Катар
Шрифт:
— Поймите, мы на отшибе, у банты на рогах, если бы наши идиоты в правительстве сидели тихо, никому бы до нас и дела не было.
— Народу дело есть! По всему сектору голосование прошло! — размахивал руками Фаб.
— Половина планет на твоих республиканцев наплевала и в Конфедерацию вступила! — горячилась Вен.
— Их оккупировали дроиды! Народ за Республику! Голосование это ясно показало!
— Да чушь твоё голосование!
Состроив презрительную гримасу, Вен продолжила разнос.
— Правительство скопом голоса всех, кто на временно оккупированных территориях, — изобразила она пальцами кавычки, — оказался, записала проголосовавшими за Республику.
— А кто тебе сказал, что они бы за неё не проголосовали?!
В общем, в этот раз спор вышел куда более горячим и закончился провалом миротворческих инициатив Тима. Фаб, назвав Вен предательницей, а друга трусом, хлопнул дверью и ушёл. Раскрасневшаяся Вен чуть ли по стенам не бегала, всё никак успокоиться не могла. Тим боролся с желанием схватить её и силой на диван усадить, но так и не решился на столь радикальные меры. В итоге, со словами «он всё же кое в чём прав», Вен подхватила рюкзак и выскочила из квартиры.
Злой больше на себя, чем на друзей, Тим сел за терминал и попытался почитать, но у него ничего не вышло. Мысли сами собой возвращались к ссоре. В конце концов он поймал себя на том, что бездумно смотрит на заставку. Немного стилизованная карта их сектора, этакий одуванчик или хаотичная паутинка с ножкой, центром которой был Тал. «Нас в покое не оставят», — совершенно буднично и вместе с тем обречённо пробормотал он, отправляясь на кухню.
Как Восемь-Один ни не хотел, но именно ему предстояло стать вестником и доложить командиру о появившемся под боком флоте республиканцев. Мысленно попрощавшись со своим существованием, дроид направился в рубку. Генерал Гривус как всегда пребывал в пресквернейшем настроении. Когти киборга, весьма сходные с лапой хищной птицы, шкрябали по металлу пола, плащ метался из стороны в сторону, в общем, он думал, расхаживая перед прозрачной бронёй иллюминатора. Выдав серию импульсов, которые больше всего соответствовали вздоху, Восемь-Один приблизился для доклада.
— Прошу прощения, сэр, срочное донесение.
— Что там ещё? — резко прервал свой бег Гривус, развернувшись и раздражённо откинув сбившийся плащ.
— У Тала вышел республиканский флот под командованием адмирала Моза, сэр.
— Численность, состав, войска? — навис над дроидом Гривус.
— Точных данных пока не поступало, сэр. Наши подпольщики работают…
— Болваны, — просипел киборг, награждая вестника ударом лапы. — Убрать хлам! — взъярился он от вида помятого дроида, валяющегося грудой искрящего железа у переборки.
— Понял-понял, — отрапортовали стоящие у дверей охранники и поспешили утащить неудачливого собрата.
— Обновить, — указал Гривус на голографическую карту.
«Я этого Свеза и без всякого приказа на клочки разорву», — злобно думал он, рассматривая выведенный квадрат. Сам по себе сектор с Талом в центре не представлял интереса, но наличие в тылу республиканского флота могло сказаться на снабжении. Гривус плевать хотел на то, что Свез физически не мог успеть привести обещанные Дуку подкрепления. Война его интересовала только и исключительно как возможность убивать джедаев, и немного как способ мести всем остальным за то, что случилось с ним самим и его народом.
— Проложить курс сюда, — ткнул в карту Гривус. — Мы ударим до того, как собаки развернутся и укрепятся.
— Понял-понял, — козырнул исполняющий роль капитана ООМ дроид.
Ему хватило соображения не напоминать буйному командиру о Гаморре и Молаваре, захват которых являлся изначальной целью юго-западной наступательной операции. Стабилизация и укрепление фронта с последующим ударом на Юкио, Риш и Камино по мнению дроида были куда важней, но его давно не обнуляли, так что он научился прекрасно выживать и даже сделал своеобразную карьеру. С учётом того, кто им командовал, ООМ-89 мог считаться гением.
«К сожалению, данные о полном уничтожении четвёртой эскадры полностью подтверждены. Связи с планетой нет, но мы надеемся, что наши доблестные защитники продолжат сковывать силы дроидов и смогут продержаться до прихода подкреплений. Пятая эскадра при поддержке третьей сумела прорвать окружение и вырваться из устроенной Гривусом западни. Объединённые силы направляют к нам, чтобы встать нерушимой стеной на пути захватчиков. Вторая и первая эскадры, лично ведомые адмиралом Мозом, смогли деблокировать восточные системы и продолжают развивать успех…»
Слова сопровождались наспех смонтированным видеорядом — чувствовались явные огрехи и стыки. Повреждённый с одного бока «Аккламатор», смотревшийся раненым, но боеспособным и непобеждённым, совершенно неудачно попадал в кадр с другого. Не требовалось быть инженером и даже техником, чтобы понять — этот корабль не боец. Мишень, способная лишь краткое время держать на себе вражеский огонь, а потом развалиться на куски, похоронив в своём чреве сотни матросов. Вполне уцелевший крейсер во время облёта вдруг показывал разбитый двигательный отсек, и становилось ясно — этот из конуса обстрела не уйдёт, да и не факт, что в строю удержится. Но всё это меркло на фоне лиц доблестных республиканских вояк из расквартированного на Тале контингента. Мало того, что сплошь резервисты, так ещё и откровенно трусящие.
Собственно говоря, как раз на последнее и обратила внимание Вен, вновь пришедшая подкормить Тима чем-нибудь посущественней бутербродов и фастфудных полуфабрикатов. Несмотря на все попытки парня примирить её с Фабом, отношения в троице разладились окончательно. В общем-то, он сам похоронил свои успехи, когда узнал, что друг записался в добровольцы-ополченцы, обтекаемо названные дружинниками.
Не сдержался, вспылил, наорал на идиота малолетнего, решившего голову на чужой войне сложить. Разумеется, Фаб в долгу не остался. Напомнил о грехе равнодушия, невмешательства, обозвал трусом и слабаком, в общем, крепко обиделся и разозлился. Когда Вен вспоминала ту бурю, взрыв всегда спокойного и рассудительно-сдержанного Тима, она буквально съёживалась. Даже пьяный отчим её так не пугал, как сорвавшийся Тим. Разумеется, она мигом передумала признаваться в том, что вступила в ратующее за Конфедерацию подполье. Её от одной только мысли о кричащем на неё Тиме озноб пробирал.
— Адмирал ранен! Медиков на мостик!
— П-покинуть корабль, — прохрипел Моз, теряя сознание.
Идущие тройками фрегаты сепаратистов окончательно разорвали строй республиканских кораблей. Использовавший «Стервятников» в качестве ракет Гривус торжествовал. Те не просто прорвались к флагману, но и сумели разнести его эмиттеры силовых полей. Остальное было делом техники. Лишённый щитов корабль стал лёгкой добычей. Из-за меньшей численности Моз оказался вынужденным поставить флагман в линию к остальным и растянуть фронт. Соседи не успели его прикрыть, Гривус бил наверняка.