Калиостро
Шрифт:
Английское правосудие длилось почти год, пока не обнаружилась истина и граф Калиостро был оправдан. Его то отпускали на поруки, то вновь сажали. И только в декабре 1777 года Калиостро, оправданный и реабилитированный, покинул Лондон, потеряв за время суда три с половиной тысячи гиней.
Сбылись и пророческие слова графа относительно меча правосудия. Из четырнадцати главных его обвинителей и судебных врагов в течение года десять умерли, не будучи ни стариками, ни особенно болезненными. Правда, четверо остались в живых. Но и их участь оказалась незавидной. Прокуроры Райнольдс и Айлет, а также судебный пристав Саундерс были осуждены за лжесвидетельство. А зачинщик всей истории, некий мистер Скотт, скрылся в Шотландии, где без друзей, без крова и денег влачил нищенское существование. Все же остальные ушли в ту страну, где нет ни лотерей, ни судов, но лишь нелицемерный суд Божий.
И все же — месть?
Значит, правильно предупреждал Калиостро его учитель, почтенный Альтотас, посетив воспитанника в Лионе?
Да, сбылось предсказание Калиостро о французской революции и уничтожении Бастилии. Но разве спокойствием и объективностью руководствовался великий чародей, приговаривая их своим прорицанием?
Да, были наказаны мошенники-англичане, замышлявшие поживиться удачей Калиостро. Но разве только чувство справедливости вызвало гневные слова предвидения у мага?
А вот еще один образец жестокого прорицания. Один из членов секты иллюминатов, некто Шифферт, отказался вступать в египетскую ложу. Тем самым он просто взбесил Калиостро. И тот заставил увидеть девочку-«голубка» в графине с водой ангела-истребителя, объявившего, что Шифферт будет наказан менее чем через месяц. И что же? Публика лишний раз с благоговейным ужасом убедилась в пророческих способностях графа. Через несколько дней Шифферт покончил с собой.
Все вышеперечисленное заставляет прийти к неутешительному выводу. Да, Калиостро в той или иной мере обладал действительно и тайными познаниями, и уникальными способностями. Но для того чтобы стать настоящим магом, ему не хватало мудрости и спокойствия. То и дело в его действия вкрадывались честолюбие, алчность и тщеславие. И он к концу жизни все стремительнее скатывался к тому, с чего и начал — к мошенничеству, пусть и на другом уровне, обставленному великолепными декорациями.
И тайные знания сами по себе не только не могли остановить падения Калиостро, но лишь с мрачной неизбежностью приближали бесславный конец, словно мстя великому посвященному, оказавшемуся недостойным своего величия.