Как на роду написано ...
Шрифт:
Его работа в филиале СитиБанка практически ничем не отличалась от выполняемой ранее в барселонском банке. Те же проблемы, такие же люди, известные организационные трудности. Но пока другого источника к существованию в Англии не имелось, приходилось довольствоваться этим. Тратить имеющиеся накопления на приобретение постоянного жилья в Лондоне не имело смысла: он ещё ничего не решил со своим будущим. Поэтому опять ограничился пансионом и скромным существованием среди банковских служащих средней руки. Особых надежд на доходы от строящейся фармацевтической фабрики в Эдинбурге Северцев также не питал: ещё неизвестно, когда она будет запущена и не придётся ли Лёве отдать её барселонскому банку за полученный кредит на её строительство.
Оставалось только уповать на будущее: всё же партнёрами получены документы, позволяющие официально появляться в своём старом мире и в мире Левы. И не только появляться, но и жить, переходя из одного мира в другой через порталы.
Глава вторая.
Неожиданно возникший мировой экономический кризис в мире Левы резко превратился в политический. Страны-гегемоны забряцали оружием, начали вводить чрезвычайное положение, были закрыты границы, аннулированы визы и запрещён въезд во многие страны. В мире повисла тревога и ожидание мировой ядерной войны.
Лева продолжал находиться в Мюнхене, иногда выезжая в краткосрочные командировки в страны ЕС, Финляндию и Швецию. О поездках в Россию и речи не было: граница была закрыта, там проводилась мобилизация. Горячей войны в мире пока не было, но военные конфликты на границах с Украиной, Белоруссией, Казахстаном, Польшей и Россией уже происходили довольно часто. В общем, конец октября был «горячим».
«Хорошо, когда имеются накопления: практически живёшь той же жизнью, что и жил в мирное время. Работы мало, да и та нерегулярная. Хоть я и имею гражданство Германии, но меня пока не привлекают даже к патрулированию города в организованных отрядах самообороны. Самое главное, что кризис затягивается. Переговоры между странами пока ни к чему хорошему не приводят. Страны атлантического союза и их сателлиты противостоят России и её союзникам по всем направлениям. Отключён мировой интернет в странах Востока и России, информация со всех сторон доходит неполная и искажённая. Везде работают радиоглушилки как в старые времена противостояния стран капиталистического и коммунистического мира. Одно слово: в мире – бардак! И из-за чего? Никто ничего объяснить не может. Ведь жили же нормально, спокойно. Никто никак ни к кому особенно не докапывался, и вдруг такое! Какое-то помутнение в головах правителей, не иначе. А нам, простым гражданам, их помутнение выходит, как всегда, боком», - размышлял Лёва сидя на стуле в подвале своего дома напротив трёх порталов, пристально их рассматривая.
«Ничего не изменилось с моего последнего пребывания в этом подвале: как были два портала вполне обычными, похожими на порталы в подвале сгоревшего трактира в Швеции, так и остались. Как третий портал ранее излучал на меня какой-то необъяснимый ужас, так и продолжает вызывать у меня негативную реакцию, совершенно отбивая всякое желание его исследовать. Если два первых портала я готов начать исследовать хоть сейчас в одиночестве, то третий – только в компании с Северцевым. Кстати, теперь я понимаю, почему стены подвала были декорированы толстыми дубовыми досками, крепко прикреплёнными к стенам! И почему доски напротив входа в «ужасный портал» со стороны стены, прилегающей к порталу, были покрыты зазубренами, глубокими царапинами и выщербленами. Потому, что с той стороны портала кто-то пытался пройти в мой подвал, но безуспешно! Дубовые доски выдержали. А я, сняв их, открыл сюда доступ непонятно кому. Надо немедленно приладить их обратно к стене, оставив неприкрытым только тот, который я собираюсь исследовать. Хорошо хоть, что попытки проникнуть ко мне в подвал были очень давно: об этом чётко указывают уже почерневшие следы на досках и покрывший их мох со стороны стены. А если бы кто-нибудь пробрался ко мне в подвал в ночное время, когда я спал? Даже думать об этом не хочется!».
Его мысли прервал телефонный звонок мобильника.
«Нэнси позвонила из Швеции. Не иначе, какие-нибудь неприятные новости.»
– Слушаю, дорогая! Что случилось?
– Лёва! Я выхожу замуж! Помнишь, я тебе рассказывала о молодом человеке, с которым стала встречаться после того, как ты предложил нам остаться друзьями, а сам уехал в Германию?
