Чтение онлайн

Настало время обрушить новости на Трэва, Гейджа и Кэти. И его партнеров, которые уже поняли, что что-то не так. Вчера Джек не переставал увиваться вокруг него с видом кота, который учуял жирную вкусную канарейку. Хорошо, он расскажет им — им всем — после уик-энда.

Это будет особенный уик-энд.

Он подозревал, что Лара преподнесет ему подарок на день рождения.

У нее был какой-то особенный взгляд последние пару дней, как будто она знала что-то, чего не знал он. Он улыбнулся — она готовит ему сюрприз, но и он ей тоже. Он собирался сказать жене, что она уже подарила ему лучший подарок — Майкла и себя, — и хотел сказать ей это особенным образом.

По этой причине он закончил дела пораньше и помчался домой, даже не предупредив ее.

Слейд накинул куртку и взял бумаги. Весело насвистывая, он вышел из офиса, бросив бумаги на стол Бетси, пожелал ей хорошего отдыха и выбежал на улицу.

Прошлый уик-энд был великолепен. Они с Ларой гуляли в лесу, ловили рыбу. Точнее, ловил он. Лару одна мысль насадить червяка на крючок приводила в ужас. Так что она просто сидела рядом, опустив ноги в прохладную воду озера. Он почистил пойманную форель и приготовил на гриле на крыльце. Затем он уговорил Лару раздеться догола и пойти окунуться. Они занимались любовью в воде, затем он отнес ее в домик, и они снова занимались любовью. Слейд ухмыльнулся, — Держи себя в руках, Бэрон! — пробормотал он, залезая в «ягуар».

Это были великолепные выходные, но эти будут еще лучше.

Именно поэтому он так спешил домой — на два часа раньше, чем обычно. Сначала они полетят в Нью-Йорк на его «Команче». Он будет лететь низко, и она увидит, как прекрасен город, если смотреть на него сверху. Этот вид всегда вызывал у него восхищение, и он хотел разделить его с ней.

Затем они возьмут такси до отеля «Плаза», где он забронировал номер с окнами в парк. У них был заказан обед во французском ресторане, где, по словам Теда Ливайна, подают лучшее во всей Атланте мясо в горшочке, а потом они отправятся танцевать, а вечером поедут кататься в карете вокруг Центрального парка. Первым делом завтра утром он отвезет свою жену в ювелирный салон «У Тиффани». У женщины непременно должно быть обручальное кольцо, даже если муж дарит его уже после свадьбы.

Он подарит ей выходные, которые она запомнит, скажет, что она значит для него…

И пытайся не думать о том, сколько мужчин делали ту же глупую вещь до него.

— Проклятье, — воскликнул Слейд, когда машина дернулась. Эта мысль дала ему новую встряску эмоций.

Почему он не может перестать думать об этом? Неважно, сколько мужчин у нее было до него, важно, что у нее никогда не будет мужчин после. Он дал ясно понять, что ожидает от Лары верности, и они сделают друг друга счастливыми. Она никуда больше не будет смотреть. В этом не будет необходимости.

— Чертовски верно, не будет, — сказал он и снова выехал на дорогу.

Он вошел в дом через заднюю дверь. Хельга была в погребе. Она удивленно подняла голову и поднесла палец к губам.

— Наверху, — просипела она. Он улыбнулся и пошел наверх.

Значит, Лара в своей спальне. «Их спальне», — подумал он, приближаясь к комнате. После прошлой недели они даже не думали спать раздельно. Удивительно, как скоро его жизнь из ужаса превратилась в рай.

Он задержался в дверном проеме, улыбнувшись, когда увидел жену. Она сидела на краю постели спиной к нему и разговаривала по телефону, понизив голос.

— Нет, — сказала она и мягко, хрипло рассмеялась, нет, он ничего не подозревает.

Слейд почувствовал, как улыбка застывает на губах. Он сказал себе, что нужно произвести какой-то шум. Прочистить горло, пошаркать ногой, сделать что-то что угодно, чтобы она поняла, что он слушает.

— Он никак не мог узнать, кроме как от меня. Но я ничего ему не сказала. Угу. Да, я знаю. Много-много шампанского. — Она снова рассмеялась, и смех ее звучал низко и интимно. Она скрестила ноги и покачивала ногой — туда-сюда, туда-сюда. — Думаю, я могу оставить детали на вас. Я знаю, знаю. Мы еще не очень хорошо знаем друг друга… Отлично. Увидимся там. Да, в семь. Может, чуть позже — нужно придумать, что сказать мужу. Мне тоже. Жду не дождусь завтрашнего вечера, Эллиот. Угу. До свидания.

Слейд чувствовал, как кровь бьется в ушах. Он смотрел, как Лара повесила трубку, вздохнула и лениво потянулась.

В этот момент он ненавидел ее так, как не ненавидел ни одно другое живое существо. Все было ложью. Все. То, что она шептала, когда они занимались любовью. То, как она смотрела на него, как будто он был центром Вселенной.

Он хотел подойти к ней, перекинуть через плечо, спуститься по лестнице и выкинуть из дома. Или, может, кинуть ее на эту кровать, сорвать одежду и овладевать ею снова и снова, пока, черт возьми, она не поймет, кому принадлежит…

Он, наверное, произнес что-то, потому что она резко обернулась.

— Слейд! — Она закусила губу и встала. Черт возьми, она даже не смогла справиться с виноватым блеском в глазах. — Слейд, ты так рано…

Он ничего не ответил. Что он мог сказать, когда его жена пыталась изобразить улыбку?

— Давно ты здесь стоишь? — Он видел, как она нервничала. — Я имею в виду…

— Я знаю, что ты имеешь в виду, — ответил он тихо, почти шепотом. Он засунул руки глубоко в карман, потому что боялся, что может сделать нечто другое. — Я отлично понял, что ты имеешь в виду, Лара.

Она тревожно улыбнулась, заправила волосы за ухо и приблизилась к нему.

— Ты… эээ… ты слышал?

Волна ярости накрыла его, и это отразилось на его лице. Она торопливо отступила, когда он двинулся на нее. Но не успела. Он поймал ее за плечи, сжал, но не столь сильно, чтобы ей было больно так же, как болит сейчас его сердце.

— Кто он? — спросил Слейд. — Кто тот мужчина, с которым ты планируешь встретиться? Она растерялась.

— Что?

— Мужчина. Тот сукин сын, с которым ты разговаривала. — Он тряхнул жену, и волосы разлетелись у нее по лицу. — Скажи его имя!

— Нет никакого мужчины. — Голос Лары дрожал. — Есть только ты.

Слейд отпустил ее. Он хотел ей верить. Господи, как он хотел ей верить!

— Ты мне не доверяешь, — обиделась она.

— Как я могу? Ты врешь так же легко, как другие люди дышат. — Он снова схватил ее, его глаза потемнели от ярости. — Скажи, с кем ты разговаривала.

Лара вгляделась в лицо мужа. Она могла признаться ему, обнажить перед ним свое сердце, но какой смысл? Он опять притворится, что поверил ей, а потом все повторится снова. Рано или поздно Слейд подавит все, что в ней есть, — гордость, достоинство. И, может быть, даже любовь. «Брак должен основываться на любви и доверии», — думала она, а Слейд не был способен ни к тому, ни к другому, когда женился на ней.