Чтение онлайн

Друзья снова вернулись на ферму. Ртуть потащил товарища в темный погреб, заставленный ящиками. Они схватили тяжелые ящики – один, другой, десять, двадцать – и установили цепочкой от двери до погреба. Ловким ударом ноги капитан выбил кое-где доски, чтобы виднелось содержимое. Все это было проделано в считанные минуты.

Ртуть потер руки: дело шло на лад.

– Теперь скажи мне, малыш, ты знаешь латынь?

– Нет, шеф.

– Ну так знай – латинская пословица «Audaces fortuna juvat» означает: «Счастье сопутствует отважным!» Сторожи оружие, будь начеку… Когда услышишь мой сигнал – два хлопка в ладоши, – делай то, что я велел.

– Хорошо, капитан. Понятно.

– А сейчас пожмем друг другу руки – и за работу! – Бедняк исчез.

Ртуть вернулся во двор. Пора действовать: первые мексиканцы достигли главного входа, толкаясь, теснясь и изрыгая проклятия.

Капитан вошел в дом и поднялся по лестнице на второй этаж. Все окна здесь выходили на внутренний двор, кроме круглого слухового окошка: из него наш герой мог наблюдать все, что делалось снаружи. Сомнения не было: он видел беспорядочное бегство врагов.

И действительно: люди Переса присоединились к Карбахалю, решившему совершить дерзкое нападение на Тампико. Шпионы сообщили главарю об исчезновении Ртути. Эта новость придала партизанам смелости. Карбахаль решил, что наступило самое подходящее время для атаки.

Перес был уверен в смерти Ртути, очень гордился своим подвигом и жаждал нанести французам решающий удар. Странное дело, но его дочь Долора впервые отказалась следовать за ним. Привыкший ко всеобщему подчинению, отец силой усадил донью Альферес на коня, и они поскакали.

Карбахаль ошибся в расчетах: Тампико надежно охранялся французскими офицерами, горевшими желанием покончить с постоянными налетами и проучить врагов. Солдат Карбахаля побили, за ними в смятении бежали и матадоры. Жалкие остатки двух банд – от силы сто пятьдесят человек, раненные, измученные, возмущенные, – примчались по тайным горным тропам в прибежище, о существовании которого не знал никто в европейской армии.

Ртуть догадался обо всем этом, стоя на наблюдательном пункте. Невольно взгляд его искал в сутолоке донью Альферес. Не видно. Может быть, погибла в бою? Сердце юноши сжалось, а рука потянулась к аметисту, лежавшему в кармане.

Капитан заметил во дворе офицера в форме, сверкавшей золотом и серебром. Драгоценные камни, украшавшие его оружие, переливались на солнце. Вокруг собрались взбешенные солдаты. Мексиканец защищался, парировал угрозы, но в ответ раздавался смех, подобный рычанию диких зверей…

Ртуть никогда не видел прежде этого человека, но сразу узнал его по рассказам. Это был сам Карбахаль, партизанский генерал, неуловимый предводитель мексиканцев. Почти три года он грабил, убивал, совершал всевозможные насилия. Партизаны боготворили его: они получали целые области на растерзание. Но сегодня генерал проиграл, и бандиты могли уничтожить его безо всякой жалости.

Рядом с Карбахалем капитан заметил зловещую фигуру карлика, Бартоломео Переса, у которого генерал просил защиты. Отец Долоры тоже был в смятении. Могущество демонических глаз не спасало. Перес, правда, держался молодцом, в руке его блестел нож: он недешево продаст свою жизнь! Ртуть внимательно следил за развитием этих трагических событий. Пора вмешаться? Нет, еще рано…

Внезапно послышался крик: партизаны наткнулись на ящики, которые Ртуть нагромоздил у входа на ферму.

Раздались вопли:

– Вино! Агавовый капиток! Чингирито!

Выпивка! Новость мгновенно разнеслась по рядам.

Разъяренная толпа, почти задушившая Карбахаля, собиравшегося сражаться с пистолетами в руках, неожиданно отхлынула. Мексиканцы рванулись в просторное помещение на первом этаже. Люди Бартоломео Переса тащили все новые ящики со спиртным.

Шайка крушила ящики, ломая их и отрывая доски. Показалось множество бутылок, да еще из погреба выкатили несколько бочонков с вином. Бой, поражение, удары, раны – все было забыто…

Солдаты пили, вырывая друг у друга бутылки, которые падали на землю и разбивались. Некоторые ложились ничком и лакали как собаки. Быстро опьянев, люди превратились в скотов. До Ртути долетали шум, крики и хриплое пение, подобное реву хищников.

Эти партизаны, так называемые патриоты, а на деле убийцы и палачи, оказались большими пьяницами. Все без исключения. Бой, неудача и отступление только усилили их жажду. Люди поглощали бутылку за бутылкой крепкие мексиканские напитки.

Перес понял, что это происки неизвестного врага. Ведь погреб всегда заперт, спиртное выдавалось понемногу.

Хитрость неприятеля страшила предводителя. Он хотел поделиться своими подозрениями с Карбахалем, но тот уже сдался на милость алкоголю. Только что генерал смотрел в лицо смерти, а теперь ему хотелось забыться, во рту пересохло, в глотке горело…

Карбахаль схватил бутылку и, осушив ее одним махом, взялся за другую. Вокруг него орали пьяные солдаты. Генерал бессмысленно хохотал и все пил и пил, возвышаясь своим богатырским ростом среди людей, которые снова признали в нем начальника, своего господина, самого великого пьяницу в Мексике.

Один Перес держался твердо. Эти низменные страсти для него. Ненависть, жестокость, подлое зверство – но не вино! Он пил только воду.

Приступ ярости охватил вождя матадоров. Перес бросился на людей, чтобы остановить ужасную оргию, кричал, приказывал, умолял… Он даже вырвал бутылку из рук Карбахаля, но генерал, изрыгая проклятья, отвесил Пересу такую оплеуху, что тот отлетел на десяток шагов и исчез под ногами пьяниц среди груды безжизненных тел.

Ртуть, внимательно следивший за развитием событий, дважды ударил в ладоши. Неприятели были не в состоянии его услышать. Зато Бедняк был начеку и немедленно свистнул, дав сигнал шести «ртутистам». Молодцы вбежали во двор. Там никого не оказалось: все мексиканцы были в доме, пили, орали, ссорились, выхватывали ножи, чтобы отвоевать друг у друга бутылку.

Наш герой спустился со второго этажа, никем не замеченный, проскользнул мимо пьющих, которые ничего не видели и не понимали, прокрался вдоль стены к потайной кнопке… Люк открылся, и человек двадцать рухнули в преисподнюю к паукам и вампирам.

Вокрут стоял невообразимый гвалт. Капитан добрался до двери, перепрыгнул через валяющихся пьяниц и очутился во дворе. Три «ртутиста» заняли пост у одного окна, три – у другого, Бедняк и Ртуть расположились у двери. Раздался сигнал, и восемь карабинов одновременно выстрелили внутрь дома.