Капкан
Шрифт:
– Как всё-таки ловко ты сбежала от вопроса!
– Какого вопроса? – я нахмурилась и обернулась.
А Крам рассмеялся и, снова заглянул в салон, чтобы открыть багажник. Затем захлопнул дверь, обогнул машину и вытащил из багажника шикарнейший букет белых роз.
– Это ещё что? – потрясённо выдохнула я.
– Извини, детка, но это не тебе. Знаю, твои отношения с Карой далеки от идеала, да и не стоит она такого букета, но…
Охотник замолчал, а я с большим запозданием сообразила, что цветы – Каре.
Каре? Такие розы? Да… да он с ума сошел!
Только на этом брюнет не остановился – вслед за букетом, из багажника была извлечена огромная коробка с тортом. Крам взвесил коробку в руке и попросил:
– Лирайн, возьмёшь цветы, хорошо?
Честно? Мне категорически не хотелось их отдавать, но я подчинилась. Забрала розы, чтобы Крам мог взять коробку двумя руками. После этого мы пошли.
Я и раньше не знала, как себя вести, особенно после откровений Кары и Темора в Дамарсе, а уж теперь…
А еще вспомнился один непонятный момент с подарками, и я всё же решила поинтересоваться:
– Крам, зачем вы дали Паривэллам денег?
– В смысле? – нахмурился… мой парень.
– В прямом, – ответила я. – Когда я разыскивала Драйста, успела пообщаться с одной из сестёр, и та сказала, что семья получила помощь от вашего фонда.
– Точно от нашего? – в голосе Крама прозвучал скепсис.
– Точнее быть не может.
Крам взял паузу. Мы как раз подошли к дому и свернули с подъездной дорожки на другую – ту, что вела к главной двери. Б когда оказались практически на пороге, прозвучало:
– Фонда, в который «обращались» твoи приёмные родители, не существует.
– Но у вас же есть какие-то другие фонды, со счетов которых можно заплатить?
Теперь меня окинули задумчивым взглядом и сообщили:
– А ты осваиваешься, детка. Я пожала плечами.
– Но мы точно никаких денег не давали, – припечатал он. – Если б давали, я бы знал.
Ровно в этот момент дверь, до которой уже дошли, но в которую ещё не постучали, открылась, и в проёме возникла Пикси – сестра, которая была младше на пару лет, и с которой я делила комнату с самого её появления.
– Лирайн? – выдохнула она удивлённо. – О-о!
Я могла сказать тоже самое: О-о-о!
Просто на сестричке было новое модное платье, опять-таки новые туфли, а еще губы накрашены, чего нам всем, в общем-то, не позволялось.
– Ой, какие цветы! – восторженно взвизгнула Пикси.
А спустя еще секунду:
– О-а-у! Ты же не одна!
Да, я была с компанией, а Пикси… Что тут происходит? Что за…
– Ну же! Входите! – сестричка отскочила, распахивая дверь на полную. И уже не нам, а в сторону гостиной:
– Ма-а-ам!
Я сидела и не понимала, куда мы приехали. С тем же успехом могли оказаться… ну, в другом измерении, например. Просто то, что происходило в доме приёмных родителей, и то, как держались Кара с Темором, находилось за гранью моих представлений и воспоминаний о чете Паривэлл. Для начала нам искренне обрадовались, а потом… Нас усадили за стол и начали поить чаем. Причём угощали не только нами же принесённым тортом – Кара выставила какие-то салаты, бутерброды, а затем, отмахнувшись от наших протестов, подала еще и суп.
Помня о том, насколько мерзкие супы она варит, я пробовать не хотела, а не посвящённый в ситуацию Крам попробовал и не скривился. После этого я тоже решилась и изумилась сильнее прежнего – действительно съедобно. Но как?
Оказалось, Кара записалась на кулинарные курсы… Я не спрашивала, она поделилась сама, и с языка тут же слетело оторопелое:
– Для чего?
Наверное, некрасивый вопрос, но что сказано, то сказано.
– Чтобы лучше заботиться о семье, – ответила Кара с улыбкой.
Мой шок усилился, однако, даже в том, что касается исключительно еды, съедобный суп был не единственным поводом удивляться. Салаты и остальное тоже вызывали недоумение – подобного изобилия в доме Паривэллов не было никогда.
Счастливые лица братьев и сестёр, которые пробегали мимо – в ту же копилку. Как и новая одежда и некоторые пока незначительные изменения в интерьере. Глядя на всё это, я даже почти позабыла о признании, что для Кары с Темором опекунство – лишь способ обогащения. «Сопливый бизнес», как они изволили сказать.
Нам с Крамом улыбались, нам по-настоящему радовались, а когда закончили с перекусом, начали расспрашивать… для начала только меня и только про учёбу. Что за университет, как справляюсь, как освоилась на новом месте и, самое невероятное – чем помочь.
Я отвечала, но чувствовала себя при этом полной идиоткой, и в какой-то момент всерьёз задумалась о том самом другом измерении – а вдруг? Кара и Темор в это время обратили внимание на Крама – теперь вопросы стали общими и какими-то стеснительными. В смысле, чета Паривэлл заметно мялась, но всё равно пыталась выяснить, кто он такой и чем живет.
– Что за допрос? – понимая странность ситуации, буркнула я.
– Просто хотим составить представление о твоём парне, – мягко отозвался Темор.
Я… нет, по-прежнему не знала, что думать, а всё происходящее воспринималось этакой дичью. К счастью, налаживать тесные связи с моими приёмными родителями Крам не стремился и, видя моё ёрзанье, несколько раз намекнул, что мы вообще-то на минутку и уже уезжаем.
Кара с Темором намёки слышали, но игнорировали. А потом всё же сдались и выпустили из-за стола. По пути в прихожую я притормозила и попросила Крама подождать.