Чтение онлайн

— Я тебя услышал. Ты хочешь все закончить и предлагаешь сделать это мне.

Она тряхнула головой и слизнула каплю крови с прокушенной губы.

— Ты свободна, Сьерра. Я не твой господин. И даже не твой лорд. Нет нужды спрашивать мое разрешение, — Тобиас схватил с кресла плащ и обошел замершую каро стороной. Остановился у двери. — Хочешь остаться — оставайся. Я не буду умолять тебя ехать со мной в Криаду.

— Вот и вся ее благодарность, — сплюнул Критос, когда вечером они встретились в казарменной комнате Аулуса. — Она просто поимела тебя, Тоби. Получила, что хотела, и выкинула на помойку. Сообразительная девка, ничего не скажешь.

Тобиас поморщился и принял у друга заново наполненную кружку дешевого бренди — первого попавшегося пойла, которое смог раздобыть Критос.

Аулус покачал головой.

— Девочка боится, что ты бросишь ее в Криаде. Ты ведь и правда единственный, кто во всем городе ее не ненавидит. Ей некуда будет пойти. Ей страшно.

Критос скривился и хотел вставить свое слово, но Аулус остановил его жестом руки.

— Тебе и вправду стоит подумать, Тоби. Не откажешься ли ты от нее, когда мы вернемся в Криаду? Временами она сильно тяготит тебя, верно?

Ему вспомнилась последняя ссора — из-за Критоса.

— Не то слово.

— Если бросишь ее в Криаде, ты ее сломаешь, — Аулус отмахнулся от Критоса, который хотел что-то сказать. — А сам будешь мучиться чувством вины.

— По-вашему, лучше все закончить? — спросил Тобиас. Кажется, эти двое впервые сошлись в одном мнении.

— Давно пора! — воскликнул Критос, а Аулус покачал головой.

— Ты должен сам решить, чего хочешь.

Тобиас со стоном облокотился о крохотный стол.

— Я не знаю. До того, как она пришел ко мне сегодня с этим разговором, у меня не было сомнений в том, что мы вместе вернемся в Криаду. А теперь выходит, она не только думала о том, чтобы все закончить, но и готова спокойно это принять.

— Маленькая гадина, — резюмировал Критос.

— Попытайся разобраться в себе, — сказал Аулус.

Впрочем, у Тобиаса не было достаточно времени, чтобы разобраться в себе. Хотя бы потому, что для этого нужно было сначала протрезветь.

Сьерра вскочила на ноги, когда он заявился в лазарет. Она с другими лекарями была в комнате отдыха, и высокий понурый целитель что-то объяснял, стоя в центре. Все замолчали при его появлении.

— Пошли все вон, — бросил Тобиас, обводя комнату расплывающимся взглядом.

Его знали, и возмущаться никто не стал. Через пару секунд они с каро были одни.

Сьерра испуганно глядела на него. Да, он был пьян, и она, должно быть, помнит, что он может быть не совсем нормален в таком состоянии.

— Сядь, — приказал он, но она осталась стоять. Тогда он подошел и силой усадил на скамью у стены. Поставил напротив хлипкий стул и сел сам. — Давай обсудим. Вопрос серьезный, правда?

Сьерра молчала, глядя на него широко распахнутыми глазами.

— Не надо смотреть на меня так испуганно. Я не собираюсь тебя бить, — бросил он.

— Я знаю, — тихо сказала она, вжимаясь в холодную стену.

— Давай вспомним твою утреннюю речь, — предложил Тобиас. — Сможешь повторить основные моменты? Молчишь… Что ж, я вспомню сам.

Она продолжала испуганно на него таращиться.

— Ты обвинила меня в том, что я отчуждаюсь. Что я устал от тебя, — сформулировал Тобиас, выцепив из вихря мыслей нужную. — Это правда, — пожал он плечами, и она сглотнула. — А как не устать, Сьерра. Если каждый день ты устраиваешь сцены. Если каждый вечер — это скандал. И ты же не просто ссоришься со мной — ты всегда бьешь по самому больному. Ты из меня больше душу вытянула, чем эта война, неблагодарная ты эгоистка.

Сьерра закрыла лицо руками, но Тобиас силой опустил их.

— Я хочу знать, что ты меня слышишь!

— Я вас слышу, — прерывисто выдохнула она. Ее глаза стремительно краснели от слез.

— Что ты еще говорила? Что в Криаде тебя все ненавидят? Так вспомни, почему! Вспомни, как предала меня, и моя семья едва не погибла в восстании. Как полгорода было разрушено мародерами. Замечательное решение — остаться там, где ты еще не наделала ошибок! Или, может быть, ты все еще считаешь, что поступила правильно?! — Тобиас высказывал все, что лезло в голову весь день. Речь его была сумбурна от бренди, дурманящего голову.

Она помотала головой, и дыхание ее сделалось совсем прерывистым.

— У меня к тебе претензий много больше, поверь! Ты обвинила меня в ревности к Миррину — так давай вспомним, как замечательно ты умеешь выбирать друзей!

Сьерра вырвала руки из его хватки и прижала к лицу. Она приготовилась, что Тобиас примется вспоминать Мориана, и сжалась, вовсе перестав дышать.

Тобиас тряхнул головой, отчего та закружилась. Что-то в нем остановило поток едких обвинений за мертвого магистра.

— Ты спрашиваешь, хочу ли я видеть тебя в Криаде. А я не знаю. Не знаю, насколько меня еще хватит. Всему есть предел, Сьерра! Но ты этого, кажется, не понимаешь.

Он встал, уронив шаткий стул, и ушел.

Пусть теперь девчонка сама все решает.

Голова болела нещадно, и если бы не обещание другу вместе совершить объезд лагеря, он бы не выбрался из кровати раньше обеда. Впрочем, после обеда он собирался наверстать упущенное время в компании постели. Вечером личная встреча с Императором, и ему хотелось проспаться перед разговором.

— Развод? — переспросил Амориас, когда Тобиас подошел к одному из наиболее тревожащих его вопросов. — Хочешь оборвать род?

— Леди Торр была в положении, когда мы оставляли Криаду, — сказал Тобиас.

Император выжидающе смотрел на него. Да, это ничего не значило. В городе не осталось целителей, и жизнь ребенка могла прерваться. Или это могла оказаться девочка.

— Род мог оборваться и в бою, мой Император.

— Вы дерзите, лорд, — осадил его Амориас.

— Простите, мой Император.