Избранное
Шрифт:
Игра неясной тени с тенью.
Лик прошлого взирает молчаливо
На одиночество аллей под обнажённой сенью.
Струна печали - вздох тоски -
Дождливый шелест ночи.
А сердце, сжатое в тиски,
Как будто кровоточит.
С годами кажутся реальней сны,
И возрастает роль духовного наследства.
А в складках времени - вся бездна тишины
И длящийся восторг из детства.
Декабрь 2010 г.
* * *
Жест отрицания в листве летящей -
Намёк на проблеск послушанья.
Среди безмолвности звенящей -
Лишь ласки ветра на прощанье.
Чуть различимый шелест крон -
Стыдливой красоты сонеты.
Таинственной аллеи дивный сон,
В котором клёны не одеты.
Накидкой сброшенной там кажется листва.
Смятеньем - скрип незапертой калитки.
Меняет смысл растущая луна,
Как запятая в древнем свитке.
Там одиночество, глядящее дождливо,
В порыве ветра ищет тишину,
А в млечном сумраке назойливо тоскливо
Вздыхают тени на пруду.
Декабрь 2010г.
* * *
Теней стыдливых нищета -
Утраченных минут безмерность.
Как трепетность осеннего листа,
Раскрылась вдруг сама недостоверность.
И одуванчиком там кажется луна,
Что может облететь от дуновенья,
Там прошлое вздыхает у окна
И будоражит старые сомненья.
Там осени пурпурной одеянье,
Как шёлк шуршащий падает к ногам,
Картину позабытого прощанья
Художник-ветер пишет по углам.
Там вихрь в странице бытия
Причудливых не ищет соответствий.
Звучит печалью темнота
Средь леса призрачных приветствий.
И, внемля вечной немоте,
Протянется вневременная нить,
Мгновение замрёт на высоте
И вспыхнет светом, чтоб ожить.
Как трепетность осеннего листа,
Раскрылась вдруг сама недостоверность,
Теней стыдливых нищета,
Утраченных минут безмерность.
19.12.2010
* * *
О, времени расправленные крылья!
Что будет завтра, нынче с нами?
И хватит ли прямого мне усилья,
Чтоб не погасло жизни пламя,
Чтоб говорить с тобой без слов
И ощущать, как прежде, силу духа,
Неужто прошлое скроил я из кусков,
В которых годы - легче пуха?
О, времени расправленные крылья!
Хранители бездонности молчанья!
Его не нарушая, ощутил я
Твоё нерукотворное влиянье.
Декабрь 2010 г.
* * *
Средь мглы и холода небесные цветы
Глядят на белые безмолвные долины:
Там мирно спят все детские мечты,
Когда деревья были будто исполины.
Стучаться ль надо во врата былого,
Забытое чтоб вытащить на свет,
Пересмотреть всё пережитое снова,
Чтобы избавиться от мнимых бед?
Чтоб радужный пленительный обман
Померк пред истиной сухой и голой,
А призрак боли и душевных ран
Не врал в победы миг тяжёлый?
Кипение страстей зачем дано?
Чтоб возмущал поток речей пасквильный?
Чтобы взлетали и падали на дно
Под ропот - странный, ненасытный?
Ошибок голос слышится зачем?
Чтобы сорвать завесы с забытья?
А шёпот призрачный: "Останешься ни с чем..." -
Зачем из прошлого прорвался жития?
А чёрного сомнения узлы
Зачем так часто мы вязали?
А жить иначе мы б могли,
Чтоб в радости и без печали?
Зачем от нежных слов бежали,
Исполнены стыда и муки?
Не сделали, не поняли и не узнали,
Как можно было избежать разлуки?
Зачем терзали мы друг друга?
Злословили, страдали откровенно
От униженья, лживого недуга
И возмущались почти самозабвенно?
Зачем, вздыхая, жду твоей улыбки?
Боюсь ненастья прошлых лет?
И отчего мгновенья радости так зыбки?
В воспоминаньях, может, скрыт ответ?
Средь мглы и холода небесные цветы
Глядят на белые безмолвные долины.
Пусть правильные сбудутся мечты,
Чтоб в жизни стали более терпимы.
Январь 2011 г.
* * *
Алмазных капель блеск в траве,
Гирлянда радуги в лазурном небосводе,
Дождинок трепет на траве
И сочетанье светотени на исходе.
Среди закатного мелькания минут
Мятежное волнение застыло.
Какие изменения сейчас произойдут?
И что проявится, а что останется незримо?
Когда же многозвёздный неба шёлк
Колючим блеском словно опьянён,
Вползает сумрак, будто волк,
Пока покой тоской бессильной облучён.
Томленье ночи в ожидании рассвета,