Чтение онлайн

Мы попали в небольшой коридор и открыли дверь с левой стороны. Там оказалась небольшая комнатка, в ней столик, четыре стула, небольшое окошко, закрытое решеткой, на котором висели белоснежные занавески, небольшой умывальник возле стены. Точно так же, как у нас в следственном изоляторе, только тут были занавески и очень чисто, словно после ремонта. Я присел на стул.

– Сейчас его приведут, – сказал адвокат.

– Так что это за человек? – спросил я.

– Этот человек попался на угоне машины. Его взяли у бара. Потом они его раскрутили, и он признался, что убил нескольких русских – одного банкира и одного авторитета. Короче, последние убийства. Ты, наверное, слышал об этом. И вот их он берет на себя. Самое главное – он утверждает, что хорошо знал Солоника.

– А откуда ты это знаешь?

– У меня же тесный контакт с полицией! – улыбнулся адвокат. – Они позвонили мне и сообщили.

Я усмехнулся по поводу дружеских отношений между греческим адвокатом и полицией. Для меня это было странным. У нас такого быть не может.

Вскоре дверь открылась, вошел парень среднего роста, худощавый, черноволосый, коротко стриженный, в куртке и джинсах. Он кивнул нам и без разрешения уселся на стул, уставившись на адвоката. Затем он перевел взгляд на меня.

– Ну, здравствуй, – сказал по-русски адвокат. – Я твой адвокат. – Он назвал свое имя. – А это, – адвокат хотел представить меня, но парень неожиданно сказал:

– А я его знаю. Вы адвокат Солоника.

Я кивнул головой.

– Откуда ты меня знаешь?

– Знаю, – улыбнулся парень.

– А ты-то кто?

– А я Петя из Кургана.

– Из Кургана? А говорили, что ты ореховский...

Петя улыбнулся:

– Они много чего говорят.

– Ну что, Петя, в чем тебя обвиняют? – спросил адвокат.

– Машину угнать хотел – да, это отрицать я не буду. Оружие, которое нашли в машине, мое, это тоже я отрицать не буду. Что касается убийств банкира и бандюка, то это я на себя не беру. Я никого не убивал!

– А почему же ты на себя это взял раньше? Почему сказал, что знал Солоника?

– Специально, чтобы внимание привлечь.

– Так ты его знаешь? – спросил я.

– Конечно. И жил с ним вместе, и часто бывал у него на вилле.

– А с кем он вместе жил?

– Нет, с ним никто не жил. Так, часто к нему в гости ребята приезжали, кого он приглашал, кому доверял. Девчонки приезжали. А так, чтобы кто-то постоянно жил, из местных, ну, тот, кто постоянно в Афинах живет, – поправился Петя, – такого не было.

– Хорошо, – сказал я. – А кто же у него жил? Антон погиб, ты знаешь?

– Да, Антона знаю. Там все из-за денег... Но я тут ни при чем, – тут же добавил Петя.

– Нет, мы тебя ни в чем не обвиняем. Но расскажи, кто с ним был, меня это очень интересует.

– Там ореховские много кружились. Был такой Пирожок, кличка такая. Он был в розыске в Москве, приехал в Афины. Вот они с Солоником часто контактировали, дружили, так сказать. А потом Солоник его похоронил.

– Как это похоронил?

– Пирожок стал наркотой очень увлекаться. Ну, короче, он передозировку большую взял, сердце, видимо, не выдержало. И его похоронили.

– А с Пирожком еще кто-то был?

– Да, были ребята. Но потом один то ли в Италию, то ли в Венгрию мотанул, – сказал Петя.

– А ты что?

– А я тут в Афинах остался. У меня денег нет.

– И чем ты занимался?

– Чем придется. Кражами в основном. Вот тачку хотел угнать, но не повезло. – Петя обратился к адвокату: – Как ты думаешь, сколько мне за это дадут?

Адвокат быстро открыл кодекс:

– Три-четыре года. А могут и пять. Как получится.

– А с оружием-то что? – спросил я.

– Но у меня же нож был, не ствол.

– А почему тебе стали предлагать взять на себя убийства?

– Это надо у них спросить. Откуда я знаю? Они сразу стали меня по полной программе раскручивать.

Адвокат хотел задать Пете какие-то вопросы, но я опередил его.

– Извини, коллега, – сказал я, – можно я поговорю с ним немного на свои темы, а потом оставлю вас, и вы будете говорить на свои темы?

– Конечно, – адвокат встал и подошел к окну, раздвинув занавески, стал смотреть на улицу.

– Значит, так, Петя, меня интересует несколько вопросов. – Я достал блокнот.

Наша беседа продолжалась минут десять-пятнадцать. Наконец, получив от Пети нужную мне информацию, я закрыл блокнот.

– Ну что, я подожду на улице? – спросил я адвоката.

– Да, конечно, – ответил он. – Я еще минут пятнадцать с ним поработаю, а затем мы вместе поедем.

Я протянул парню руку.

– Спасибо тебе, Петя, за информацию. Теперь мне многое стало ясно.

– Да не за что, – ответил Петя. – Если бы я что знал еще, то помог бы.

– Жаль, что мы в таких условиях встретились! Ты держись с оптимизмом. Думаю, что рано или поздно ты отсюда выйдешь. Все же у тебя опытный защитник, думаю, что пойдешь по минимуму. А может быть, и вообще удастся тебя отсюда вытащить.

Адвокат пожал плечами:

– Не знаю, будем думать...

Я вышел из комнаты, беспрепятственно прошел по коридору и оказался на крыльце. Подойдя к машине, я встал рядом, обдумывая полученную информацию. Неожиданно я заметил, что к полицейскому участку подъехала белая машина с тонированными стеклами. Какое-то внутреннее чувство заставило меня повернуться к машине. Бог ты мой, да это та самая «Хонда», которая преследовала меня, когда я во второй раз приезжал в Грецию!

Из машины вышли два человека. Один из них был худощавым, лет тридцати пяти, одетым в светлый костюм и белую рубашку, без галстука. Второй – в джинсах и в бежевой ветровке. Было видно, что это шофер. Он остался у машины, а человек в костюме прошел мимо меня, бросив на меня быстрый взгляд. Что-то в этом взгляде подсказало мне, что этот человек знает меня.

Мужчина прошел дальше, к полицейскому участку. Тут я заметил, что с крыльца спускается толстый полицейский с погонами на плечах. Я понял, что это начальник участка. Он протянул руку приезжему и поздоровался с ним. Затем он кивнул в мою сторону и стал что-то объяснять. Мужчина, похлопав начальника по плечу, прошел с ним внутрь помещения.