Чтение онлайн

— Успокоилась? — поинтересовался у рухнувшей Вентресс.

— Почему-у-у?! — сорвалась она на надрывный крик, переходящий в какой-то совершенной бабий вой.

Не везет ей, одного учителя лишилась, только в лучшее успев поверить, другой предал, по сути дважды убив. Паршивая тенденция. Сама не знает — кто она, что она, чего хочет. Даже на меня бросилась, не столько за Дуку мстить, сколько просто выплеснуть накопившееся. Удивительно, как она еще не свихнулась окончательно. Не иначе, попустительством Силы. И что мне с ней делать? Сейчас назвать ее сумасшедшей нельзя, но это ненадолго. Рискнуть и слиться с ее разумом? Попытаться собрать некий фундамент? Дать основу, опираясь на которою она сможет сформировать личность? «Рискованно. Проще убить или запереть», — явился внутренний голос. «Когда это мы легкие пути выбирали?» — «Вначале только ими и шли», — тут же подбросил он череду воспоминаний. «К черту, более двинутым чем есть, мне все равно не стать, а там, отосплюсь и оклемаюсь», — отмахнулся, потянувшись Силой к Ассаж.

— А как ему еще тебя спасти было? — сел я рядом с ней на пластбетон и обнял.

— Ык, — перестав выть, сделала она большие-пребольшие, удивленные глазища.

— К-как спасти?

— Надо же было ему ошибочность пути ситха показать. Его несостоятельность. Сам то он к свету вернуться не мог, слишком далеко за грань ушел. Глупость, конечно. И мог, и должен был, но, увы, просто не считал, что достоин и вправе. Винил себя за создание КНС. Хотел сдать Сидиуса, но не мог. Видимо, все еще думал, что орден надо менять, но не знал как. Что не говори, а Сидиус — это шанс на встряску нашего болота. Вот тебя он почти назад вернул. На самую границу вытащил. Загляни в себя внимательно, вспомни, какой ты была до того, как его ученицей стала, сравни с тем, что сейчас увидишь. Сама все поймешь.

— Тогда, зачем ты его убил? — спросила Ассаж, после длительного раздумья. Причем, без агрессии.

— Смерти нет, есть Сила. Все мы дети ее, из нее приходим, и в нее же уходим. Граф был непревзойденным мечником, он дал мне себя убить. Ты ведь не думаешь, что он поддался ярости, утратил разум и проиграл такому сопляку как я? Видишь, — указал на след от меча, — это он так надо мной посмеялся, дал последний урок. Оставил маленькую отметку, намекнул, что мог и ногу отхватить. Очень, знаешь ли, действенная прививка от самонадеянности.

— Понятно, — грустно, но куда живей и без смертной тоски в голосе ответила Ассаж. — И что теперь? Кстати, а сколько тебе лет?

— Мы с тобой одногодки, — начал отвечать с конца, порадовавшись любопытству. — Ты вольна сделать свой выбор и идти собственной дорогой.

— Я уже была свободна и шла куда желала. Как-то не очень получалось, — поежилась она от разрозненных воспоминаний, повылезших из закоулков памяти.

— Ты не шла, а брела с закрытыми глазами зажав уши. Тебя вели боль, страх, ярость, ненависть, в общем, Темная сторона. Ты была просто игрушкой. Сейчас же у тебя есть выбор, право и возможность решать самой. Я бы советовал тебе убраться подальше от фронта. Скоро опять будет много боли и смерти. Кто-кто, а ты этого сполна нахлебалась.

— Ты странный джедай, — помотала она головой, прогоняя очередную порцию воспоминаний.

— Уж какой есть, да и не джедай я нынче. Командующий.

— Но ты светлый.

— А разве обязательно творить зло, будучи темным?

Ассаж задумалась, крепко задумалась. Картинки-воспоминания замелькали быстро-быстро, складываясь понемногу в своеобразный пазл основания.

— Нет, наверно, но… Тогда ты должен пасть во тьму.

— Зачем?

— Э… ну так всегда бывает.

— Всегда, это слишком обобщенно и безапелляционно. Не находишь?

— Ты меня запутал, — вздохнула она, подтягивая ноги и обхватывая их руками.

— Не обращай внимания, я сам не очень себя понимаю. Тяжелое детство в храме и природное наследие предка. Наверное.

— Какого предка?

— Хищного, вестимо. С планеты Катар, слышала про такую?

— Нет, кажется.

— Вот почему все про вуки знают, а про нас, таких милых и зубастых, никто и не слышал. Все киса, да киса, утомляет.

— Хи-хи, ну ты действительно на кошку похож.

— Вообще-то на льва больше, но про них еще меньше народу знает. М-р-р-р-р.

— Жуть.

— Угу, а представляешь, если я по весне мяукать начну.

— Так ты кошка?! В смысле самка?

— Сама ты самка, самцы мы, — картинно шмыгнул носом, не так-то, между прочим, легко подобное проделать.

Ассаж расхохоталась. Я присоединился. Вышло истерично.

— Полегчало?

— А? Да, немного. Э… Спасибо.

— Да не за что, идем в штаб.

— Зачем?

«Действительно, а что мне в таком состоянии там делать?» — мелькнула мысль, заставляя мозги со скрипом соображать.

— Во-первых, я тут вроде как командующий и мне положено быть на посту. Во-вторых, дроиды к погребальной церемонии все подготовят. В-третьих, тебе транспорт поприличней организовать надо, чтоб улететь могла. В-четвертых, ты попу отморозишь. И вообще, я голодный.

— Куда лететь? — выделила для себя главный пункт Ассаж.

— Прах учителя на родину отвезешь. Великий человек был. Масштабная личность. Кощунственно, если он рядом с предками своими не упокоится. Такое не в традициях ордена, зато в традициях его родного мира.

— Ладно, — кивнула Вентресс поднимаясь. — А потом?

— Сама решишь.

— А к тебе можно?

— В смысле, сюда?

— Ну… да.

— Можно, но тут, кроме участия в войне, тебя ничего не ждет. И шансов что живы останемся не так уж и много. Явятся джедаи и порубят. Очень в духе ордена.

— И ты спокойно готовишься умереть?

— Да нет, вообще-то, вполне серьезно готовлюсь драться. Но объективная реальность такова, что вероятность выживания не велика.

— Я тебя совсем не понимаю.

— Что-то такое ты уже говорила. Странно было бы, если бы поняла. Хотя, может мне бы объяснила, чего я хвост в зубы не схвачу и деру не задам.

— У тебя и хвост есть?

О да, женская логика. Аж мяукнул.

— Ага, с кисточкой, как у льв… тушканчика.

Штормило нас будь здоров, мозги кипели и плавились, а объединенная Сила фортеля выкидывала, но, слава ей же, ничего страшней спонтанного телекинеза не случилось. Жизнь и поступки графа, совместными усилиями, удалось изрядно извратить. Он для Ассаж стержнем в формировании собственного «я» выступал, так что пришлось от него и танцевать. Разумеется, потом она все переосмыслит и в другом свете увидит, но это нормально. Пройдет, так сказать, естественным путем. Все мы, взрослея и опыта набираясь, прошлое переоцениваем. Ничего страшного, скорей уж стоит волноваться, если такого лет за пять-десять не произошло ни разу. Вернейший признак стагнации и остановки в развитии.