Чтение онлайн

Диана за все время не подняла взгляда, отгородилась холодной стеной равнодушия.

Зараза -- мелкая девчонка! Мы же всё преодолеем, справимся, не надо замыкаться одной. Я помогу. Всё исправим, все переживем, только бы позволила. Зачем одной переживать?

– Два! – вздрогнул от того, как вдохновенно и громко проорали хором.

Перед тем как прозвучала цифра три, черная точка славировала в центр площадки между мной и Твардовским. Встала корявыми лапами на асфальт и покрутила черной головой от соперника и обратно ко мне. Сверкающие глаза – точки тщательно за нами следили.

– Кар!!! – произнесла пернатая живность, распушив широкие крылья.

Некоторое время толпа молчала, пока кто-то из моих ребят не взял слово:

– Ууу! Плохой знак! – страшно пропел Каратель - типичный весельчак. В каждом коллективе есть клоун, вот это он. – Разверзнутся небеса, откуда грянет молния и похоронит нас в адууууу! Каратель и Клеймённый встретились в честном боюююююю!– очень вдохновенным голосом, полным загадки и тайны, процитировал весельчак, после чего примерно пять минут доносился дружный хохот моих работников вперемешку с Клейменными.

– Василий! – к черному пернатому существу в круг выбежала очень знакомая Клейменная. Эля что ли. Вечно путал имена девчонок. Это Алина или Эля?

– Клоуны…

Похоже я руководил не доблестной охраной округа, а детским садом – Ромашка. Когда Каратели не на важном задании, им лишь бы посмеяться.

– Три! – от неожиданно озвученной цифры не сразу начал двигаться.

Это самая необходимая победа. В противном случае – это финиш, к которому пришел к своим годам.

Бой один на один. Сколько похожих боев провел за место зама начальника Карателей по нашему округу? Пять лет боев, как вспомню, сколько кишок выпустил, кошмары до сих пор снятся.

Вовремя боя я действовал привычно, чисто на инстинктах. Уже по окончанию анализировал свое поведение и почему так или иначе поступил.

А во время боя азарт, желание помахать кулаками – это естественно для мужчины, выпустить пар. У меня очень много агрессии, проблем, и злости на судьбу -- эти черные эмоции я выпускал на Твардовского. Думал будет проще, но нет, пацаненок удивил.

Удар от меня.

Отскок и в ответ удар в меня.

Едва-едва увернулся, отогнув морду в бок. Твардовский едва под глаз не вдарил.

– Шустрый! – пришла веселая мысль.

Низкий, на первый взгляд слабее, но сука шустрый, как насекомое, хлопал с одной стороны, а Твардовский уже с другой. И признаюсь, понял -- недооценил комара. В процессе боя зрачки у Клеймённого покраснели, словно он принял боевую форму, наподобие формы Карателей (Спец режим, усиливающий наши тела и мощность удара, когда наши тела покрываются твердыми венами и почти разрывают кожу).

От нас следовали бесконечные удары по роже, по туловищу, куда доставали.

От скорости движения даже вспотел. Азарт затягивал, да и все равно надо было его ручонки оторвать, успел же полапать Диану, но как таковой злости на пацана не испытывал. Не мог искусственно взрастить в себе ненависть к нему. Передо мной был враг – Клейменный, существо, которое я с рождения ненавижу, урод, который яйца подкатывал к Диане, и тот, кто должен умереть на благо мне и Диане. А нет злости, та не бурлила во мне, не кипела в жилах и потому я передвигался достаточно медленно. Я не мог заставить себя желать победы, а это всегда девяносто процентов успеха в бою.

Пытался заставить себя закипеть, полыхнуть ненавистью, но нет. Что-то не давало.

Пропустил намеренно удар в челюсть, чтобы с контратаки взять пацана за шкирку и приложить об колено. Боевая форма пацана начала ухудшаться: выдохся, волосы взмокли от пота, громко и хрипло дышал. Понятно, что у таких форм есть серьёзные последствия, Клейменный заставлял тело работать в запредельной нагрузке.

Но почему-то я помедлил, не пошел в контратаку.

Намеренно медлю…торможу атаку…делаю вид, что очухиваюсь от его мощного удара…даю пацану время…

А тот выхватывает складной нож из штанов.

Затем серебристый свет и в груди замирает острая сталь, которая прошла меж ребер.

И тогда стало понятно, что я упустил последнюю возможность для себя и Дианы. Смерть Твардовского на главной площади – это единственная возможность для нас с Дианой быть вместе. Со временем Дианы бы простила мне смерть друга, но вот СЕБЕ бы до последнего дня не простила – если бы ради ее благополучия сдох друг.

Не было насмешки или пренебрежения в голубых глазах паренька, не было злобы или довольствия от победы над проигравшим. Возможно даже где-то проблески сожаления, но сжав челюсти, Клейменный, крепко держа рукоять ножа, с огромным усердием повернул сталь внутри меня. Острие сильнее разодрало мясо в груди, кончик ножа противно чиркнул по ребрам.

А во взгляде паренька пока совершал это действие -- ноль пренебрежения, а простое знание – надо. Так надо.

И я понимал -- надо. Надо чтобы рот заполнился кровью и из уголка сомкнутых губ полилась тонкая струйка.

Твардовский, заторможено отходя назад, продолжал пристально смотреть за мной. Как я справлюсь с внезапно многократно усилившимся притяжением к земле.

А я правда отчаянно боролся не завалиться на асфальт. Балансировал на шатких ногах, пока в ушах шумела кровь, но все-таки повержено позорно грохнулся на колени. Перед глазами расплылся уходящий соперник.

– Илья!!!

Мне не показалось беспокойство в ее голосе? Отчаяние? Я все-таки ей не безразличен? Это, как бальзам на открытую рану, мое болеутоляющее.

POV Диана

– Кто тебя, просил!? – не выдержала и толкнула Артема ладонями в грудь. С силой, с накопленной злобой, так что друг ударился спиной о стену. А я напирала на него, указательным пальцем показывала на его грудь. – Кто тебя просил бить ножом?!

Дверь в квартиру в очередной раз открылась и впустила новых Клеймённых, запыхавшихся от быстрого бега. Слежки за нами от Карателей не было - это мы позорно отступили, когда Гектора окружили работники. А глупый Артем едва руку не вывихнул, таща прочной хваткой по улицам Приама обратно в убежище.