Шрифт:
Олег Пискунов
«Каменная гостья».
Антикварная лавка оказалась самой обыденной. Старинные помутневшие зеркала в потрескавшихся рамах из красного дерева. Никому не нужные, резные канделябры, отлитые из низкосортной бронзы. Обшарпанные буфеты и помятые подставки под цветы. И еще превеликое множество всякого древнего хлама. И кругом пыль, пыль, одна лишь пыль. Такая же древняя, как и все эти вещи. Игорь зажал нос платком, ему не хотелось чихать в этой проклятой лавке. Лучше дотерпеть до улицы. Чихнешь, и пыли еще больше в воздухе окажется. Нужно уходить из этого забытого богом места. Он уже направился к выходу, но вдруг, его внимание привлекла каменная фигура девушки, задвинутая почти в самый угол. От неожиданности мужчина даже открыл рот. Такого чуда, ему еще не приходилось видеть в своей жизни. Юное создание было высечено в полный рост из самого обыкновенного агата и было практически обнаженным. Казалось ее фигуру, вытачивал сам Творец, настолько она была совершенной. Только шаловливые ручки прикрывали сокровенные тайны юной женщины. Черты лица были очень правильными, с такими лицами древние греки изображали своих богинь.
– Вы хотите ее купить? – Возникший сзади голос оказался таким скрипучим, что Игорь даже вздрогнул, на мгновение ему показалось, что с ним разговаривает сама матушка Смерть. – Вы совершите огромную ошибку. Говорят, этой скульптуре больше пяти тысячи лет, но, конечно же, я этому совершенно не верю. Она, конечно же, более позднего времени.
Из-за старого рояля непонятного цвета показалась древняя старуха, завернутая в огромный до пят бархатный плащ темно-зеленого цвета. Ее бесцветные волосы были собраны в безобразный пучок на макушке, а лицо состояло из одних складок и морщин.
– Я отдам ее почти даром, – продолжала старуха, – всего за одну тысячу долларов, в рублевом эквиваленте конечно. Но вы об этом пожалеете.
– Почему, – спросил Игорь, – что, такого особенного в этой девушке? Самая обыкновенная статуя. Правда, выполненная великим мастером.
– Присаживайтесь вот сюда, – старуха пододвинула ему венский стул, – и не бойтесь, он не развалится. Можете называть меня тетушкой Мартой. Хотя какая я тетушка, скорее всего бабушка. Эту скульптуру мне продала тридцать лет назад одна вдова. Вот только простите, совершенно не помню ее имени. Годы берут своё. Я тогда только начала свое дело. Она мне рассказала, что ее муж возился с Дарой, как с игрушкой, шил для скульптуры различные наряды, подкрашивал ей губы и подводил брови.
Конец ознакомительного фрагмента.