Каэхон
Шрифт:
Мы уже подходили к плотно заселенной местности, приближаясь к большому городу — Соколиной Твердыне. Гордое название, гордый город с богатой событиями историей. Я бывал здесь раньше, и не один раз, это ближайший к замку Клена крупный город и культурный центр. Так вот, мы подходили ко всему этому людному великолепию, шли по почти пустынному тракту, и я вдруг услышал подозрительный шорох в кустах.
— Услышал? — довольно спросил меня Райдо. — Молодец. Вспомни, чему я тебя учил…
— Придется драться? — немного испуганно спросил я, но быстро взял себя в руки. Крови я повидал уже немало, но драться вслепую всерьез… К тому же, пока моя техника «зрения» позволяла лишь почувствовать некое тело, ну определить габариты, но не разобрать с уверенностью, что это именно человек. Конечно, если остановиться, прислушаться к своим ощущениям…
— Придется, придется.
— Но я могу тебя задеть!
Райдо расхохотался:
— Ты? Меня? Не смеши! Самоуверенности у тебя хоть отбавляй, это неплохо. В общем, бей все, до чего дотянешься, и постарайся не помереть.
Вскоре я не только услышал, но и почувствовал разбойников. Не злые, как я подумал сначала, даже не слишком враждебные, а просто какие-то не очень приятные. Чувствовал я их еще достаточно смутно. Мне пришла мысль, если я даже в таком пустынном месте настолько плохо чувствую людей, что же будет в городе?
— Дед, парень, бросайте оружие! — раздался хриплый голос одного из разбойников. Я перехватил копье поудобнее. Потом удивился: дед? Неужели мой спутник стар? С силой, скоростью, выносливостью у него было все в полном порядке!
— Пятеро человек, — прошептал Райдо, и сказал громко: — Я просто паникую! Уже бросаю!
И бросил. Судя по звуку — пару ножей. Сразу же раздался возглас одного из разбойников, полный боли. Мои ладони немного вспотели: я весь обратился в слух. Противники начали медленно приближаться: у них появился страх, это отчетливо ощущалось. Могу сказать, слепому сражаться лучше, чем зрячему, но в темноте. Ты слышишь все: дыхание врага, его шаги, шорох движений. Ты будто сливаешься с ним… Обостряется интуиция. Может, это сказались непродолжительные, но достаточно интенсивные тренировки с Райдо, не знаю.
Меня посчитали неопасным: я сам всегда считал слепых безобидными людьми. После той драки переменил мнение. Ко мне направился всего один человек. Техникой «зрячих рук», как я ее окрестил, мне удалось определить, что в руках у него что-то не очень длинное, но увесистое. Впоследствии оказалось, что я не обманулся: это была дубинка. Разбойник громко дышал и топал, выдавая свое присутствие, и вскоре мой слух переключился на него, отсеивая остальные звуки. Он небрежно размахнулся своей дубиной, резко вдохнув, и послал этим взмахом на меня волну воздуха. Раньше я ни за что бы не почувствовал такую мелочь.
Я быстро отскочил назад, и рука моя как будто самостоятельно рванулась вперед, целясь чуть ниже — туда, где должен был быть живот. Собственно, он там и оказался, что подтвердилось характерным звуком. Я резко выдернул копье и провел рукой по направлению к Райдо и его противникам… Точнее, противнику, как я отметил не без удивления. Быстро «ощупав» руками местность, нашел две подходящие по размерам кочки. Какой, однако, мой спутник резвый!
Как происходила битва, я понять в точности не мог: для меня просто две фигуры двигались и суетились. Причем одна явно отступала, чем-то беспорядочно размахивая, и была в себе не уверена. Потом раздался глухой удар — и все было кончено. Я не удивился, когда услышал голос Райдо:
— Как думаешь, Каэхон, будет ли достаточно благородно обчистить карманы разбойников?
— Вполне, — согласился я. — Это, конечно, ниже моего достоинства…
— Вспомнил тоже, — рассмеялся Райдо. — Забыл, ты же умер?
— Как я мог забыть…
Слава богам, всю эту работу он проделал сам — как мне показалось, сноровисто и не без удовольствия. Интересно, что же это за человек? Легко сражается с троими, метает ножи, знается с магами — обычно это такие снобы! Сам по себе тоже интересен, всякие странные неволшебные техники знает. Но тогда я постеснялся задавать ему разные вопросы по поводу его биографии и личной жизни. Спасибо и за то, что просто помогал мне.
Леса давно кончились, потянулись поля и мелкие деревеньки. Я постоянно чувствовал на себе то сострадающие, то жалостливые, а порой и просто брезгливые взгляды. Вот оно как, оказывается, быть калекой. К тому же я еще и одет был в рванье. Собственно, обычные порты и рубаха: совсем уже плохую стеганку и обрывки кольчуги, в которых пробегал весь тот бой, я выкинул уже давно.
— О чем задумался, Каэхон? — дружелюбно поинтересовался Райдо, когда мы проходили мимо одной из деревенек.
— Да так, — отмахнулся я неопределенно. Левая моя рука привычно была вытянута немного вперед и двигалась параллельно земле. Копье в правой служило посохом, но я им уже почти не пользовался, навострился. — Скажи, как на меня смотрят люди?
— А, ты об этом, — рассмеялся он. — Хм, да, на тебя как на нищего все смотрят. Того гляди, милостыню давать будут.
— Хоть деньги на одежду появятся, — попытался пошутить я.
Райдо с готовностью расхохотался:
— Ладно, не бузи! Сейчас купим тебе нормальную одежку. Не лорда, конечно. Вообще странно, что все видят твою порванную, грязную рубаху и не замечают отличных сапог. Как ты только умудрился сохранить их целыми и даже не слишком запачкал?
— Новые потому что, — улыбнулся я. — Жалко было.
Мы зашли в какое-то здание, меня усадили на скамью.
Я с любопытством «огляделся»: одно дело — пытаться ориентироваться на природе, совсем другое — в здании. С одной стороны, сложнее: много предметов. С другой — легче: гораздо больше граней, а их чувствовать проще во сто крат. В доме я насчитал троих: моего друга, женщину, с которой он разговаривал, и кого-то мелкого и непоседливого. Вот это самое мелкое, пока женщина разговаривала с Райдо, подошло ко мне и поинтересовалось с милой непосредственностью: