Чтение онлайн

Подобрав форму мокака, Сара в нее облачилась и подождала, пока рев прекратится.

Затем она сказала:

– Наслаждайся концертом. Он немного громкий, зато одно и то же по два раза никогда не гоняют.

Наконец Сара выскользнула в коридор. Там она воспользовалась игольником, чтобы вывести из строя запор. «Вообще-то я сомневаюсь, что он так скоро освободится, – подумала Джеймс. – Но лишняя страховочка тоже не помешает». Кроме того, ей очень хотелось, чтобы аудитор как можно дольше наслаждался собственной терапией.

Неслышно, как призрак, Сара на цыпочках стала красться по коридору, чувствуя себя слишком открытой, незащищенной… и задумываясь о том, сможет ли она когда-нибудь чувствовать себя иначе. Затем где-то на отдалении действительно раздался крик. Сара замерла и прислушалась. Но крик не повторился. «Может, все-таки мои уши барахлят?» – мрачно подумала она. Облизнув сухие губы, молодая женщина выждала еще одну напряженную минуту. Затем с недовольной гримасой двинулась дальше. Такая удача не могла длиться вечно. Сара была удивлена тем, что ей навстречу до сих пор никто не попался. Бочком добравшись до конца коридора, она поглубже вдохнула через нос, затем через рот выдохнула. Наконец, прикусив губу, капитан-лейтенант сунула голову за поворот.

И оказалась лицом к лицу с Питером Редером.

Сара с воплем отскочила назад. Запутавшись в слабых от усталости ногах, она упала, но когда Питер выскочил из-за угла, ей уже удалось навести на него игольник.

– Это я! – сказал он, разводя руки в стороны.

Сара изумленно ахнула, а затем принялась хохотать. Остановиться никак не получалось. Она понимала, что бьется в истерике, но ничего не могла с этим поделать. Слезы ручьями бежали по ее щекам, а губы Сары пытались произнести фразу: «Если ты меня ударишь, я тебя пойму». Но прекратить хохот было просто выше ее сил.

Редер глядел на нее с определенно комическим выражением сочувствия на лице. Еще там были радость и облегчение. Вместо того, чтобы ударить ее и шоком вывести из истерического приступа, коммандер опустился на одно колено, приподнял Сару и стал баюкать у себя на руках, пока она не зарыдала.

Она гладил ей голову, без конца повторяя:

– Все хорошо, милая, все хорошо…

Когда Сара немного утихомирилась, Редер начал ей мало-помалу все объяснять.

– На этом ржавом корыте, – сказал он, – нам еще надо проделать кое-какой ремонт. Затем мы направимся прямиком к нашей базе, чтобы забрать снаряжение и наших пиратских друзей, а мокакскую станцию взорвем.

– Я хочу нажать кнопку, – сказала Сара и шмыгнула носом.

– Это право за вами, капитан-лейтенант, – пообещал Питер.

Кави и все четверо остальных членов ее семьи под охраной вошли на командный центр базы и нервозно оглядели довольно потрепанный комплекс. Там висел слабый запах чего-то едкого и паленого. Примерно такую вонь испускает работающий пульт, когда кто-то всаживает в него разряд из игольника. Чувствовался там и более слабый запах крови; они старательно избегали смотреть на бурые пятна. С большинства пультов были сняты крышки, и техники предельно аккуратно размещали там маленькие пакетики.

– Ну вот, – сказал Редер, подходя к семье. – Мы здесь почти закончили, а ваш трюм, как я понимаю, полон.

Кави протянула ему руку, глаза ее сияли.

– Если мы будем осмотрительны, а мы непременно будем осмотрительны, Каттавасия сможет растянуть этот запас на целый год. – Радость в ней так и бурлила.

Трюм «Провинции Квебек» был набит баками с антиводородом. Всем а-вэ, что ожидал их в трюме истребителя в обмен на товар, и всем, что недавно был передано на базу.

Редер покачал головой.

– Постарайтесь, чтобы я об этом не пожалел, – сказал он. – Мы вам доверяем.

– Выиграйте эту войну за год, – серьезно сказала Кави, – и я гарантирую, что Каттавасия вас не разочарует.

Редер открыл было рот, чтобы заговорить, но молодая женщина его перебила.

– Вот, возьмите, – сказала она. – Здесь имя нашего связника, того, кто организовал всю эту сделку. Мы так прикидывали, что это какой-то мокакский завод, но были в таком отчаянии, что особо не задумывались. – Кави сжала губы, а затем покачала головой. – Я не могу говорить за всю Каттавасию, коммандер. – Она посмотрела ему в глаза. – Но если речь обо мне и моей семье, то «Квебек» с контрабандой закончил. И мы окажем Содружеству все содействие, какое только сможем. Это я вам обещаю.

– Благодарю вас, капитан. Большего нам и просить нечего. – Редер отдал ей честь, и Кави ему ответила, явно чувствуя себя при этом по-дурацки. – А теперь вам пора в дорогу.

– Коммандер, – Кави подалась к нему ближе, – что вы им про нас расскажете?

– Расскажу, что вы были одним из пиратских судов, которые мы использовали, и что в суматохе вы сбежали. Это судно под милым названием «Стервятник» мы рассчитываем в самое ближайшее время захватить. – Питер улыбнулся. – Очень надеюсь, что вы никогда с ним не столкнетесь. Команда там не дай Боже.

– Спасибо, – сказала Кави. Глаза их на секунду встретились, полные всяких «быть может», затем молодая женщина улыбнулась. – Всего хорошего, – попрощалась она и пошла на выход.

Стас удостоил Редера торжественного кивка и последовал за своей ясноглазой молодежью, которой явно не терпелось отправиться домой. Подростки, судя по всему, опасались, что их тут же на месте завербуют. Считанные секунды спустя семья покинула командный центр.

Редер вздохнул. А затем понял, что кто-то тихо стоит у него под боком.

Там была Маннинг. Задумчиво упирая язык в щеку, она слегка покачивала лечебной повязкой, под которой почти скрывалась ее раненая рука. Со времени гибели своего напарника десантница держалась подавленно, однако после штурма капитанского мостика истребителя даже подавленная Пегги Маннинг была полна озорства.

– Я сфальсифицировала документы базы, чтобы все выглядело так, будто они ожидали поставки, но она была отложена. Согласно новым данным, антиводорода у нас осталось как разна то, чтобы ее взорвать.