Чтение онлайн

Тип корпуса: стержень, усиленный силовой каркас.

Длина (максимальная): 2900 метров.

Диаметр (максимальный): 410 метров (94 обитаемые и технические палубы + трюмный объем).

Полезное тяговое усилие: в норме – 2,1 Мт, в режиме форсажа – 3,3 Мт. Дальность плазменного факела в боевом режиме (одноразовые фокусирующие сопла входят в базовую поставку) – 14 000 км.

Автономность: 600 суток при наполнении топливных танков на 95 % и загрузке трюмов на 25 % внутреннего объема.

Дальность хода: 10 прыжков в гипере на дистанцию до 300 световых лет.

Тип прыжкового двигателя: гравитационный пробойник «Укор-3».

Тип двигательной установки: плазменный, смешанного типа «Торнадо Мк-21».

Энерговооруженность: два универсальных реакторных блока (термоядерные) «Сияние-М2». Мощность каждого: 40к Мвт.

Гравивооруженность: Гравикомпенсатор «Сизиф», генерация стабилизирующего поля до 75 Мт.

Максимальное ускорение: 4,5 G.

Экипаж: минимальная численность для сохранения контроля над судном: 411 человек. Рекомендуемая: 1920. Максимальная (в расчете на полную автономность и индекс обитаемости 0,7): 4400.

Летная палуба: 8 стартовых столов. Ангар на 72 машины. Из них истребителей: 32 (4 эскадрильи), штурмовиков: 16 (2 эскадрильи), торпедоносцев: 16, специализированных: 8. Авиакрыло: 380 человек летного состава и группы техобеспечения.

Пехотная и контрабордажная секция: казармы и арсеналы из расчета на роту тяжелой пехоты со средствами усиления. Личный состав: 250 бойцов и операторов систем вооружения, 150 легких ботов, 50 средних.

Грузоподъемность: не предназначен для спуска в гравитационные колодцы.

Вооружение: главный калибр – 2 туннельных ускорителя калибром 320 мм, объем боевого погреба: 144 кубометра. 16 пусковых шахт для тяжелых ПКР, БК на четыре полных залпа.

Системы активной обороны: 48 кластеров КАО «Немезида», 36 ЗРК «Пилум», пакетные стартеры малокалиберных ГСС и ГСР, 12 арткомплексов ПКО калибром 40 мм. Лазерные, плазменные и импульсные автоматические турели – в ассортименте.

Силовые щиты: двухслойный пассивный «Тор-2х8», активный «Лепесток».

Дополнительные комплексы: РЭБ «Сияние», РЭМ «Тишина».

Броневой набор: модульный композит 160–450 мм.

Мелькнули и погасли ТТХ крейсера. Всплыла и тревожно запульсировала подсказка текущего момента:

– ТАК «Марат». Статус: KIA. Потерянно 16 % массы конструкции. Разгерметизация 21 % внутреннего объема. Усредненный индекс обитаемости: 0,34 %…

Угнетенный электроникой разум привели в себя ощутимой ментальной оплеухой.

– …внеплановое пробуждение оператора. Запас энергии резервной батареи: 5,00 %. Статус организма – ограниченно здоров. Условные хитпоинты: 41/70.

Отмахнувшись от окошка текущего статуса, я огляделся по сторонам.

Лежу в мягком брюхе капсулы. Крышка бокса подрагивает и бессильно гудит сервоприводами – сквозь мутный пластик различима оплавившаяся балка, навалившаяся на стазис-модуль.

Мгновенно нахлынувшая волна паники заставляет упереться руками в прозрачный гроб и напрячь все силы. Последних явно с избытком – крышка легко поддается, а стальная рельса с грохотом валится на пол. Хотя, судя по бодрому звону, корабельная сталь гораздо ближе к титану или алюминию, но никак не чугуну.

Снаружи влажно – до капели с потолка, и холодно – до мгновенно проклюнувшихся мурашек. Потревоженный воздух клубится облаками фосфоресцирующих спор. Другого освещения в зале нет. Жмурюсь от назойливой зеленой пыли и натужно кашляю. Условия вне стерильного нутра капсулы – ниже плинтуса. Дышать тяжело, глаза уже начинают слезиться, ночевка внутри этого холодильника может стать летальной.

Подтверждая невеселые мысли, выскакивает очередное системное сообщение:

– Урон от агрессивной среды: –1 (40/70). При текущем индексе обитаемости помещения вы будете терять одну единицу хитов каждые 18 минут. Покиньте дискомфортную зону либо озаботьтесь средствами индивидуальной защиты.

Следом ругнулся имплант:

– Общая нагрузка на системы очистки организма: 62 %. Гарантированная работоспособность расходников до планового ТО – 1712 часов.

Я качнул головой – даже не хочется думать, сколько бы я продержался внутри этого полумертвого крейсера без помощи своего комсоставовского ки-модуля класса «альфа-прим». Хотя и так перспективы невеселые – судя по приговору, жить мне осталось часов двенадцать…

Надо шевелиться, хоть и трудно это!

Память тела зла – все еще ноет простреленное бедро, чешется обгоревшая спина, с трудом слушаются раздавленные техноразумным ступни. Что это – заторможенная реакция мозга или посмертные дебафы, дабы мы не расслаблялись и не пользовались мнимым бессмертием как читом?

Закусив от боли губу, перекинул ноги через низенький бортик капсулы и спрыгнул на палубу. Голые ступни ушли по щиколотки во влажный ковер разноцветного мха. Водичка, конечно, мартовская, но мягенько.

Первый же шаг в сторону заставил меня выругаться и запрыгать на одной ноге. Интерфейс моргнул алым и злорадно списал с меня две единицы хитов колотого урона.

Зашипев от боли – двести процентов чувствительности хороши только для виртуального секса – я осторожно извлек из распоротой пятки длинный шип рваного металла.