Изгнание
Шрифт:
– Я надеялась, что в нем есть подсказка. Я помню, что писала что-то на полях, но, конечно же, страницы, которые были мне нужны, вырваны.
– Софи развернула часть с неровными обрывками бумаги.
– Кем вырваны? Ты не сообразила включить фотографическую память?
Софи объяснила о Мистере Форкле и о странных пробелах в ее памяти.
– Ясно, что там было что-то, что они не хотели, чтобы я нашла.
– Хорошо, только... хмм. Я имею в виду, как ты справляешься с этим, и, ну, ходишь в школу, веселишься с друзьями и ведешь себя так спокойно? Я бы бегал к Элвину с криками «кто-то украл мои воспоминания... верните их мне»!
– Элвин не может помочь, - сказала Софи, бросая бесполезный журнал на пол и пиная его.
– Никто не может.
– Вообще-то тут ты не права. Я знал, что буду тебе нужен. У тебя есть карандаш где-нибудь рядом?
Она указала на школьную сумку, он покопался в ней и вытащил ее серебряные карандаши. Потом взял журнал и начал подбираться к ней.
– Нет... вонючие мальчики сидят на полу.
– Ээээй, столько неблагодарности?
– спросил он, когда сел на цветастый ковер.
Он отогнул на книжке несколько уголков, потом взял карандаш и начал штриховать поля с заостренной стороны.
– Если ты нажимала достаточно сильно, когда писала, мы увидим отпечаток на следующей странице. Поверь мне, эта хитрость срабатывала много раз.
Софи перестала в этом сомневаться, когда покосилась на слабые белые изгибы и загогулины, которые вычерчивал Киф. Ее сердце забилось, когда отметины скрутились в слова.
– Думаю, это хороший знак, - произнес Киф, когда Софи вцепилась в тетрадку, чтобы записать сообщение.
Мальчик, который исчез.
– Надо было еще раньше понять, что это имеет отношение к какому-то мальчику.
– Мне было пять, Киф.
– А что, когда тебе было пять, милых мальчиков не было? Что ж, правда, ты тогда еще не встретила меня, но...
Софи перестала обращать на него внимание, когда в ее сознании всплыло изображение. Такой же расплывчатый символ, который она видела раньше, похожий на один из символов на футболке Бранта, но сейчас она могла увидеть больше из происходящего. Словно ее разум увеличился. Она могла сказать, что это был рисунок на плече кого-то, кто прислонился к дереву.
Она подбежала к столу, схватила журнал воспоминаний и отразила расплывчатую картинку, прежде чем та ускользнула.
– Это ежевичная майка?
– спросил Киф, выглядывая из-за ее плеча.
– Что? Погоди, это игра, в которую вы с Фитцем играли?
– Что-то в роде того. Мы играли один на один. Но есть еще и командная версия, и каждые три года мы устраиваем чемпионат. Печатают особые майки, и тот, кто в игре, покупает примерно десять штук и носит их все время. Это было...
– Восемь лет назад?
– предположила Софи.
– Да, думаю так. Но подожди... это твое воспоминание?
– Думаю да.
– Она села на пол, как только комната начала кружиться.
– Но восемь лет назад ты еще жила с людьми.
– Знаю.
Она жила с людьми и понятия не имела, что эльфы существуют. Ее телепатия даже не проявлялась.
И все же, если ее расплывчатое воспоминание было верным, она каким-то образом увидела мальчика в голубо-ежевичной майке.
Мальчика, который исчез.
Глава 49
– Ты в порядке?
– спросил Декс, когда она опиралась на него во время ориентации.
Софи зевнула и выпрямилась.
– Прости. Я просто устала.
Она долго не ложилась спать, пытаясь выжать побольше из того воспоминания, и когда она, наконец, сдалась и пошла спать, ей приснился странный сон о таинственных мальчиках, прыгающих из-за деревьев. Не помогало и то, что Силвени вмешивала в ее ночные видения Кифа. Он продолжал вплетаться в кошмары, называя ее Блестящий Зад, и это вызывало у Софи желание ржать и бегать кругами.
Если это произойдет снова, Софи точно пересмотрит свое решение на счет успокоительных.
Она пыталась сосредоточиться во время урока элементализма, но умудрилась сломать три бутылки, стараясь поймать маленькое грозовое облако. Леди Веда, хрупкая женщина с заплетенными черными волосами до пояса, не выглядела впечатленной.
Ее послеобеденное занятие прошло даже хуже. Земледелие проводилось со всеми учениками Третьего Уровня в саду, скрытого позади главного здания и заполненного деревьями, виноградниками и кустарниками, которые росли вверх, вниз, со всех сторон и по диагонали. Группа гномов объясняла, что они будут учиться выращивать продукты, которые подают в кафетерии во время ланча, так они смогут должным образом оценить работу и силу, которые вкладываются в это дело. Но Софи обнаружила, что это будет очередной предмет, где ее человеческое воспитание все испортит. К концу занятия, ей сделали выговор за копание, посадку и работу граблями, потому что она могла разрушить почву/растения/семена и всю вселенную с тем же успехом, учитывая то, как запаниковал Барт, очень маленький гном с зелеными волосами, приставленный для работы с ней.
Добавьте к этому очередное вонючее обеденное наказание с Леди Каденс, и Софи уже думала, что хуже дня быть не может. Но потом на стенах зала самоподготовки появилась проекция Дамы Алины.
– Внимание всех Чудес. Я только что получила известие из Совета, завтра утром будет сделано особое объявление. С вашими родителями свяжутся, как только мы договорим, но убедитесь, что они знают о том, что нужно получить официальный свиток, который будет доставлен в ваши дома завтра утром с особой инструкцией для прочтения.
Она исчезла без каких-либо дополнительных объяснений, оставив чудес шептаться и размышлять о том, что могло случиться.
Софи уже знала.
Она старалась не плакать, старалась напомнить себе, что это ничего не изменит.
Но все, о чем она могла думать - завтра это будет реальным.
Письмо от Совета было доставлено на следующее утро курьером в ярко зеленой накидке, с инструкцией открыть его точно в 10:00. Час и семнадцать минут ожидания были агонией, и даже если Софи знала, что будет в сообщении, она все равно плакала, когда читала четкий черный почерк.