Калейдоскоп

Со времён зарождения человечества, люди не спускали взгляд с неба. Великий солнечный круг рассматривался и как Бог всего живого, и как таинственный шар – дарящий тепло.

Совсем недавно, ученые выяснили что наше Солнце может дать как начало жизни, так и её конец.

Солнечные вспышки, как один из этапов жизнедеятельности нашего светила, являют собой гигантские взрывные процессы, выделяющие нескольких видов энергии, которые могут достигать сто шестьдесят миллиардов мегатонн в тротиловом эквиваленте, что, для сравнения, составляет приблизительный объём мирового потребления электричества за один миллион лет.

Может ли цивилизация погибнуть от мощной солнечной вспышки? Этот вопрос занимает умы учёных уже много десятков лет.

Так же, Солнце – мощный генератор магнитного поля, в совокупности с неуёмной энергией, происходят миллионы реакций, а высвободившаяся энергия передаётся частицам, через них – гамма – и рентгеновским квантам. После начала вспышки, которая обычно продолжается от нескольких минут до нескольких десятков минут, они выбрасываются в открытый Космос и с невероятной скоростью преодолевают огромные расстояния… например, до планеты Земля они долетают всего за восемь минут и своим прибытием расплющивают её магнитосферу. Происходит то, что называется «магнитной бурей»: пропадает радиосвязь, а в линиях передач индуцируется скачок напряжения.

В 775 году нашей эры произошёл подброс радиоактивного изотопа 14С, который аккумулировался в кольцах деревьев (дуб и кедр) и изотопа 10Ве, осевшего в годовых слоях гренландского льда. Эта вспышка была по меньшей мере в сорок раз сильней, чем любая из вспышек, зарегистрированных в космическую эпоху, и превосходила по энерговыделению 0,1*1032 килоджоулей (десять ноннилионов килоджоулей).

Тем не менее существуют молодые звёзды класса Солнца, чьи вспышки выделяют до 0,1*1034 килоджоулей, и более старые, вращающиеся с той же скоростью, что и Солнце, со вспышками до 0,1*1036 килоджоулей… то есть существуют аналоги нашей звезды, со вспышками почти в тысячу раз сильней рекордсменов последних пятьдесят лет.

Произойди вспышка мощностью 0,1*1036 килоджоулей сейчас, цивилизация понесла бы тяжелейший урон… большие человеческие потери… и много десятков лет последующего восстановления.

Необходимо подумать о том, как к ней подготовиться.

Предупреждён, значит вооружён.

– Ты кофе или чай будешь?

Каталина посмотрела на сонного супруга и автоматически включила кофеварку.

– Чай. – сонно сказал Виктор, и потянулся к краю стола за очками.

– Опять до полуночи сидел с цветами?

– Зацвела двухцветная бугенвилия. Я столько сил в неё вложил. Представляешь? Зацвела!!! – казалось, что эта новость окончательно разбудила супруга, он оживился и перестал выглядеть спящим.

– Я не сомневалась, что ты гений!!! – Кати села на стул, с улыбкой наблюдая как Виктор застёгивает рубашку.

– Я сам не поверил. Включал Баха, Моцарта, танцевал с бубном, молился ретроградному Меркурию… И вот, – он подошёл к жене и ласково её обнял. – она зацвела. Пока не ходи к ней. Через неделю раскроются бутоны, ты увидишь всю красоту, а не мелкие непонятные цветочки.

– Что ты! – Кати отмахнулась, чтоб не сглазить. – Что ты, что ты, даже дверь открывать не буду, чтоб не потревожить сквозняком.

Она поставила завтрак на стол, и присела на стул, ощущая, как жутко устала за это утро.

– В комнате Иветт, кто-то неизвестный опрокинул мешок кошачьего корма с пианино… и по закону подлости, корм упал за музыкальный инструмент. Надо как-то убрать его. Я ничего не придумала. Есть идеи?

– Да. Надо кинуть кота за пианино. Пусть там ест.

– Ты ж мой новатор. – засмеялась она.

В этот момент времени произошло два события одновременно. Заорал телевизор и тихо пропиликала кофеварка.

– Мама встала. – устало сказала Кати.

– Ну вот и с добрым утром! – улыбнулся Виктор.

– Ага. – пробормотала она, поправила чёлку, вдохнула, выдохнула, и подойдя к комнате мамы, открыла дверь.

Эмили сидела на кровати в ночнушке и внимательно смотрела новостной канал. Оглянувшись на звук защёлки и увидев у себя в комнате девушку в домашней пижаме, удивлённо воскликнула:

– Кто вы? О Хоспадииии! Кто вы и что здесь делаете?

– Мама. Я твоя дочь – Каталина. Я пришла помочь тебе умыться.

– Какая ты хорошая девочка. Зря только в платье пришла.

Кати быстрым и уверенным движением взяла мокрое полотенце, и протёрла руки, лицо, спину и ноги матери.

Деменция к ней пришла года три назад, и за это время, все члены семьи научились общению с бабушкой, поэтому дискомфорта особо не доставляло.

– Сиди тут. Я принесу кушать. – она указала пальцем на кровать.

– Да. Я буду сидеть тут.

Кати вышла из комнаты с полотенцем, кинула его в стирку и прошла на кухню. Виктор уже налил себе и ей по кружечке кофе, дочитывал утренние новостные сводки в интернете, доедая яичницу с беконом.

– Мамин завтрак я разогрел. Он в микроволновке.

– Спасибо родной.

– Дети ушли?

– Дааа, уже минут сорок назад. Иветт сегодня задержится, а Энеко наверно совсем не придёт.

– Съехал-таки от нас? – с надеждой спросил глава семейства.

– О неееет. – засмеялась Каталина. – Что ты. Просто у друга праздник, хочет остаться у него.

– Скоро у Иветт экзамены?

– Думаю в следующем месяце… Она молодец. Готовится.

Кати вытащила бабушки завтрак, и пошла к ней.

– Хто ты? Зачем ты пришла сюда? – Эмили снова искренне испугалась.

– Я твоя дочь, Каталина. Это еда. Возьми ложку. Кушай…

– Спасибо доченька, – растаяла женщина. – я очень давно не ела. Помню, как кушала в последний раз. Это было так давно, и невкусно…

– Да, мама. Я понимаю. – Каталина поцеловала её, сделала телевизор тише, и села рядом.