Чтение онлайн

– Ладно. А ты что делала?

Трайна вытащила сигарету и закурила:

– Она часто плакала. Все мы через это проходим. – Она избегала его внимательного взгляда. – Надо перетерпеть, потом становится легче.

– Что, – повторил Фостер, – делала ты?

Она отвернулась к окну, открыла его и пускала сигаретный дым в морозный воздух:

– Заткнула уши сидюшником.

Фостер смотрел на ее спину. Через несколько секунд она повернулась к нему, сверкая глазами.

– Нечего меня осуждать! – выпалила она. – Если бы я только знала, что… что она… – По ее щеке поползла слеза. Она вытерла ее дрожащей рукой.

– Значит, ты думаешь, что этот мужчина был ее клиентом, – сказал Фостер.

– А что мне еще думать?

– Выходит, она водила сюда мужчин?

– Она пробыла здесь всего несколько дней.

– И имени ее ты не знаешь?

– Я же сказала, что нет. Господи! – Она выбросила сигарету в окно и схватила с прикроватного столика салфетку.

– Откуда она?

Она вытерла нос:

– Да почем мне знать? Я мама ей, что ли?

– В данный момент, Трайна, ты ей ближе всех ее родственников, – сказал Фостер, приподняв бровь и ожидая, пока до нее дойдет смысл его слов.

Когда она поняла, что он имеет в виду, вся ее агрессивность улетучилась, плечи опустились.

– Ну ладно, парень, двигай отсюда, а то меня эти разговоры уже совсем затрахали.

Фостер сморщил нос:

– Прости, голубушка, еще не совсем. Нам с тобой еще нужно на опознание.

– Нет! – Ее голос сорвался на панический визг. – Не заставишь. Я ее даже не знала.

– Но ты знаешь, как она выглядит. Сможешь подтвердить, если это девушка из соседней квартирки.

– Я вечером работаю, – сделала она последнюю безнадежную попытку избежать визита в морг.

– Нет проблем, – успокоил Фостер. – Примерно через час мы закончим. Я подвезу тебя куда будет надо. Идет?

Она обиженно посмотрела на него:

– Выбора у меня ведь нет?

Он улыбнулся в ответ:

– Абсолютно никакого.

Подготовленное для их следственного отдела помещение в полицейском участке Эдж-Хилл к приезду Рикмена уже функционировало. Он проехал за двухэтажное здание из грязного кирпича. Магазины на противоположной стороне были по большей части заброшены. В середине ряда – поблекший желтый фасад магазина по продаже велосипедов, на соседнем углу белыми буквами на черном фоне – горделивая вывеска другого прогоревшего оптимиста: «Специалисты по мебели и роскошному интерьеру». Почти весь ряд домов стоял с опущенными рольставнями и заложенными кирпичом окнами верхнего этажа.

Школьные микроавтобусы съежились на стоянке среди полицейских автомобилей ради безопасности. Рикмен отвинтил радиоантенну и бросил ее в багажник. Хотя высокое ограждение и камеры наблюдения довольно надежно защищали машины от вандализма и взломов, у такой антенны не было шансов уцелеть. Он пошел кругом к входу в здание. Бывшие газоны, обозначенные низенькими кирпичными заборчиками, заросли сорняками. Он предъявил удостоверение личности, и его без задержки проводили к кабинетам налево от дежурки.

В помещении отдела поставили несколько дополнительных столов, и теперь каждый дюйм площади был занят компьютерным оборудованием, шкафами для документов и коробками. Рикмен немного задержался, наслаждаясь приглушенным рабочим шумом, разогреваясь, перед тем как приступить к делу.

Высокая блондинка проскользнула мимо него и начала обсуждать с другой женщиной-полицейским результаты поквартирного опроса жильцов. Несколько человек были заняты телефонными разговорами, задавая вопросы и делая пометки. Мужчина, в котором Рикмен узнал детектива с юга города, уткнулся в монитор, просматривая рапорты о пропавших. У него зазвонил телефон, и он поднял трубку. Разговаривая, он не отрывал глаз от экрана компьютера.

В дальнем конце помещения Рикмен увидел Фостера. Тот стоял под снимком с места преступления, прикрепленного магнитом к белой доске, и подробно описывал внешность погибшей. Задевая за стулья и углы столов, он начал пробираться к месту, где стоял сержант. Рикмен был высоченный, импозантный – его нельзя было не заметить, и уже через несколько секунд прекратились телефонные разговоры, стих стук клавиш и наступила тишина.

Рикмен заметил рвение и возбуждение на одних лицах, неприкрытое честолюбие на других. Когда установилось всеобщее внимание, он начал:

– Вы все уже прослушали предварительный инструктаж. Нам известно: жертва – женщина, вероятно, не старше двадцати, имени мы пока не знаем. – Он взглянул на Фостера, ожидая подтверждения, и тот быстро кивнул. – Криминалисты собрали улики на месте преступления, – продолжал Джефф, – но потребуется некоторое время для получения результатов, поэтому сейчас мы должны определить очередность действий. Первое, что следует сделать, – опросить свидетелей. Все они временные жильцы, поэтому, если мы их быстро не разыщем, потеряем совсем.

Следующее – выяснить все о жертве. Ее имя, друзья-подруги, если таковые имелись, контакты, привычки и – главное – ее передвижения в последние часы перед гибелью.

– Надеяться можно только на одно: они раскроют глотки, если им заплатить. На что они и рассчитывают, – сказал Фостер.

Рикмен уже привык к более чем бестактным замечаниям друга. В ответ он лишь поднял бровь и продолжал:

– Осторожно, но настойчиво. Убита одна из проституток, другие, возможно, в опасности; попробуйте до них достучаться. Необходимо установить личность погибшей.