Капитан Ртуть
Шрифт:
Рассказчик продолжал:
– Так вот, в одну прекрасную ночь – то бишь вчера, чудесная была ночка! – десяток смелых идальго [97] , сливки отряда матадоров, обманули бдительность сторожевой заставы и накрыли этих глупых пекарей за их работой. Застигнутые врасплох индейцы бросились врассыпную, как зайцы, спасая свою шкуру. Но главный пекарь вздумал обороняться палкой и защищать свое добро (а оно ведь наше!) – мексиканскую муку, сделанную из мексиканского зерна и приготовленную для врагов Мексики.
97
Идальго – мелкопоместный рыцарь, средневековый испанский дворянин
Бедняк и его товарищи застыли на месте. Приятели рассказчика молчали. Злорадный голос звучал в темноте…
– Так вот, – с расстановкой говорил caballero, – партизаны Бартоломео Переса – храни его Бог! – схватили упрямца, убили, разрезали на кусочки, растолкли и замешали в тесто [98] . Хлеб испекли и утром доставили на рынок в Тампико, где богачи с аппетитом скушали его за завтраком!
Раздались взрывы смеха. Внезапно Бедняк выхватил свечу из бутылки и решительно направился прямо к шутникам.
98
Эта ужасная история – увы! – правдива. (Примеч. авт.)
ГЛАВА 4
Наваха против башмака. – Кладбищенский кролик.– Вмешивается Ртуть. – Бедняк и монетка в сто су. – Реверди разболтался. – По возвращении домой. – Избитый Ртуть.
Бедняк поднес огонь к лицу мексиканца, стоящего ближе всех.
– Кто рассказал эту гнусную историю? – спросил он свистящим шепэтом.
Никто не ответил.
– Если это выдумка, то он – мерзавец, – продолжал Бедняк, – если это правда, смеяться мог только подлец.
Читатель псмнит, что француз был маленького роста, но крепко сбитый.
– Злая моська, – парировал высоченный caballero, – убирайся в конуру, иначе я отправлю тебя туда пинком ноги…
Едва мексиканец произнес эти слова, как получил тычок в лицо горящей свечой. Сaballero заорал и в мгновение ока выхзатил из-за пояса наваху – длинный острый нож, изогнутое лезвие которого способно вспороть брюхо противника.
Бедняк предупредил это движение, повернулся вокруг своей оси и отбросил врага метким ударом ноги в живот. Тут же заблестели ножи, и враждебное кольцо сомкнулось вокруг французов. Бедняк отпрыгнул назад, а «ртутисты» вскочили, обнажив сабли.
Две группировки ринулись друг на друга. Реверди позвал полицию, клиенты кафе спешно покинули поле боя…
Волонтеры укрылись за тяжелым столом, опрокинутым негром. Но великан-мексиканец с высоты своего роста изо всех сил запустил наваху через стол. Яростное проклятие вырвалось у Толстяка: его ранило в плечо. Тогда Питух крепко схватил мексиканца за запястье, притянул к себе, ткнул носом об стол и расквасил ему физиономию.
Началась потасовка. Негр творил чудеса: он за ноги хватал caballeros и размахивал ими, как дубинками. Бедняк же старался сделать невозможное – прекратить драку. Ведь был дан приказ избегать трений…
Наконец Бедняк осадил «ртутистов» и выступил вперед.
– Давайте по-честному, один на один, – предложил он мексиканцам. – У каждого – нож и одинаковый шанс на победу!
– Черт возьми! – крикнул верзила. – Я вспорю тебе брюхо, кладбищенский кролик! [99]
Решение Бедняка никого не удивило: такие поединки традиционны в Мексике. Свалка тут же прекратилась.
Мексиканец обернул левую руку накидкой и приготовил наваху. Бедняк вытащил из кармана типично французский нож, короткий, удобный, с кольцом на рукоятке. Один из caballeros выступил судьей поединка.
99
Мексиканцы презирают кроликов за то, что эти животные якобы обитают на кладбищах. (Примеч. авт.)
Образовался круг. Дали сигнал начинать. Раз, два, три!
Мексиканец принялся медленно кружить вокруг противника, пытаясь улучить момент для нападения. Бедняк отшучивался, пересыпая французские слова испанскими:
– Фу, какой ты противный! Что выкатил зенки? Хватит вертеться, как цирковая лошадь!
Великан скрипел зубами, ругался последними словами и старался взять противника измором. Но француз, едва заметно передвигаясь, не давал себя обойти и держал нож наготове: он был осторожен и не собирался нападать первым.
Мексиканец начал нервничать. Наконец он решился и очертя голову бросился на врага, пытаясь поразить навахой. Бедняк, готовый к атаке, легонько отклонился, и наваха скользнула по его куртке. В это время лезвие французского ножа вспороло руку мексиканца. Бедняк хотел лишь проучить дерзкого, а не убивать. Тот завопил и выронил свое оружие.
Бедняк пнул ногой упавшую наваху.
– Мотай отсюда, сволочь, или я тебя прикончу!
Побежденный выхватил в отчаянии окровавленной рукой пистолет из-за пояса и разрядил его в упор. Бедняк поднес руку к груди, пошатнулся и упал на одно колено…
Подлый поступок мексиканца поразил не только «ртутистов» и свидетелей, но даже и тех, кто относился враждебно к Colorados. Сам Реверди нарушил нейтралитет и приказал смутьянам убираться.
Оскорбленные мексиканцы вступились за верзилу. Снова началась общая потасовка с выстрелами и криками…
Внезапно какой-то человек бросился в самую гущу. Можно было подумать, что он видел в темноте. Мощнейший кулак метко крушил обидчиков, падавших один за другим. Ножи сверкали вокруг героя, как стальная корона. Казалось, он был неуязвим. Кости врагов трещали словно под кулачными ударами. Уцелевшие мексиканцы в страхе бежали, площадь опустела в мгновение ока. В этот момент и появились наконец-то полицейские с факелами.
Унтер-офицер остановился перед Ртутью и грубо спросил:
– Что здесь происходит? Когда же вы, наконец, перестанете издеваться над бедными жителями?
Ртуть взял нахала за грудки, бережно приподнял и посадил на стол, потом посоветовал:
– Сеньор caballero, убирайтесь туда, откуда пришли. А если хотите поработать, подберите, пожалуйста, этих почтенных горожан. Я не сомневаюсь, они предоставят вам нужные сведения.
Реверди храбро добавил:
– Сеньор Colorado прав… Все из-за вас: зачем вы допускаете в город бандитов-провокаторов?