Чтение онлайн

– Да брось ты. Ответ же ясен. Если просочится информация, что этот новый проект близок к завершению, заказам на «Хищник» – крышка. Торговые агенты просто забудут про него. А я не лгала про рекламный бюджет – меня это до смерти пугает. Так что занимайся «Ястребком», следи, чтобы технический отдел не спал, а о производственниках не думай. Тодд ведь как говорит? Они всего-навсего выводящий канал, испражняют готовый продукт.

Шейла заметила, что у кабинета собираются люди. Ее время истекло, но она уже выяснила, что хотела.

– Спасибо, Трейси. Мне просто нужно было посоветоваться.

– Конечно, на то я здесь и поставлена.

Шейла вышла, поздоровавшись с хлынувшей в кабинет толпой, и зашагала по коридору к своему закутку.

Да, у ее проекта по-прежнему отличные перспективы. Его поддерживает Тодд. Главное, чтобы не подвели разработчики. Позже она проведет совещание с Карлосом и своей командой, и они все еще раз обсудят. Скорость шины непременно будет удвоена. Это всего лишь дело времени. Действует закон Мура. [16] Обычная бинарная математика: удваивай, удваивай, удваивай.

Лучи солнца низко стелились над запутанной паутиной дорог, исчертивших Долину. Угасающий свет отражался от зеленых стекол зданий на дальней стороне территории штаб-квартиры «Това системз», но балкон кабинета Тодда уже накрыла тень. Четверо руководящих работников компании сидели в сумерках, хотя, погруженные в раздумья, они не замечали сгущавшуюся темноту. Говард, Трейси и Роджер, начальник технического отдела, ждали, когда заговорит Тодд.

– Если с «Ястребком» выйдет задержка на квартал, – начал он едва слышно, – у нас возникнет очень серьезная проблема. Мы не можем сказать клиентам, что «Хищник II» – самый невероятный скачок в истории компьютерных технологий за последние десять лет, и фактически сразу же, не дожидаясь, когда уляжется ажиотаж, выпустить более совершенное изделие.

– Значит, надо закрыть «Ястребок», – заявила Трейси. – Заложим в базовую конструкцию «Хищника» возможность модернизации в будущем. Уже сейчас продадим параметры завтрашнего дня.

– Не получится, – мотнул головой Роджер. – Шина другая.

Трейси взглянула на него, как на строптивого пса.

– Мы в курсе, Роджер. Но кто будет модернизировать? Если не поменять корпус, доработки можно спокойно пустить в оборот через наших торговых посредников и не думать о затратах.

– Не все так просто, – возразил Роджер.

– Очень просто, – продолжал Тодд. – Большую часть прибыли мы получаем от дорогостоящих изделий, поэтому наша стратегия в отношении дорогих товаров должна быть безупречной. Мы не можем просчитаться даже на квартал. Если эта информация просочится, наши акции упадут так… – он помолчал для пущего эффекта, – что уже никогда не поднимутся.

Тодд встал и вышел на балкон. Остальные трое не отрывали от него глаз. На балконе слышалось только цоканье его сандалий. С минуту он смотрел на четырехугольник двора, потом повернулся к ним и провозгласил:

– «Ястребок» мне никогда не нравился.

Говард и Трейси немедленно обратили взгляды на Роджера, подразумевая, что вся ответственность за этот непривлекательный проект лежит именно на нем.

– Я думал, что мы должны добиваться более высокой совместимости, – промямлил Роджер – неубедительно, но с обидой в голосе.

Трейси, уловив недовольство в его тоне, мгновенно бросилась в наступление.

– Из данных продаж никоим образом не следует, что потребителя это интересует. Им на это плевать. Их волнует не совместимость, а долговечность изделия.

– А как же новое программное обеспечение? – парировал Роджер.

– Это проблема «Майкрософта», – ответила Трейси. – Так что давайте делать то, что сказал Тодд. Сосредоточимся на «Хищнике».

– Я этого не говорил, – заметил Тодд.

– Но… – Трейси растерянно взглянула на Говарда, но тот смотрел на Тодда.

Двумя этажами ниже заседали участники проекта «Ястребок». Одни сидели – кто на стульях, кто на корточках, другие стояли. Столы были завалены едой, плакатной бумагой и личными средствами для записи данных – тетрадями в твердой обложке, переносными и карманными компьютерами, блокнотами, стаканчиками с кофе.

Карлос Шварц, руководитель группы, стер записи с одной части доски на стене, освобождая место для новой диаграммы. Марго потянулась и, перехватив взгляд Шейлы, пожевала губами. Шейла кивнула.

Карлос написал несколько слов: «Сарыч», «Кенгуровая крыса», «Сосновая змея». Шейла знала, что это – обозначения новейших специализированных чипов, так называемых интегральных схем прикладной ориентации, которые разрабатывали инженеры «Това системз».

– Так, а теперь, мальчики-девочки, смотрите сюда, – сказал Карлос, поворачиваясь к своей команде. – Не спорю, день был длинный, но, думаю, мы пока еще не пришли к единому мнению в отношении графика разработки «Ястребка».

Шейла сложила на груди руки. Она знала, что Карлос – блестящий инженер. В двадцать три года окончил университет Карнеги–Меллона [17] и защитил диссертацию; он изобрел шину, которую они использовали, запатентовал множество компьютерных программ и был страстным орнитологом. Однажды он пригласил ее на свидание, и она из любопытства пошла – на спектакль по пьесе Шекспира, который ставили под открытым небом в Санта-Крузе. Она дрожала от холода, пока шел «Перикп», а потом два часа слушала лекцию о миграции хищных птиц, ковыряя вьетнамское блюдо с соусом карри.

– «Сарыч» однозначно нужно доводить до ума, – заявил Карлос – Это – ключ ко всему.

Шейла подумала, что он сильно подурнел со времени того свидания. В его конском хвостике прибавилось седины, он стал грузнее, цвет лица испортился. И что она тогда в нем нашла?

– «Сарыч» обеспечивает работу всей системы, – продолжал Карлос – Без этой микросхемы «Ястребка» нет. А вот «Кенгуровая крыса» и «Сосновая змея» – это несколько иное. Они отвечают за выполнение задач, на которые без них потребуется очень много оперативной памяти.