Чтение онлайн

— Скушай «зонтик», мункэ. Что-то ты затряслась... — Толстый наслаждался.

Эну закусила губу — руки, подлые, дрожат! Сцепила, переплела белые пальцы — ну, тише вы, тише! — быстро сунулась в карман на рукаве, но пачку надорвать не смогла — такая скользкая, дрянь! рванула её зубами.

— Мне... запить...

— Жуй всухую, — последовал жёсткий ответ. — Нет у меня водички.

С усилием, давясь, проглотила она куски «зонтика». И боль, привезенная из лечебницы, нашла время напомнить о себе — впилась, выворачивая нутро; всё вместе, ой, беда, беда пришла...

— Полегчало?

Эну ещё сильней съёжилась, мотая головой.

— Значит, поняла, — Толстый остался доволен. — Не бойся очень-то, я пошутил. Ты мне послужишь, как я скажу. И постарайся угодить, я придирчивый. Угодишь — уцелеешь.

— Что... надо? — простонала Эну.

— Повиновение — в первую очередь. Во вторую — откровенность, как перед Небом. Встань-ка и отвечай.

Собравшись, Эну кое-как поднялась.

— Как вы сошлись с Фойтом?

— Мы... гуляли и...

— И!?

— ...его увидели...

— Дальше.

— Он в Развалину вошёл. Там взорвалось. Мы заглянули — он как мёртвый лежит.

— Дальше.

— Посмотрели... а он встал и говорит — будете делать, что велю.

— У него был робот?

— Был... как паук, большой такой. Он его вещи нёс...

— И куда робот пропал после?

— Не видела, не знаю.

— Узнаешь для меня. А... Фойт вошёл туда в скафандре?.. или в другой одежде, в шлеме?

— Нет... как он сейчас, так и вошёл.

— И его не ранило?

— Штаны порвало, ноги кровили, а ранило ли... не знаю.

«Вот так выродок! — подивился Толстый. — Стойкий, оказывается... Любому нашему ноги бы перебило. Да как же так может быть?.. Не должно так быть. Тут что-то нечисто...».

— Его клик у тебя?

— Да...

— Дай сюда. Пойдёт в уплату. И запоминай задание — поищешь у Фойта в рюкзаке, скажешь мне, что там есть.

— Я не могу...

— Не ты — пусть Шук поищет, его учить не надо. Пока всё. Можешь сесть.

Эну оползла на упаковку. Внутри было пусто, всё как ветром выдуло — больно, страшно и деваться некуда.

Толстый крутанул кресло лицом к лобовой панораме и до выселок забыл об Эну.

Собирать питание для Фойта и пропащей парочки Толстый поручил рядовому — бравый малый справится лучше, чем ошалевшая и остывшая мункэ. Он впихнул её в загон для правонарушителей, но запирать не стал, сама себя уже заперла — просто чтобы не мешалась.

Сам Толстый расположился в кабинете наедине с передатчиком.

«Вела Акин»... поисковик сразу нашёл в адресах контактный номер фирмы и варианты выхода. Прямое сообщение надёжнее... Подчиняясь пальцам Толстого, на крыше участка веером раскрылась и застыла антенна-раковина. Он немного помедлил, взвешивая в уме выгоду и опасность быть отслеженным ОЭС, но решил, что открытые разговоры в диапазоне гражданской связи привлекают ОЭС гораздо меньше, чем кодированная перекличка на волнах контрабандистов. У ОЭС нет стольких операторов, чтобы охватить всеслышащим ухом весь эфир. Видеоканал Толстый отключил — незачем показывать лицо.

— Я говорю с «Вела Акин»?

— Да. Вас слушают.

— Мне хотелось бы побеседовать с ответственным и серьёзным человеком по деликатному вопросу. Дело касается платных услуг, связано с неразглашением в интересах фирмы.

Это должно настроить связистов на нужный лад. С кем попало не соединят.

— Пожалуйста, выскажитесь яснее о сути дела. — На узле связи «Вела Акин», вероятно, уже запустили систему противослежения. — Откройте доступ для установки кода с нашей стороны.

Движение — и двухсторонний обмен перешёл в режим шифровки.

— Пилот Фойт, через «р». Корабль «Холтон Д'ейг», через «р».

— Секунду... Подключаю вас к собеседнику.

— Я уполномочен решать такие вопросы, — напористо начал Луи Маколь. — Кто вы?

— Это неважно. Мне известно, где находится ваш пилот. Информация стоит двести отов.

Ликование Луи выплеснулось на лицо пульсирующими пятнами, но голос остался деловитым, без ноток волнения.

— Не надо скрытничать, любезный. Вы уже позиционированы. Буолиа, зона 7, сто пять лиг и двенадцать стадиев к северу от трассы Ми.

— Ваши телеметристы, господин Маколь, не зря получают деньги. Но точность — ещё не скорость. Раньше, чем через два-три часа, вы не прилетите, а за это время многое может измениться. Скажем, интересующий вас выродок окажется в какой-то другой зоне. Территория так велика, мест для схрона сколько угодно.

— Давайте перейдём от угроз к делу. Триста, и вы обеспечиваете нам, чтобы пилот никуда не переместился. Мы заберём его.

— Когда и как?

— Об этом поговорим позднее. Сейчас на Юге территорий неблагополучно, надо выждать. Свяжемся послезавтра, в начале дня, когда стемнеет. Скажем, в 06.00.

— Итак, 4-го числа, в 06.00.

— И сразу на меня. Код входа будет... 74-40-18, добавочный Шая.

Толстый занёс код на бумажку, приписав ниже «Милая, любимая», и приклеил её липким краем к кожуху передатчика.

Милая, любимая... ах! Он втянул ноздрями манящее дуновение от мункэ. Нет, не теперь — момент не тот. Триста за один пустяк, хо! И ещё то, что удастся сорвать с Фойта. Недурственная пожива.

Полицейский катер скрылся с глаз. Форт с Шуком остались одни в опасном кольце, как в ведьмином круге.