Чтение онлайн

Тщетно пытаясь сохранить видимость спокойствия, Бухтияр всю дорогу до Сумеречной улицы продолжал кипеть от раздирающих его изнутри противоречивых эмоций. Пробежав под моросящим дождём до крыльца, он торопливо застучал дверным кольцом в заветную дверь. Открывшая ему Эмили отступила на шаг, давая пройти, и тут торговца поджидала неожиданность: диаболики в прихожей не обнаружилось.

— Где?!! Где она?! — вскричал купец, не в силах больше сдерживаться. Но экономка, не утратив бесстрастного выражения лица, спокойно ответила:

— Ваше растение в кабинете, уважаемый барр. Блокиратор почти перестал действовать, пришлось принимать срочные меры. Я провожу вас, сударь, не беспокойтесь. Из этого дома ещё ничего не исчезало без ведома хозяина.

Окна кабинета на сей раз были уже закрыты, а кроме настольной лампы горела также семирожковая люстра. Сияющие аритовые камни, чуть вытянутые к концу, напоминали живое пламя свечей. Полосы листьев альмерры сплетались в надёжный щит, защищая комнату от любопытных взглядов извне. Хотя, кому могло понадобиться заглядывать в окна особняка?

Не успел купец и рта раскрыть, как к нему одним прыжком подлетел Темурф и вцепился когтями в левую руку.

Что?! Этот котище вознамерился окончательно обновить его гардероб?! Сначала штаны, теперь порванный рукав? И почему он вцепился в обручальный браслет? Стоп! Почему металл двигается сам по себе?

— А ну-ка, стой смирно и дай коту избавить тебя от этой гадости! Мало того, что явился ни свет ни заря, так ещё имел неосторожность притащить с собой лишнее, — насмешливый голос Аруны, сидящего за письменным столом в шёлковом домашнем халате остудил негодование купца быстрее ушата холодной воды. Причудливые узоры на гладком шёлке складываясь в очертания то ли ящериц, то ли драконов, напоминая о церемониальных имперских одеждах Индората.

Гладкий металл распался на две части. Верхняя половинка так и осталась обручем на запястье торговца, а нижняя разомкнула концы и соскользнула на пол, извиваясь, как змея. Мощные челюсти ируанского кота сомкнулись на полоске живого металла, послышался хруст, и "змейка" бессильно обвисла в пасти Темурфа.

— Умничка!

Бухтияр ни миг не сомневался, что это было адресовано не ему.

Кот подошёл к сидящему за письменным столом хозяину, потёрся о его ногу и привстал на задние лапы, выплёвывая добычу на столешницу. Затем презрительно оглянулся на купца, махнул хвостом и, ловко обогнув замершего на пороге гостя, выскользнул за дверь.

— Что это было? — купец вытянул шею, пытаясь рассмотреть лежащий на столе предмет.

— О, небольшой подарок от одной леди. Видимо твои участившиеся визиты в мой скромный особняк привлекли её внимание. Ты не думал, что стоит хоть немного проявлять осторожность? Контур незаметности, конечно, неоценимая вещь, но он не распространяется на всех посетителей, даже если они такие важные барры, как ты.

— А… можно посмотреть поближе?

— Да пожалуйста. Но после клыков Темурфа от этой милой маленькой штучки мало что осталось.

Торговец протянул руку и с опаской дотронулся до обслюнявленной металлической полоски, преодолевая брезгливость. Гибкая лента, состоящая из миниатюрных сегментов, была почти незаметна на столе, словно её поверхность подстроилась под окружающий материал. Бухтияр был готов поклясться, что всего пару мгновений назад лента тускло поблескивала серебром, как и его обручальный браслет, а теперь отливала красным деревом. Шириной с женский мизинец и длиной в два-три оборота вокруг запястья, она выглядела одновременно хрупкой и опасной. Один конец ленты оказался одновременно расплющен и смят, как комочек жёваной бумаги.

— Голова, — пояснил Аруна, внимательно наблюдая за гостем, — К сожалению, восстановить управляющую микросхему уже не удастся, но, возможно, оно и к лучшему. Хорошо, что у ируанцев иммунитет к большинству ядов и они устойчивы к ментальному воздействию.

— Но как это оказалось на мне? И почему?!

— А это, мой неосторожный друг, вопрос за отдельную цену. Тех пяти золотых, что ты мне оставил вчера, на него уже не хватит. Или, может быть, тебя уже не так интересует шестицветик, и ты готов обменять его на змейку? — аристократ махнул рукой в сторону окон, и купец только сейчас заметил диаболику, которая стояла под кадкой с альмеррой.

Два ажурных резных "листа" обхватывали горшок из сапога некоторым подобием клетки. Бутон, готовый распуститься, призывно качнулся навстречу хозяину, но отпрянул от альмерровых листьев, словно обжегшись.

— Нет. Я хочу знать, что стояло за каждым бутоном.

Чёрный шёлк халата колыхнулся, когда Аруна потянулся к одному из встроенных ящиков стола. Достав из него уже знакомое очелье с циферблатом, он надел его на голову, заодно заправив за кожаную полоску встрёпанные пряди каштановых волос. Одна из стрелок двигалась, но сколько времени показывали часы, было не разобрать.

От мозолившей глаза "змейки" аристократ не преминул избавиться, спрятав её останки в небольшой кофр, также извлечённый откуда-то из недр стола. И перед этим предусмотрительно обернул руку белоснежным платком. А вот сам купец почувствовал, что палец, которым он прикоснулся к металлической полоске, начал терять чувствительность. Вашу мьярдь, он же совсем забыл о действии слюны ируанских котов! Но, судя по тому, что сам хозяин оставался спокойным, ничего страшного ему не грозит. Да и с бедром, в конечном итоге, всё оказалось в порядке.

Завершив приготовления, Аруна склонился над столом навстречу гостю:

— Что ж, садись, и запоминай. Дважды повторять не буду.

Он выпростал из-под широких рукавов кисть правой руки, сжатую в кулак, неторопливо протянул к центру стола и разжал пальцы. По отполированной поверхности стола покатились знакомые кругляши. Пять чужеземных монет, звеня и подпрыгивая, улеглись в ряд, сверкая имперскими звёздами. До края стола оставалось расстояние в один золотой, так, что весь ряд казался незавершённым самую чуточку.