Изгнанники Нирваны
Шрифт:
— Меф порожден не Хаосом, то есть принадлежит к низшей расе, — презрительно бросила Дара, — По большому счету, он всего лишь человек. Или почти человек. Забудь о нем, я приняла меры.
— Вот это меня и беспокоит, — негромко буркнул Мерлин.
Дара сделала вид, что не расслышала его слов.
VIII
Кажется, Льювилла обиделась, что любовник покидает ее так быстро, но Козырь для королевского дворца в Джидраше все-таки нашла. Поцеловав на прощание принцессу, Фауст прошел сквозь грань Теней, очутившись в сыром помещении, где стены заросли плесенью и паутиной. Похоже, это был подвал, и Фауст терялся в догадках: за какой надобностью Лью хранила Карту подобного места?
Дверь, сколоченная из толстых, слегка прогнивших досок, была заперта на ключ — естественно, снаружи. По ту сторону слышались голоса. Приложив ухо к щели, герцог расслышал обильно сдобренную бранью беседу нескольких стражников. Солдаты судачили о внезапном исчезновении нового короля и недомогании молодой королевы. По этому поводу строились различные предположения, которые сводились к выяснению главного вопроса — кто из венценосных супругов затрахал в доску оказавшегося хлипким партнера?
Порывшись в сумке, Фауст достал упаковку сонного порошка, вставил в ноздри фильтровальные шарики и, просунув трубку через замочную скважину, выдул в коридор солидную порцию. Болтовня часовых немедленно сменилась полифоническим храпом. Выждав немного, пока пыльца распространится на большую часть дворца, Сын Вампира выломал дверь и споткнулся о спящего солдата. Стражник был низкорослый, немолодой и кривоногий, из чего герцог заключил, что в этой дыре не слишком заботятся о боеспособности вооруженных сил. Тем лучше.
Он выбрал солдата с наибольшим числом нашивок на рукавах мундира и, приложив руку к скошенному лбу, произнес, медленно и отчетливо выговаривая слова:
— Где расположены покои короля Ринальдо?
— Третий этаж, южное крыло, — пробулькал сквозь сон охранник.
— Где сейчас королева Корал? — продолжал допытываться Фауст.
— Хрен ее знает. Наверное, там же — третий этаж, южное крыло.
Отпустив бравого воина, нирванец вызвал Мефисто, однако старший брат не пожелал козырнуться.
— Мой пони будет странно выглядеть в подземельях, — хохотнул Меф. — И вообще я помню дорогу и окажусь в твоем распоряжении через полчаса.
— Как знаешь. — Фауст пожал плечами. — Я пока поброжу по этой конуре.
В воздухе струился пряный аромат снотворной пыли, поэтому он на всякий случай разжевал пилюлю противоядия и лишь после этого обследовал коридор. Судя по всему, здесь хранился разный хлам вроде поломанной мебели, государственных архивов и жалких остатков казны. Обнаружив винтовую лестницу, Фауст невольно подумал: «Не та лестница…» — и двинулся вверх, перешагивая через спящих солдат, слуг и чиновников.
Он преодолел два яруса, прежде чем выбрался из подземелья и оказался на первом этаже дворца, где располагались кухня, мастерские и прочие подсобки. В каком-то закутке лежали в обнимку старый гвардейский капрал и юная, но очень упитанная повариха. Лосины гвардейца были спущены до колен, а его рука мертвой хваткой вцепилась в пышную ляжку. «Когда проснутся, у нее будет гематома», — машинально заключил Фауст, направляясь к следующей лестнице
Шеренга ступенек казалась невероятно длинной. Добравшись до середины, герцог припомнил, что на втором этаже в прежние времена устраивали балы и представления, а потому весь средний ярус дворца представлял собой зал с высоченным потолком. Вообще Кашерский дворец не слишком изменился, хотя в этом Отражении минуло не меньше тысячелетия с тех пор, как здесь гостили три брата из Нирваны.
Он вышел на предпоследний пролет, когда наверху взвыл замогильный голос:
— 0-о-о-н-н и-и-и-д-д-е-е-е-т…
Слова растягивались, словно источник звука удалялся с большой скоростью. Вопившего не было видно, зато вокруг ощущалось присутствие колдовства — слабого и не слишком опасного, но пакостного. На всякий случай Фауст обнажил меч и, не задерживаясь, продолжил восхождение.
Он поднялся еще на один этаж, и где-то внизу снова послышался жутковатый вой:
— О-о-о-н-н и-и-и-д-д-е-е-е-т…
Магические сторожа не всегда бывают безобидными; но этот оказался приятным исключением. Или побоялся связываться.
Третий этаж, устланный коврами среднего качества и заставленный дешевыми статуями, действительно напоминал типичную резиденцию монарха захудалого государства. Держа наготове Рубильник, нирванец прогулялся вдоль коридора, заглядывая в каждую дверь. Ринальдо он не обнаружил, но в спальне, на редкость безвкусно драпированной розовым шелком, наткнулся на Корал. Свернувшись калачиком, дочь Оберона спала поперек кровати, подложив под щеку обе ладошки. Самоцвет в ее глазнице был так велик, что веко не закрывало кристалл, и оттого казалось, что королева даже во сне посматривает по сторонам, выпучив кровавый глаз.
Фауст уложил бедняжку поудобнее и, не будя, спросил:
— Где Ринальдо?
— Я видела их на крыше, — пробормотала сквозь сон его будущая пациентка и повернулась на левый бок.
«Почему „их“, а не „его“? — мысленно удивился герцог. — Вероятно, с ним кто-то из придворных…»
Для начала он активизировал перстень, раскинув паутину энергетических шнуров. Перед магическим зрением немедленно выстроилось схематическое изображение дворца, нарисованное белыми линиями в голубом пространстве. Локатор сообщил, что поблизости находилось лишь два Повелителя Теней — сама Корал и кто-то на крыше. Сквозь Отражения быстро приближался сигнал, по которому Фауст легко узнал брата.
Удостоверившись, что никто не собирается его атаковать, он еще раз просканировал спальню при помощи магии и обнаружил на туалетном столике предмет, носивший несомненные признаки родства с Логрусом. Насколько Фауст разбирался в Искусстве, эта веревка длиной в пять футов должна была обладать зачатками одушевленности.
— Кто ты? — осведомился Сын Вампира. — Полагаю, тебя принес сюда Мерлин…
Ответ прозвучал у него в мозгу — за отсутствием голосовых связок, веревка не умела разговаривать, однако обладала слабыми телепатическими способностями.
— Принес и забыл. Я была его любимым шнуром для удушения.
— Коротковата ты для серьезной работы, — критически заметил Фауст. — Или умеешь растягиваться?
— До ста ярдов, — похвасталась веревка.
— Понятно. Вряд ли я смогу переправить тебя в Хаос. Может, согласишься на путешествие в Амбер, к родственникам Мерлина?
— Вполне, — обрадовалась веревка. — Мне здесь слишком одиноко.
Нужная Карта без задержки наладила контакт с Льювиллой. Принцесса в длинном халате полулежала на диване, лениво болтала босой ногой и, хихикая, сплетничала с незнакомыми Фаусту дамами — тощими, некрасивыми и увешанными драгоценностями. Почувствовав вызов, Лью впустила в свои покои призрачный образ абонента, затем удивленно произнесла: