. «Ничего, исправим», — отогнал он усталость обжигающей волной Силы. Решение было временным и полноценного отдыха не заменяло, но на то, чтобы встряхнуть Асоку и нагрузить ее делами, по расчетам Мирра, времени получалось достаточно. Он не знал, в каком состоянии котятки, но был совершенно точно уверен — унылая сестричка, винящая себя во всем и вся — последнее, что им сейчас надо.

Ассаж усмехнулась, бросив взгляд на котят. Зрелище даже ее, многое повидавшую, впечатляло, а уж их и вовсе заворожило. Словно зачарованные, они смотрели на приближающийся борт огромного корабля. Пиф и сопровождающие его суденышки прошли сквозь удерживающее атмосферу поле и приземлились в ангаре. Две ровные коробки почетного караула, замершие в полной боевой, тройка офицеров, во главе с адмиралом и тактическим дроидом. Причем, корпус последнего имел явно различимые и весьма характерные подпалины. Ассаж лишь усмехнулась. Развившиеся в полноценные личности искины, особенно их военная часть, стремительно обрастали своеобразными традициями и знаками отличия.

— Идемте, не вежливо заставлять себя ждать, — вернула детей в реальность Ассаж, которой впервые за последнее время по-настоящему стало спокойно.

— Ну и обалдеют же они, — усмехнулся Сим.

Смерть весельчака Миса, и все случившееся на Накаве, весьма своеобразно сказалась на нем. Он банально решил жить за себя и погибшего друга. Отказаться от своего вечного пессимизма и начать дарить миру радость. Пока что, у него чаще выходило коряво и не к месту, но он старался. Если бы он не делал все это осознанно и с полной самоотдачей, Ассаж бы его изолировала, как сумасшедшего, но Сим полностью отдавал отчет собственным действиям и словам, да еще и искренен был сверх меры. В общем, приходилось его терпеть. Тем более, иногда, он умудрялся поднять настроение и разогнать скорбное настроение беглецов. Впрочем, даже просто служа источником раздражения, он неплохо перетягивал внимание на себя и отвлекал от грустных мыслей. Все же, злиться на дурацкие шутки и подколки — это не то же самое, что черной меланхолии предаваться.

Когда на аппарели встречаемого корабля появились трое взрослых, в компании детей и с малышами на руках, Далак Дилган испытал шок. Уж чего-чего, а такого он совсем не ожидал. Однако, верный тактический дроид тут же сообщил через расположенную в ухе горошину-передатчик, что, с высокой долей вероятности, им выпала честь обеспечить безопасность и сопровождение, ни много ни мало, а прайду Главнокомандующего. В общем, более четко приветствовать и ревностно выполнять приказ Дилган не смог бы, окажись тут и сам Мирр.

Перелет до Севомдигии прошел без эксцессов и в сплошных тренировках. Не имеющая опыта воспитания детей, Ассаж не придумала ничего лучше, чем занять всех фехтованием и отработкой Силовых техник. Логика у нее была проста — утомить так, чтобы на мысли и переживания сил не оставалось. Естественно, на огромном линкоре имелось более чем достаточно места и средств, позволяющих осуществить задуманное. Дети, буквально впихнутые в привычный ритм тренировок, особо и не возражали. Так они и добрались до конца пути, очумелые от нескончаемых тренировок.

— Челнок готов, — сообщил Дилган пассажирам.

— Спасибо, адмирал, — улыбнулась Ассаж.

— Мы расскажем о вас папе, сэр, — пообещал Каш.

— Благодарю, — корректно, без подобострастия, но явно, склонил Дилган голову в ответ.

Все же, он был неймодианцем. Статусные знакомства являлись для него важным аспектом жизни. Без них он просто не мог чувствовать себя полноценным. Личное общение с прайдом Главнокомандущего, уже само по себе делало его счастливым. К тому же, он вполне адекватно оценивал, как собственные способности, так и перспективы детишек. Не важно, какой у них будет официальный статус, для него они являлись, как минимум, принцами, со всем отсюда вытекающим.

Ассаж мысленно усмехнулась, смотря на задумчивых котяток. Дилган оказался весьма интересной личностью. Считанные мысли и эмоции адмирала пришлись ей по душе. Здравая оценка собственных способностей и разумный карьеризм, в соответствии с ними и подвернувшимся шансом. «Такое явно понравится Мирру», — решила она, откладывая мысль об адмирале и сосредотачиваясь на предстоящей встрече.

В этот раз впечатление производил не надвигающийся борт космического исполина, испещренный следами жестокого боя, а ощущения такой родной и желанной Силы. Пылающий нетерпеливый свет, примерно так могла бы охарактеризовать свои ощущения Ассаж, если бы ей вдруг пришло в голову облечь чувства в слова. Пиф еще толком не приблизился к флагману, а Мирр уже дотянулся и пропитал весь корабль своей Силой. Люрр и Лирра, непрестанно оборачивающиеся последние сутки и хнычущие по любому поводу, затихли. Причем, первый остался в звериной форме, а вторая в человеческой. Для проявляющих удивительную синхронность близнецов, такое было где-то за гранью.

Сама встреча прошла для Ассаж как в тумане. Вот опускается аппарель и в корабль врывается вихрь. Слабый писк следующего за ним тела. Руки сгребающие всех в объятья и затапливающий все и вся свет, полный радости и любви. Сопротивляться ему — все равно что звезду руками гасить. Бесполезное и глупейшее дело. Сколько времени прошло перед тем, как Мирр наконец выпустил их всех из объятий — неважно.

Лишь оставшись одна в каюте, Ассаж начала более-менее связно соображать. Поспособствовал этому привычный контрастный душ. Он вырвал ее из какого-то трансового состояния сознания, в котором она пребывала все это время. С трудом и удивлением восстанавливала она цепочку недавних событий. Оказывается, они успели не только поесть, но и все вместе обстоятельно поговорить. Она узнала обо всем произошедшем на станции волков, рассказала о своих приключениях и бое с Энакином, даже присоединилась к устроенному Мирром выговору. «Нет, это же надо было додуматься такое учудить», — весьма натурально рыкнула она, опустошая стакан сока. Периодически, ее посещали смутные сомнения, относительно реакции детей на все происходящее. Но она списывала их поведение на самоконтроль. В принципе, тот присутствовал. Котятки вполне осознанно пользовались трансом и держали себя в руках, но дело оказалось куда серьезней.

Где-то на полубессознательном уровне, они использовали ментальные техники, да так, что умудрились чуть не напрочь стереть тяжелые воспоминания. И ладно бы только их, подобная защитная реакция психики и у неодаренных встречается. Забыть все плохое — самый надежный и банальный способ избежать проблем, но они, в силу неопытности, действовали так топорно, что и собственные личности затронули. По сути, не загрузи она их работой на ферме и тренировками во время перелета, они бы могли себя в натуральных биороботов превратить. «Дура», — выругалась Ассаж, испытывая стыд за то, что чуть не угробила детей. «Ну как можно было не понять очевидного?» — спросила она себя и не нашла ответа. Вообще-то он у нее имелся, просто не удовлетворял. Проявила тактичность и неуместную осторожность, больше о себе и том как Мирра заполучить думала, внимание малышам уделяла, а не старшим, вот и результат. «По крайней мере, я теперь часть прайда», — попыталась она утешиться хотя бы этим.