Каратель
Шрифт:
«Они!» — понял Влад и встал за дверь, отделявшую коридор от лестницы.
На рукопашную схватку с двумя вооруженными гэбэшниками он рассчитывать не стал — те наверняка принялись бы в него палить из всех стволов. Как только шедший впереди телохранитель оказался к нему спиной, Влад сильно ударил дверью Зариц-кого, и тот, отлетев на пару метров, упал на ступеньки; выстрел из пистолета с глушителем, которым в свое время не успел воспользоваться Губарь, прозвучал не громче пробки от шампанского, и пуля опрокинула Кускова навзничь — он не успел даже повернуться.
— Тихо! — приказал Влад, рванув Зарицкого за лацканы пиджака. «ПМ» перекочевал в его карман. — За ноги бери, живо! Живо, полковник, не то я положу тебя рядом.
Они подтащили телохранителя к машине, Влад отпер багажник… Пуля угодила Кускову в спину, капли крови, поблескивавшие в свете фонаря, обозначили короткий путь от подъезда через тротуар. Крышку багажника пришлось прижать — мешала «запаска».
— Неплохо ты подготовился к нашей встрече, — повертел в руках тяжелый «СКС» с диковинным прицелом Влад. — В машину! За руль!
Он бросил Зарицкому ключи — жестом, в точности воспроизводящем тот, которым это проделал Зарицкий, приказав Баранову подогнать машину всего несколько минут назад. Ключи упали на тротуар в пяти сантиметрах от решетки водостока, Зарицкий хотел подтолкнуть их в щель, но ствол карабина ткнулся ему в бок:
— Не шали, полковник. Поехали!
Влад сел сзади, положив неудобный здесь карабин на сиденье, взвел курок ставшей привычной «кобры»:
— На «триста восьмидесятый» к Северному! — приказал, когда Зарицкий наконец вставил ключ в зажигание.
— К-куда?!
— Выедем за город — вызовешь «вертушку». А теперь включи рацию на кодовую частоту операции «Перехват» или как вы ее там обозвали… и — вперед!
Прострелив улицу дальним светом фар, «Волга» неуверенно стала набирать скорость.
Едва она исчезла за выступавшей оградой парка отдыха, к подъезду подкатили «Жигули», из салона одновременно выбежали трое.
— Кровь, Кондратий Лукич! — присев на тротуаре, посветил карманным фонариком один из сотрудников новой службы безопасности. — Точно, кровь!.. Я же говорил: труп волокут!
— Ну, труп или не труп… Могли и нос разбить, — проворчал Лукин.
— Есть гильза! — крикнул из подъезда третий. — Здесь стреляли — вон, лужа в углу!..
Внезапно отворилось окно на первом этаже, и пожилая женщина в наброшенном поверх ночной рубахи пледе, очевидно, стараясь быть услышанной в самом Управлении внутренних дел, надсадно прокричала:
— Вот я вам щас покажу, фулюганы! Я щас милицию позову, отморозки, опойки проклятые! Спать людям не даете, ироды!..
Сразу в нескольких окнах погас свет.
— Не нужно так кричать, бабуля, — примирительно сказал Лукин, — соседей разбудите. А милицию мы сейчас сами вызовем, не беспокойтесь!.. Давай, Сережа, звони Рутбергу, пусть немедленно поднимает всех. Сообщи, что они направляются в сторону Заводского района.
— Ясно!
— Костя, поднимемся-ка в квартиру на всякий случай, — бросил Лукин и побежал, перепрыгивая через три ступеньки, по лестнице.
— Илья Ефимович, — докладывал Рутбергу Сергей Аржанов, — есть!.. В двенадцать семнадцать отъехали от дома… Да, вдвоем: Зарицкий и Мехов… Направьте сюда опергруппу, похоже, они кого-то убили. Труп увезли с собой в багажнике, есть гильза и кровь…
Подняв по тревоге все подразделения, задействованные в операции, Рутберг позвонил Кормухину:
— Ты оказался прав, Леонид. И Зарицкий, и Мехов — одного поля ягоды. Так что тогда во дворе Панича полковник выпустил Мехова умышленно — думал, не опознают китайца, тротила не пожалел…
— Чего же ты хочешь, Илья? Одно слово — бандиты!
Сразу за Индустриальной площадью стоял милицейский «УАЗ»; двое милиционеров в оранжевых бронежилетах, с автоматами на изготовку, останавливали машины. Издалека был виден светящийся полосатый жезл.
— Останови, — услышал Зарицкий. Его затылка коснулся ствол.
Он подъехал к «УАЗу», остановился.
— Старший наряда Шинкарев, — лениво представился офицер. — Ваши документы!
Зарицкий протянул ему удостоверение:
— Как обстановка, старлей? — спросил через губу. Офицер посветил фонариком на документ, немедленно вернул и, подтянувшись, козырнул:
— Готовность номер один, товарищ полковник! Пока все спокойно.
«Внимание, всем постам!.. — сработали рации в салоне „Волги“ и на ремне старлея. — Приказываю задержать автомобиль „Волга“ ГАЗ-31…»
— Трогай! — сдавленным голосом приказал Влад. Машина, взвизгнув покрышками, сорвалась с места. «…номер 05-06 черного цвета. При задержании соблюдать предельную осторожность, в машине находятся вооруженные преступники!.. Всем постам!..»
Сзади раздались трели свистков, елочной хлопушкой бахнул предупредительный выстрел, все потонуло в вое сирен.
«…автомобиль „Волга“ черного цвета, номер 05-06 направляется на запад по Свердловскому шоссе через Заводской район. Повторяю: преступники вооружены!..»
— Вот видишь, полковник, мы теперь с тобой, выходит, заодно — обоих под одну гребенку, — усмехнулся Влад. — Если стрелка спидометра упадет ниже «ста двадцати» — одним преступником станет меньше до задержания! Понял?
«…Первый, я Седьмой, „Волга“ проехала Индустриальную площадь, преследую по Говорухинскому в направлении ЖВК!..» — истошно вопил в микрофон Шинкарев.
— На Артемовской сворачивай на мост! — потребовал Влад.
— Слушай, Мехов, не дури, а? Все равно ведь не уйдем: город блокирован, на всех перекрестках дорожные патрули!..