Чтение онлайн

«Наберу несколько номеров ее бывших одноклассниц, — решила Каролина. — Для очистки совести. А потом еще раз обыщу чердак — вдруг Дашка спрятала дневник в коробке со старыми туфлями: был у нее такой пунктик — никогда не выкидывать вышедшую из моды обувь…»

Каролина вынула из комода старую записную книжку сестры — она обнаружила ее во время утреннего обыска, — нашла в ней номера трех более-менее близких Дашиных приятельниц, собралась звонить, но тут услышала ор Грини:

— Ты мне вчера палец отдавил, гад! Ноготь почернел, скоро сойдет! Это, между прочим, называется нанесением телесных повреждений…

— Еще раз гавкнешь, нанесу не простые повреждения, а тяжкие, — послышалось в ответ. — А теперь уйди с глаз моих…

Узнав голос, Каролина подскочила к окну, выглянула во двор. Андрей стоял недалеко от душевой, дорогу ему преграждал Гриня. Высокий мускулистый Андрей на фоне огромного мясистого Грини казался субтильным подростком, и Каро испугалась за него — она знала крутой нрав своего жильца и подозревала, что он запросто может затеять драку. Она уже собралась крикнуть ему, чтобы он оставил ее гостя в покое, как Андрей легонько (как Каро показалось) ткнул Гриню в жирное пузо, и тот охнул и отступил к обеденному столу. Андрей тут же взошел на крыльцо, на прощание похлопав своего несостоявшегося обидчика по плечу.

Каролина тут же метнулась к зеркалу, наскоро накрасила губы блеском, брызнула на себя туалетной водой и вернулась к телефону, делать вид, что звонит.

— Каролина, — позвал ее Андрей из-за двери. — Ты готова?

— Заходи, я сейчас…

Он вошел, вместе с ним в помещение вплыл знакомый аромат свежести.

— Что у тебя за одеколон? — спросила Каро. — Очень приятно пахнет…

— «Хьюго Босс».

— М-м-м… — промычала она, не зная, что еще сказать — в присутствии этого мужчины она терялась.

— Пошли?

Она отбросила трубку и встала с кровати. Андрей открыл перед ней дверь, пропустил вперед. Когда Каро шагнула на лестницу, он со смешком спросил:

— Ты так и пойдешь?

— Как так?

— В халате?

Лицо Каролины залила краска стыда — так старалась выглядеть сногсшибательно, так готовилась (не спала, губы красила и, чего уж скрывать, шла к лестнице профессиональной походкой «от бедра»), а выставила себя полной дурой.

— Переоденься, я подожду в машине, — бросил Андрей и стал спускаться вниз.

Каролина вернулась в комнату, переоделась в заранее приготовленные джинсы с кофточкой: джинсы с заниженной талией очень выгодно подчеркивали ее плавные изгибы, а кофточка с «качелями» создавала иллюзию наличия груди. Обе вещи были белого цвета, который очень шел к ее загару, к тому же Каро успела заметить, что Андрей предпочитал именно белый. Сегодня, например, на нем был костюм (а также футболка, носки, ботинки) именно такого цвета…

Когда Каролина вышла из дома, во дворе никого не было. Зато за забором кучковались ее жилички, студентки из Подмосковья, сгрудившись вокруг «Мерседеса». Перебивая друг друга, они щебетали что-то глупое и из кожи вон лезли, чтобы понравиться Андрею. Тот, надо отметить, слушал их щебет очень внимательно, будто ему на самом деле было интересно, какие кафешки и дискотеки они посетили, но на заигрывания не реагировал, то есть намеки типа «всегда мечтала покататься на кабриолете» игнорировал.

Это наблюдение так порадовало Каролину, что к машине она прямо-таки подлетела. Будто не глядя на симпатичных студенточек (на самом деле она наблюдала за ними из-под очков, и от нее не укрылось, с какой завистью они сверлят ее глазами), она села на переднее сиденье и небрежно бросила:

— Ну что, поехали?

Андрей поочередно попрощался с каждой из девушек (оказалось, он успел узнать их имена), затем завел мотор. Когда машина тронулась, он спросил:

— Как прошло свидание со следователем?

— Нормально. — Она пожала плечами. — Рассказала все то же, что вчера. Добавить мне было нечего…

— Про меня спрашивали?

— В первую очередь.

— И ты?

— Сказала то, что ты велел. Правда, следователь не сразу отстал, начал меня пытать: где, когда, при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились. Я от растерянности ляпнула, что… — Она резко замолчала.

Андрей вопросительно на нее посмотрел.

— Что ты подкатил ко мне на набережной, — смущенно буркнула Каролина. — Типа снял…

— Ну и молодец, — похвалил ее Андрей. — Это самое правдоподобное объяснение…

— Да, только я по набережной со студенческих лет не фланировала, — почему-то обиделась она.

— А я со студенческих лет никого не снимал, — с улыбкой заметил Андрей. — Но следователя твое объяснение удовлетворило, так ведь?

— Если судить по его брезгливой физиономии, на которой читалось «все бабы… б… э… морально неустойчивые личности», то да.

— Вот и славно. — Андрей отвел взгляд и, чересчур пристально уставившись на дорогу, спросил: — А тебе, случайно, не задавали вопрос типа не болела ли твоя сестра какой-нибудь тяжелой болезнью?

— Не-ет… — растерялась Каро. — А зачем? Она же не от болезни умерла… Ее убили, так какая разница…

— Тебе о результатах вскрытия сообщили? — перебил ее Андрей.

— Когда меня допрашивали, следователь еще сам о них не знал… А что, есть новости?

— Есть… И не очень приятные. — Он посмотрел Каролине прямо в лицо. — У Даши был СПИД.

— Что?

— У Кары тоже. Пока неизвестно, какой стадии. Но скоро и это выяснится…

— Я не верю, — прошептала Каролина.

— Твоя сестра работала проституткой в Египте, это даже не предположение, а почти доказанный факт. Эдик Касумян поставлял туда девушек для борделей, а не официанток.

— Но Даша никогда бы не согласилась…

— Ей пришлось, Каролина. Без документов (их сразу отбирают), без денег, в чужой стране… У нее не было шансов избежать панели. Только смерть…

— А твоя жена? Она тоже… проституткой работала?

Андрей ответил не сразу, несколько секунд он молчал, будто решая, правду сказать или солгать. В итоге выдал следующее:

— Я не видел ее больше лет, чем ты не видела сестру. Я понятия не имею, чем она занималась эти годы… — Между бровями появились две знакомые складки. — Они могли оказаться в одном борделе, где от клиентов не требуют надевать презервативы. Потом они каким-то образом сбежали оттуда. Вернулись на родину. Устроились тут… — Складки углубились, и под губой наметилась впадина. — Одно меня в этой истории смущает — количество денег, которые они привезли из Египта.