Чтение онлайн

— Хотел бы я знать, что вылупится из этого яичка, — пробормотал Форт. — И когда.

«А я бы не хотела», — содрогнулась Эш, но в ней смешивались противоречивые желания.

Ихэнский Господь свёл Форта с представителями яйцекладущих видов, и его слова были близки и понятны им в социокультурном смысле. Из кожистого яйца, высиженного шнгой, появлялся страшненький, но милый ихэнчик; из роговой оболочки яйца мирков — многолапая личинка, мало похожая на Далан. Госпожа штурман испытывала к яйцу в стволе хмурое недоверие — не тот цвет, потом свечение... Эш ощущала иное. В её природе была заложена нежность к яйцу, забота о будущем ребёнке. Шнги — наседки и няньки — на прародине ихэнов, Артаране, котировались ниже мужчин и женщин, но их роль в судьбе потомства была уважаема обществом, и семья без шнги считалась неполной, в брак вступали трое — жена, муж и шнга. Кроме чадолюбия, было у наседок и другое достоинство — верность. Старая ихэнская пословица гласила: «Лучше сразиться с восемью воинами, чем с середняшкой, защищающей яйцо». Шнги пережёвывали пищу для детей, и их челюсти даже мирку могли раздробить запястье. Враг, позволивший шнге вцепиться себе в шею, кричал недолго.

От чёрного эллипса в ореоле ультрафиолета исходило тяжкое, дурманящее очарование. Эш вспомнила наплывающее волнами слов притяжение, сковывающее мысли. Она испытала мучительный стыд за свою вину — она посмела ударить яйцо!.. когда? совсем недавно, словно вчера... Слова возвращались быстрым шёпотом, ускоряясь и сливаясь в хороводе звука — СОБЕРИ КУБИКИ ДАЙ МНЕ РУКУ ХОЧЕШЬ МЫ БУДЕМ ДРУЖИТЬ...

— Эш! — окрик вывел её из столбняка.

— Да, капитан?

— У тебя план главных коммуникаций. Выведи на обзор.

Экипаж плотно собрался к экрану Эш. Ствол посверкивал молниями, придавая группе вид новых исследователей преисподней, обсуждающих маршрут у врат, ведущих в безвременье.

— Я бы разбила ЦС на семь участков по числу грузовых сегментов. Замеры произведём в конце каждого участка. Разрыв следует искать там, откуда контрольный сигнал не поступит к началу ствола. Доступы к коммуникациям стандартные, то есть надо снять один блок обшивки и экран. Автоматы выполнят это за пятьдесят — пятьдесят пять минут, одновременно устанавливая тестеры на кабели. Если получится, то через час мы будем знать, где чинить. Прибавить минут двадцать на снаряжение автоматов. Максимум полтора часа.

— Приступаем.

Далан вынимала из ячеек колодки тестеров; Эш располагала их на платформе-«спине» автомата; Форт с пульта проверял, как жук-паук будет захватывать и приставлять устройство к кабелю. Ни у кого и на секунду не возникала мысль отправиться в ствол лично; почему-то куда безопаснее казалось оставаться вместе. Для верности подключили к дисплеям шлемных забрал видеосистемы автоматов — мало ли, вдруг придётся управлять роботами дистанционно.

Выставив вперёд лучи фар, жуки-пауки слаженно затопали по коридору тьмы, изредка освещаемому молниями.

— Первый участок. Семьдесят метров от входа в ствол, — отметила Эш. Лучи повернулись каждый к своей стене, замелькали манипуляторы — автоматы ни в чём не сомневались и ничего не боялись; в их конструкции не было предусмотрено узла, где бы гнездились страх и нерешительность.

— Сигнал проходит, — Далан приникла к портативному пульту.

— Второй участок. Сто сорок метров...

Минуты тянулись неспешной, упругой резиной. Лучи фар вдали вздрагивали, лапы автоматов казались тонкими, как волосы.

— Третий участок. Двести десять...

— Есть сигнал. Идёт стойко.

— Четвёртый участок, двести восемьдеся...

— Отказ правого автомата, — скрипнул Форт. — Беру на ДУ.

Замершие манипуляторы нарисовались перед ним; луч неподвижно упирался в обшивку, инструмент завис на середине движения — его головка вращалась впустую.

— Давай, хороший, давай... — уговаривал сквозь зубы Форт, понукая робота. — Работай, стервец...

Манипулятор дёрнулся, неловко ткнув инструментом в обшивку — полетели весёлые яично-жёлтые стружки.

— Они должны быть устойчивы к разрядам, — заклинала себя Эш, подключившись к автомату, двигавшемуся по левой стороне.

— Правый вышел из строя. Совсем. Нет картинки с его визоров.

— Мы его потеряли, — заметила Далан глубокомысленно. — Работа продлится дольше.

— Как твой левый?

— Занялся съёмом обшивки. Исправен.

— Подними визор и осмотрись.

Картина перед глазами повернулась, словно у Эш закружилась голова.

— Весь диапазон.

— Я знаю... Капитан!!! оно здесь!!!

Форт сдублировал картинку на себя, зажёг в глазах сеть трёхмерных координат, совместил её со зрением жука-паука и выхватил лайтинг. Чернота, сгустившаяся в зыбкое яйцо, висела почти над «спиной» автомата.

Луч прорезал ствол на всю длину; яйцо затрепетало от попадания и полыхнуло в ответ рассеянным синим огнём; моргнуло и пропало изображение с автомата, работавшего слева, но теперь Форт ясно различал противника — и ещё раз пронзил его лучом. Вдали вспыхнуло багровое пятно — луч ударил в дверь машинного отделения.

— Сдохнешь ты или нет?! — будь взгляд Форта материален, яйцо разорвало бы в клочья. Расправившись с автоматами, оно покачивалось, будто мяч в бассейне.

— Ему не страшно! — объявила Далан, откидывая шлем на спину. — Пожалуйста, отступите на шаг, откройте рты и заслоните ушки.

— Зачем? — в голосе Эш сквозило бессилие.

— Чтобы уравновесить давление на перепонки, — важно пояснив это, Далан начала преображаться. Уши её растопырились, рот стал пастью-пещерой, нос округлился в дыру; лицо, и без того несимпатичное, вздулось подушкой. Далан присела, и стало заметно, что торс её тоже сильно расширился.

Затем Эш оглохла. Звук, прокатившийся по стволу, был сильнее того, что может выдержать человек (а равно и ихэн). Говорят, великие певцы на подъеме голоса раскалывали звуком тонкие бокалы и заставляли дребезжать подвески люстр — так вот, крик Далан был во много раз мощней. Эш показалось, что разом стартовали несколько кораблей.

Яйцо погасло и исчезло.

— Испугалось! — расслышал Форт довольный возглас штурмана.

— Ну и здорова ты орать, — трудно сказать, чего было больше в ответе капитана — раздражения или уважения. — Маяком-ревуном работать не пробовала? на море в туман тебе цены не будет.