Чтение онлайн

Рывком перехожу на глубокий уровень магического взгляда. В голове возникает тупая боль, глаза защипало, но в результате стала видна совершенно другая картина помещения. Шары света на самом деле едва светят жёлтым светом, кругом висит паутина страха, на всех полках с книгами видны тёмные, разлапистые жирные пятна. Но, кое–где заметен Свет. Чистый, но почти скрытый наслоениями страха и тени.

Угу. Понятно. А что там в самом начале? Вот там как раз почти нет нечисти. Монахиня, следящая за библиотекой, выглядит ярким пятном.

Видна её ещё устойчивая вера, уверенность в свои силы и яростная, отчаянная надежда. И чего это она на меня надеется? Тяжёлый вздох.

Ладно, ладно. Сделаю. Жалко, что ли? Формула очистки от нечисти и от всего, что с ней было связанно, имеет много последствий, одно из которых разрушение заражённого предмета. Значит нужно подправить. А ещё добавить заклятие восстановления страниц и строку защитного благословения, взятую из первой книги. Обновлённое заклятие сорвалось с левой руки широким радужным вихрем. Он быстро двинулся вперёд, развеивая на своём пути всю нечисть и всё, что с ней было связно. После него оставались чистые стены, пол, потолок. Книжные шкафы и вся литература на них стали целыми и неповреждёнными. Эффект получился потрясающий, однако это заклятие отняло много моих сил.

Даже на ногах стоять тяжело. Кстати, шары света теперь засветились так, как им и положено — ярким, чистым светом. Теперь можно возвращаться, ничего интересного здесь больше нет.

Смотрительница библиотеки, конечно, же, видела мои действия, думаю, что радужный вихрь её очень впечатлил, особенно последствия.

— У вас там были какие–то непонятные непонятности и много испорченных книг; я это всё подчистила. — Говорю обыденным тоном, будто занимаюсь подобными действиями через день. — Вы не против такого моего самовольства? — вслед за своим вопросом начинаю выкладывать заинтересовавшие меня записи и книги.

— Нет, что ты! У меня почему–то не получалось. — Сдерживая радость, торжественно ответила женщина.

— Ага. А где мне можно расположиться? — Спрашиваю, кивая на выложенную кучу книг и записей.

— Вот здесь, — женщина показала на широкий стол, стоящий в углу, справа от входа, — будет удобно.

— Да, кстати, я не всё нашла. Где можно взять оригинальный текст устава вашего монастыря?

— Зачем? — Удивилась смотрительница библиотеки. — Вот эти листы содержат полный текст устава. — Она внимательней осмотрела свёрнутые в трубочки листы. — А вот эти два мои. — Почему–то обрадовалась она.

Понятно. Здесь не всё так плохо как казалось. Здесь всё ещё хуже.

Хотя если тот, кто смотрит за книгами, не понимает моего вопроса, то возможно здесь хуже того, что хуже того, что ещё хуже.

— Это просто замечательно. Но, где его найти? — Настойчиво интересуюсь я.

— В личной библиотеке настоятельницы нашего монастыря. Там хранится последний. Не так давно было тринадцать монастырей посвящённых Светлой Воительнице, сейчас остался только наш. Говорят, что наша покровительница оставила нас и на монастыри легло проклятие. — Глуховатым голосом ответила монахиня.

— Бывает. — С самым философским видом соглашаюсь я. — Кстати, давно появились эти разговоры?

— Года три. Наши монастыри расходились один за другим. Сначала прекращали действовать молитвы и заклятия, покровительница перестала отвечать на наши обращения к ней. Этот монастырь последний. Здесь, у нескольких молодых послушниц, молитвы имеют силу. Все кто постарше теперь полагаются только на свою физическую силу. — Отрывисто и с горечью ответила монахиня.

— Очень хорошо. — Говорю я, перекладывая на стол принёсённые записи. — Ещё вопрос. У вас много больных и нездоровых. Почему их не лечат? — Привычным движением создаю шар света, пододвигаю стул и усаживаясь за стол.

— Болезнь появилась больше полугода назад. Вначале никто не обратил внимания на быстрое утомление. У многих стала проявляться раздражение по пустякам. Печаль, уныние, безнадёжность. А с месяц назад и общая слабость. Все, кто пришёл к нам недавно, быстро ослабели.

— З–замечательно. И что было предпринято? — Продолжаю спрашивать, не отрываясь от рассматривания различных рунных записей, предположительно одного и того же текста.

— Наши лекари не смогли справиться с болезнью. Они, даже, не смогли определить источник болезни. Мы дважды молились послать кого–нибудь в помощь, но наша молитва не была услышана. — Женщина печально замолкла.

— Угу. То есть никто не пришёл?

— Первый раз, три четверти назад, во время грозы пришёл путник:

мужчина, алхимик. — Неохотно ответила монахиня. — Он попросился переждать дождь. Утром его накормили нашим обычным завтраком. Он долго цедил воду, а после посоветовал нам смешивать её с морской солью или, по крайней мере, с землёй с северо–западного поля.

— Секунду помолчав, женщина возмущённо добавила. — Мы ему помогли, а он нам в ответ нахамил!

— А что это за поле такое? — Интересуюсь я, отрываясь от чтения.

— Около года назад земля на том поле стала горькой от соли.

Сначала пятно было небольшое, потом стало расползаться. Крестьяне хотели, даже, уйти из этих мест, но помогли эльфы. Они совершенно бескорыстно стали очищать землю.

— Понятно. Эльфы. А куда они девают соль? — У–у, какие хитрые эльфы!

— Говорят, что увозят в океан. — Без интереса ответила женщина.

Она резко опала с лица и её руки мелко задрожали. — Извини, я очень устала говорить с тобой. Наша покровительница совсем оставила нас.

— Ну, это вы зря. — Усмехнувшись, возвращаюсь к изучению документов.

— Это не смешно. Может быть, права была Мать настоятельница восьмого монастыря…..

Смотрительница библиотеки надолго замолчала.

— А когда она приходила? — Спрашиваю минуты через три, так и не дождавшись продолжения.

— Больше года назад. — Вяло ответила женщина.

— Восьмого монастыря? Погодите, вот, если верить этому документу, — Я разворачиваю лист бумаги и показываю женщине. — Тот монастырь прекратил своё существование два года и одна четверть назад!