Каратели
Шрифт:
– Гекторрррр…- дышала еле слышно и столько эмоций, столько дыхания эмоций касалось шеи. Прикусила пухлыми губами ухо, лизнула языком. Наконец-то дорвалась, соскучилась, столько не виделись -- а по мне, еще бы столько же не виделись. Заодно массировала плечи тонкими пальцами, поглаживала кожу или мышцы рук. Наслаждалась владением и подарком судьбы
– Я люблю тебя! – в миллионный раз услышал признание, но лучше бы не слышал.
– А я тебя -- нет, но тебе же срать! – Люда остановилась, девичьи пальцы на несколько ошеломительных секунд перестали массировать мои руки. А сердце, которое я пнул очередным отказом, забарабанило мне в спину. Но Люда – мазохистка, позволяла себя пинать. – Как у вас с Лилей?
– Стабильно, - сухо проинформировал. – Лежит в ванной с гидромассажем, делает маски для лица, жрет по ночам "шампусик" с подружками и доит деньги. Всё, как и положено вовремя пристроившейся девушке.
– А как Абрамова? Клеймённая? Вы виделись на острове? Она там была?
Хоть и задала вопрос, но явно боялась услышать информацию о Диане. Я погладил ее руки нежно, успокаивающе, на что в ответ Люда потерлась щекой о мою. Преданно, жалобно, как прирученное животное. Не могла отойти от хозяина, поэтому дышала мной. Каждый ее вдох -- вдох мной.
– Она подана в розыск. Еще будут вопросы? – повернул голову в бок к девичьему лицу, предвосхищая следующую команду. – Думаешь, у меня забот нет, кроме как только о бабах думать? Мне же заняться не хреном, я же сраный дворник и весь день только дорожки подметаю! Я пашу, как проклятый, и жду, когда Приамский народ казнит меня на главной площади в отместку за Клеймённых!!! Ты думаешь, меня простят за переворот? И ты, блядь, реально думаешь, что все, что меня заботит – это какой из вас вставить?! Я уже плавно начинаю вас ненавидеть! – рассказывал сосредоточенным глазам, видящим только меня и больше никого, которые ждали других слов. Не агрессии, а искренней любви. А откуда взяться любви? Откуда? Какая любовь, когда внутри полыхал пожар ненависти, когда смотрел на женщин, которым ничего не надо делать. Только ноги раздвигать и заклеймить богатого мужика. В этом все Розы. И Люда такая же, ни к чему не стремилась, только надеть ошейник мне на голову и грести деньги.
– Ты омерзительна! – закончил более спокойно, пальцами сжал перегородку носа, пытаясь перебить себе дыхание и больше не жить. Никогда не задумываться о дальнейшем. – Как мне надоело…
Закончил речь, прикрыв в темноте глаза, чтобы не видеть обстановки ненавистной комнаты. Всхлип тоненький, но искренний зазвучал сзади. Девичьи пальцы сильно сжали плечи, напряглись на несколько секунд, но потом покорно отпустили.
Люда поднялась с колен и кровати.
– Извини, я в туалет…- рванула в ванную комнату. А я должен был пойти за ней и подтирать сопли, но не мог. Тело примерзло к кровати. Волна облегчения обрушилась на плечи и кинула спиной на опустевшую кровать.
Блаженное одиночество.
Потом проводив взглядом перемещение Люды до ванной комнаты, принялся за дело, для которого прибыл в особняк -- слежкой за окном. Внезапно тень наскочила на стекло и это не от ветки, гораздо больше. На крыше кто-то сидел.
Быстро накинув мокрую футболку, я поднялся с кровати, приблизился к стене, рассматривая боковым зрением происходящее за окном. Луна позволила увидеть все необходимое. Действительно, моя цель -- там! Мужик? Парень? Только не видно черт лица.
Правую руку трансформировал, выбросил удар, разбивая толстое полотно стекла вдребезги. Прозрачный дождь посыпался на пол в комнате и зазвенел в ушных перепонках.
Кулак разжал, пытаясь схватить неизвестного парня за шею и удавить, но пальцы сдавили холодный воздух. Пустоту. Успел сбежать, гадёныш.
Пришлось тратить время на открывание окна и выпрыгивать на крышу.
– Стоять, сука! – приказал, глядя, как создание стремительно рванулось прочь по территории, которая только сейчас от шума моего голоса и разбитого окна осветилась десятками фонарей.
Где Андрей? Мысленно спрашивал в процессе бега за Клейменным, а тот даже не отряхнулся после прыжка с третьего этажа. Клейменный игнорировал жесткое сопротивление воздуха и бежал, зная, что его жизнь зависит от скорости.
– Гектор, куда!??? – спрашивал крик Люды из окна.
Я не ответил лишь трансформировал тело и побежал, как одержимый, прогоняя эмоции из тела, как послушный робот, запрограммированный на бег, по следам, оставленным на снегу. Вдоль территории дома, а после по пустой улице, когда Клеймённый перелез забор.
А он неплохо бегал.
У Карателей лишь большая выносливость, но скорость, как и у обычных человеческих спортсменов, не больше, Клеймённые, видимо, в этом плане нас превосходили. Я долго продолжал погоню, слыша свое контролируемое тяжелое дыхание и наблюдая за черной спиной, пусть та удалялась, но следы-то на снегу оставались.
***
Остановился, отдавая воздуху свое дыхание. По железным жердям забрался на забор, на самую верхушку. Уселся на корточки, держась за пику, чтобы не нарушить равновесия и не свалиться с высоты.
Клеймённый вбежал по ступеням, запорошенным снегом. Следы вели в дверь школы... той, которая давно не давала расслабиться и в которой подожгли мою куртку. Давно пора заняться ею. Она сигналила красным крестом на карте, но я откладывал конкретный набег на ее территорию.
Клеймённый, следящий за Людой, нашел пристанище там. Более того, сидя на заборе, захотелось сделать шаг и опрометью ворваться в стены школы. Что-то тянуло, наэлектризовалось там. Заманивало. Интуиция подсказывала что-то, но пока не мог сообразить, что.
***
POV Диана
Алина сидела рядом на диване и не отнимала руки, сжав наши пальцы в замок. Скрепила дружбу, чтобы отныне никто не проковырял дыру между нами. Голову склонила доверительно на плечо, а я в ответ гладила ее растрепанные волосы.
– О! Лесби! Как это мило, девочки! – дверь с грохотом раскрылась и в темноту школьной учительской вошел новый Клеймённый. Лица не разглядеть в темноте ночи, но речь и смех жуткий и скрипучий, как у старика, запомнила. Будто кровь хрипела в его легких и создавался подобный механический смех, не похожий на обыкновенный, присущий живым существам.