Чтение онлайн

Ни о какой договоренности в высшем форуме человечества и не слыхивали, но к переговорам начали готовиться немедленно, придирчиво обсуждая каждую кандидатуру. Впрочем, желающих отправиться в межзвездную экспедицию оказалось куда как меньше, нежели прежде, когда речь шла о пребывании на родной Земле.

Поскольку времени для новых дебатов не было, то главой делегации быстренько утвердили Жаклин Шамо, благо что отважная баронесса, ни минуты не колеблясь, вызвалась, ежели это потребуется для блага человечества, лететь не только в российское захолустье, но и в галактический мегаполис. Заместителей у баронессы было двое: от США матерый дипломатище Филипп Домашен, а от России — темная лошадка Петер Иванофф. Прежде этот человек нигде не засвечивался, хотя западные разведки утверждали, что слыхали о таком, будто бы курировал он различные секретные проекты. Впрочем, веры этим рассказам немного, что они понимают, церэушники, в загадочной русской душе, да и мало ли в России Ивановых?

Агрессивный блок НАТО был представлен либеральным ястребом Альфонсом Дуэтто, а международный капитал — известным экономистом Симеоном Пресняком, тем самым, что был некогда отчислен с экономического факультета одного из российских университетов за катастрофическое непонимание политэкономии социализма. Очевидно, в капиталистической экономике Пресняк разбирался лучше, нежели в отечественной, поскольку вскоре после отчисления стал одним из директоров МВФ.

Что касается шестого места, то за него разгорелось настоящее сражение.

ЮНЕСКО выдвинуло своего представителя: доктора философии Томаса Липтона, однако эта кандидатура была оспорена странами «третьего мира». Представитель Китайской Республики объявил, что именно его страна должна была предоставить наибольшее количество биомассы для грядущей утилизации, так что было бы несправедливо лишить великий китайский народ представительства на межгалактических переговорах. После этого немедленно потребовали слова представители великих индийского и пакистанского народов, завозились дипломаты Черного континента, а посол Ньянмы громко крикнул:

— Протестую!

Ну почему так мало времени оставили для дебатов тупоумные утилизаторы?!

Дискуссия не успела толком начаться, когда слово в порядке ведения взял представитель России. Так бы ему и не дали, россиянин уже выступал, причем одним из первых, но в порядке ведения, для краткой реплики — отчего бы не позволить?

Неприметный Петер Иванофф завладел микрофоном и, улыбнувшись, поставил присутствующих в известность, что независимо от мнения мирового сообщества шестым участником миссии непременно и обязательно будет Олег П. Казин, являющийся в настоящее время сезонным рабочим и проживающий в той самой деревне Подсосонье, куда следует прибыть всем остальным дипломатам.

Затем онемевшим от такой наглости ооновцам были предоставлены некоторые из доказательств, собранных предусмотрительным господином Ивановым. Глазам изумленной элиты предстал человек, одетый во что-то серое и невообразимо русское. И все его поведение тоже было невообразимо русским. Даже сквозь объектив скрытой камеры к зрителям доносится запах перегара. Казалось бы, о чем может рассуждать такое существо? — однако пропойца твердо держался на ногах и диктовал свои требования всемогущим пришельцам, а те внимали со вниманием и ответственно ответствовали. Гнусавый переводчик пересказал непонимающим иностранцам Суть казинских речей, и в зале наступила тишина.

— Для объяснения данного феномена, — веско внушал Петер Иваноффич, — наши ученые выдвинули гипотезу комплиментарности. В соответствии с этой гипотезой какие-то пока неизвестные факторы действуют таким образом, что межпланетный агрессор испытывает непонятную любовь к данному конкретному человеку. Мало вероятно, что к остальным людям он испытывает патологическую ненависть, скорей всего он просто неспособен понять, что не только гражданин Казин является разумным существом, но и все население планеты также. Объяснить им это — наша задача, и мы предполагаем использовать странную способность гражданина Казина и поэтому настаиваем на его включении в состав земного представительства.

— Не может такого быть! — нарушая регламент, с места закричал профессор Липтон. — Взгляните на вашего… э… гражданина! Он неумыт и, кажется, даже нетрезв, к такому физически невозможно испытывать добрых чувств! Я уверен, что это сотрудник КГБ, специально замаскированный под… э… мюжик рюс! Несомненно КГБ хочет внедрить в состав посольства своего агента.

— ФСБ, — машинально поправил пунктуальный Иванов, а Жаклин Шамо, наклонившись к профессору, шепнула:

— Зачем им второй агент?

— Если представитель ЮНЕСКО сомневается в моих словах, — язвительно вежливо предложил Петр Иванович, — я могу предложить ему самостоятельно начать переговоры с инопланетянами. Подобный эксперимент уже проводился, но если вы настаиваете…

— Вы же знаете, что мне просто не ответят!…

— А ему — ответят, — чеканно завершил пикировку генерал Иванов.

Шестым членом дипломатической миссии был утвержден Олег Казин, а неугомонный профессор настоял, чтобы его внесли в список дополнительно.

«Запасной игрок», — как сказал Филипп Домашен, игравший в молодости в мини-футбол.

— А что касается внешнего вида нашей комплиментарной личности, — заметил Иванов, подойдя к профессору в кулуарах, — то вам, вероятно, не приходилось видеть настоящих пропойц. Этот выглядит очень прилично, да и вообще он достаточно респектабельный господин, пользующийся среди односельчан уважением.

Поверьте, мы постарались навести о нем справки. Просто сейчас у него семейные неурядицы.

— И поэтому он оделся как бродяга и пьет русскую водку с самого утра, — не удержался Липтон. — В России так поступают все респектабельные граждане?

— Ничего не поделаешь, национальные традиции, — сказал генерал.

И вот настал подлинно исторический миг, когда земное посольство явилось к инопланетным дверям с нешуточной надеждой, что на этот раз им будет отперто.

Пятеро лучших из лучших, а впереди замурзанный экскаваторщик Олег П. Казин. В дальний путь Олег улетал, как говорится, «no smoking», что в переводе на язык родных осин значит: без смокинга, то есть в затрапезе. Когда собирался с вечера, не раз помянул незлобивым словом полоумную Ганну, по чьей милости приходится выходить в люди, не имея сменного белья. Хорошо хоть у зеленоносого нашлась в хозяйстве чевотина, которая умела вычистить всякое шмотье почище самой разъитальянской из всех итальянских химчисток. Так что и брюки, и спецовочка оказались хоть и поношенными, но сияли стерильной опрятностью.