«Насколько я помню, именно ты это предложила, а не я.»
– Да, помню, ты мне об этом говорила. Когда свадьба?
– Через месяц, двадцатого ноября. Я тебя приглашаю и хочу, чтобы ты выступил свидетелем с моей стороны. Ты же знаешь, что родственников у меня не осталось, а с тобой мы близко знакомы …
– Нэнси, не знаю, смогу ли я приехать в Швецию. Тебе же известно, что все границы закрыты, авиарейсы отменены. По крайней мере мне не удалось купить билет на самолёт в Стокгольм две недели назад и у меня сорвалась командировка.
– Очень жаль. Я думала твоя фирма сможет помочь тебе вылететь в Швецию. Тогда ещё одна просьба. Помнишь моё обещание предложить тебе первому выкупить развалины моего замка вместе с землёй, если я надумаю их продать? Так вот, я надумала! И предлагаю тебе первому! Мне нужны деньги на придание, а то у моего жениха родители придерживаются старых взглядов, и невеста без приданного их очень напрягает - по словам Отто. Он меня должен им представить через десять дней. И к этому времени я должна точно знать величину своего счёта в банке. Пока она у меня весьма мала: всего двенадцать тысяч долларов. Отто говорит, что эта сумма в кронах должна быть в сто раз больше! Миллион двести тысяч шведских крон! Так что я продаю землю и развалины замка за миллион крон. Ты покупаешь?
«Совсем недавно за одну крону давали 11 центов, то есть один миллион шведских крон составляет сто десять тысяч долларов. Не думаю, что курс резко изменился. Надо брать!»
– Покупаю! Свяжись с юристом и попроси его подготовить документы на продажу недвижимости за миллион крон. Вышли договор мне по электронной почте. Мой юрист его посмотрит, если всё нормально, я подпишу. Деньги по договору скину сразу на твой счёт. И поторопись: у тебя времени в обрез!
– Спасибо! Сейчас же займусь этим делом. Целую!
«Вот так нежданно – негадано я становлюсь обладателем земли в Швеции с порталом в новый мир. За сто десять тысяч долларов. Думаю, недорого! Хорошо, что мне не надо бежать и брать деньги в долг: моих накоплений достаточно. Надо сообщить об этом Владимиру. Он должен мне позвонить на этой недели по мобильнику. Знает, что сейчас появиться в Швеции мне сложно, поэтому приедет в Эдинбург, пройдёт порталом в Швецию в мой мир и позвонит. Также надо не забыть попросить его взять временное шефство над строительством фармацевтической фабрики: всё же мы партнёры. Хоть мой ставленник на стройке – Грегори, мужик хваткий, но всё равно надо ему периодически устраивать «банные дни».
Пока было свободное время Лёша выбрал портал на правой стене от входа в подвал для изучения и начал заново монтировать дубовые щиты на стенах, прикрывая ими два оставшихся портала, надеясь, что они помешают проникновению через них в его дом неким неизвестным существам с плохими намерениями. Дело было не быстрое и не простое: всё же собственная безопасность им очень ценилась, поэтому затратил на это дело полдня.
«Сейчас соберу свой рюкзак, предназначенный для исследований порталов: всё что надо брать с собой давно определено и приготовлено, только знай укладывай вещи в рюкзак. Лягу пораньше спать, перед этим приму душ, соберу необходимые документы, правда, какие из них понадобятся – сам не знаю, и, встав рано утром и позавтракав – в путь через «правый» портал.»
В семь часов утра Лёва стоял перед порталом, держа в правой руке пистолет, в левой – монтировку, на лбу горел прикреплённый к шапочке светодиодный фонарь.
«Ну, с Богом!»,- подумал он, мысленно перекрестился и вошёл в портал.
Как обычно сердце пропустило удар, воздух стал вязким и тягучим, но не помешал Лёве сделать два шага вперёд и оказаться в каком-то маленьком помещении, площадью 2*3 метра, совершенно темном, полным пыли и паутины.
Лева замер, стоя спиной к стене, на которой находился портал, и прислушался: ни звука не доносилось откуда-либо. Фонарик освещал, только голые железобетонные стены, в одну из которых была врезана металлическая дверь с запором, управляемым штурвалом, какие Лёве приходилось видеть в фильмах про подводные лодки. Сбоку у стены стояли какие-то доски, на которые он не обратил особого внимания.