Калеки
Шрифт:
Уйдут – значит проиграют.
В радужном коконе силовых полей, в аду термоядерных взрывов и протонных детонаций, истыканная лазерными рапирами – «Серебряная Роза» ждала приказа. Ждала, медленно удаляясь от гиперканала на той остаточной скорости, на которой входила в канал у Гедонии.
– «Серебряная Роза» – экипажу. По моим расчетам через три реальных секунды интенсивность атаки понизится, и мы обретем свободу маневра.
– Твои предложения? – опережая Демьяна, сказал Алекс.
– Разворот, всю энергию на кормовые щиты, уход в гиперпространство. Большая потеря энергии, генераторы поля перегреты. Бой нецелесообразен.
– Демьян? – спросил Алекс.
Если боец согласится с решением Розы... тогда... что он сделает тогда? Отдаст приказ на самоубийственную атаку? Согласится бежать?
– Даю вводную, – произнес Демьян. – После появления свободы маневра – курс в открытый космос. Двигайся так, чтобы станция Обслуживание-7 максимально долго прикрывала нас от одного дредноута...
В виртуальном пространстве яркая метка обозначила один из дредноутов.
– Залп протонными торпедами по дредноуту-2, – продолжал Демьян, помечая жертву. – Маневр сближения с дредноутом-3, встречный бой. Детализирую...
– Данный маневр имеет смысл лишь в том случае, если дредноут-2 будет выведен из строя, – холодно заметила Роза.
В голосе Демьяна прозвучал металл:
– Постарайся, чтобы он был уничтожен. Это – твоя работа!
– Да, клинч-коммандер, – мгновенно ответила Роза.
Напрягшийся было Алекс расслабился. Роза не пыталась взбунтоваться или оспорить решения Демьяна. Пока – не пыталась. Всего лишь уточняла ситуацию
– Капитан одобряет решения клинч-коммандера, – произнес он.
– Стратег одобряет, – подтвердила Вероника.
– Первый-пятый торпедные агрегаты – залп! – скомандовал Демьян.
Алекс уже его не слушал. Он управлял кораблем, выводя его в ту точку, где злополучная станция Обслуживание-7 прикроет Розу от дредноута-1. Станция – это десятикилометрового диаметра диск толщиной более ста метров. Это серьезная цель. Молотить по ней лазерами придется долго. Ракетно-торпедному оружию станция не помешает, но на это есть защитные системы «Серебряной Розы».
– Четвертый-восьмой ракетный комплекс...
Это смешно, но старая военно-морская терминология до сих пор в ходу. Есть ракеты, а есть торпеды – хотя и те, и другие двигаются в вакууме с помощью ракетного двигателя. Просто торпедами принято называть ракетное оружие большой мощности и способное к более длительному преследованию цели.
Смешно. Людям всегда недостает названий для оружия.
– Залп с опережением... даю координаты...
На расстоянии в десять световых секунд бой превращается не только в энергетическое противостояние – но и в схватку предвидения, в поединок интуиции. На таком расстоянии бессмысленно целиться из лазера в движущийся корабль, он успеет уйти на тысячи километров. Но вот если удастся предвидеть вражеский маневр...
– Шестой-десятый торпедный комплекс...
Алекс вывел корабль не просто в ту точку, где он был прикрыт от первого дредноута. Диск станции закрывал Розу еще и от второго! Замечательная позиция... можно вести лучевую дуэль с третьим кораблем, отстреливаясь от приближающихся ракет...
«Мудрое решение, капитан».
«В чем дело, Роза?»
Он почувствовал в голосе корабля то, к чему не привык. То, чего всегда боятся пилоты.
Разочарование.
Презрение.
Человеческие эмоции.
«Им придется полностью сжечь станцию. Но я полагаю, что тактически это оправданное решение».
Алекс задал вопрос, уже зная ответ:
– На станции есть люди?
– Да. Дредноуты уничтожают только выходящие из канала корабли. Станцию они не трогали.
– Капитан!
Алекс начал движение раньше, чем услышал крик Демьяна. «Серебряная Роза» выплыла из-под диска станции. Навстречу трем дредноутам и приближающейся своре ракет.
«Я оцениваю ваши действия как великодушные, но очень опасные, капитан. Мы потеряли все шансы победить...»
Вокруг дредноута-1 расцвели огненные цветы протонного распада. Алекс видел, как рвется метрика пространства – там, где одна за другой детонируют торпеды, вонзаясь в защитные поля дредноута...
Дредноут прекратил огонь – но он был цел. Он снова вступит в сражение – это лишь вопрос времени.
«Мы не можем подвергать людей опасности».
«Ваши моральные принципы так высоки, капитан?»
Он не хотел врать. И не мог– сейчас, когда его сознание было слито с разумом машины.
«Нет, Роза. Я... не испытываю долга по отношению к этим людям».
«Мы погибнем, капитан».
Она не боялась смерти. Наверное, это самое большое преимущество разумных машин – ни одна из них не боялась небытия.
«Я знаю. Но Демьян...»
«Я тоже знаю, капитан. Во время конфликта в системе Тирамису его брат-близнец Димитрий, командующий эсминцем „Буки-23“, использовал в качестве прикрытия пассажирский лайнер. Эсминец выполнил поставленные перед ним задачи, но пассажирский корабль был уничтожен. По приговору трибунала Московии Димитрий приговорен к выплате компенсации и отсроченной смерти. Пока Демьян выплачивает компенсацию за погибших – его брат жив».
Да, Роза и впрямь знала... кое-что... о своем клинч-коммандере – и его брате, Допустившем фатальную ошибку в системе со смешным кулинарным названием. Кое-что, но далеко не все...
«Мы не подвергнем опасности станцию».
«Наши действия делают ход сражения предсказуемым, капитан. Мы лишаемся главного козыря – человеческого фактора в управлении».
«Я знаю».
«Мы погибнем».
«Ты уже сообщила эту информацию. Да, мы погибнем».
«Ки-кеоп, капитан Алекс».
Роза прекратила личную связь. Она оставалась послушной – корабль уходил все дальше и дальше от станции, в самоубийственный бой. Она просто перестала говорить с капитаном.