Чтение онлайн

– Это еще не все проблемы для монетного двора, – сказал я. – Я хочу, чтобы были введены памятные медали участников боев Горге, Патме, на Великой Тисской Стене. Знак отличия Боевого Зверя – всем отличившимся в боях. Знак Прота – тем командирам, кто грамотно вел военные операции. И знак Ролли… прости, Ролл… за честность и преданность народу.

Все покивали и даже с увеличением жалования награжденным согласились.

– Итак… – продолжил я. – Мы самая мощная держава на всей территории этого материка. Поздравляю всех. Следующая наша цель, после восстановления экономики и численности населения, – дикари запада.

– Как? – удивилась Ролл. Помолчала с минуту и, видя, что на ее вопрос не реагируют, взорвалась: – Когда?! После восстановления?! Ты, Прот, не понимаешь, что говоришь! Там они людей едят! Они мой народ едят!

Я сел в кресло и, крутя в руках черные четки бывшего правителя Пасской империи, сказал:

– Я бы с радостью… Но вот что хочу сказать. У нас страшный кризис. Вы этого не знаете. Вернее, Игорь знает, мы с ним уже говорили. Да и Атаири знает. У него все под рукой, как говорится. Королева… и ты, Ролл. Вы не знаете, но война выбила каждого второго мужчину… Это страшные цифры. Сейчас у нас женщин даже не в два раза, а в четыре раза больше, чем мужчин. И ближайшие двадцать лет так и останется.

– Значит, ты предлагаешь ждать двадцать лет?! – Ролл была шокирована.

Попробовал Игорь:

– У нас еле хватает народа, чтобы не лишать города гарнизонов. Именно поэтому мы не пошли дальше в Пасскую империю. Нам просто некем воевать. У нас нет ни одного лишнего солдата. И провинции, что лежат севернее и западнее Патмы, нами не подчинены. Хорошо, если они примут отречение бывшего правителя и наши части не встретят сопротивления при оккупации. А если встретят? Мы даже наказать повстанцев не сможем.

Ее это все не волновало. Она закатила нам слезы, хорошо – без криков, и почти умоляла сделать хоть что-нибудь. Мы сказали, что подумаем. Игорь позже увел ее, и мы остались втроем.

– Инте уже пять лет, – сказала королева, намекая на наш с ней давнишний разговор.

– Да, я знаю, – сказал я и добавил: – С этого года пусть идет в школу учиться; после того как он пройдет ее, я начну его обучать всему остальному.

Королева кивнула.

Атаири сказал, что всем надо тоже идти отдыхать. Мы согласились и расстались, договорившись, что завтра встретимся и решим вопрос о местном самоуправлении для удаленных провинций.

Игорь уговорил Ролл не суетиться и подождать, пока мы изыщем возможность вернуть ее королевство. В виде компенсации за ожидание мы направили все найденные силы в Ворота Иса.

Они держались. С трудом, но держались. Не проходило и месяца, чтобы не произошло крупного штурма с применением артиллерии. И хотя все северные провинции пассов подчинились в итоге нашей воле, кое-то из торговцев все-таки продавал оружие дикарям. Мы периодически уничтожали заводы по производству металла и пороха. Ссылали в наш Рол всех мастеров, чтобы они работали на империю, но это мало помогало. Потом выяснилось, что многие металлурги и оружейники перебрались в леса дикарей и теперь уже производили оружие на не подконтрольной нам территории.

Спустя год до нас дошли слухи, что старый вождь убит и на его место пришел новый. Шаман вроде еще дышал. Мы даже не знали, что делать: радоваться или готовиться к новому нападению. Решили делать и то и другое.

За тот год многое что было сделано. В частности, реализовалась идея городских больниц, абсолютно бесплатных для населения. Открыли в сумме десять школ – на каждого преподавателя по школе. Обучали там минимуму, но мы радовались и этому.

Расцвела сахарная торговля с архипелагом. Ксенолог посетил Тис и Ристу. Обозвав нас помешанными на войне, он недолго пробыл в наших краях. Хотя, конечно, горячая ванна у меня в комнатах ему понравилась. Да и подобие цивилизации – тоже.

В частности, в Расте он заказал для своих островов сорок огромных зеркал и целую тонну стекла для своего города, что собирался возводить на главном острове. После долгих и муторных переговоров он купил у нас еще одну списанную галеру. Ту, что, помните, была повреждена в морском бою с пассами. Ее отремонтировали, конечно, но я ее приказал записать в запас береговой охраны. Вот мы ее и пропили. В прямом смысле слова – отдали за сахарную водку. Правда, денег от продажи водки северянам хватило на постройку трех фелюг…

Короче, он недолго был монополистом по производству сладкого тридцатиградусного алкоголя. Секрет приготовления по нашему поручению выкрал один из шкиперов вместе с мастером винно-водочных изделий. На «фи» ксенолога ответили тремя тоннами железа. Водку старались продавать за рубеж тем же северянам или через лояльных нам пассов – дикарям запада. Бизнес пошел.

С поправкой экономики появилась возможность заниматься исследованиями. Я снарядил экспедицию к архипелагу Роска, переименованному нами в архипелаг Вернова, его показала на карте Ролли. Игорь сам решил руководить и взялся отвезти наших мастеров из Рола на архипелаг.

Спустя недели две экспедиция вернулась, ошеломленная не столько полетами на нашем корабле, сколько залежами железа, никеля, меди и золота. Наскребли триста поселенцев и пять десятков гарнизона для основания там поселка. Хоть архипелаг и входил в состав короны Апрата, но он был полностью необитаем. Только редкое зверье и обилие вокруг рыбы. Вместе с поселенцами и отрядом послали пять орудий, запас пороха и ядер. Также почти каждый мужчина за счет государства был снабжен оружием и индивидуальным запасом пороха и пуль. А уж сколько всевозможных орудий труда мы послали с ними – это вообще ужас.

Караван из трех грузовых фелюг и одной боевой парусной галеры стартовал еще летом, чтобы только к зиме прийти на место нового поселения.

Зимой я летал к ним и видел, что они неплохо устроились. В провизии у них нужды не было, а все добытое золото в счет ранее предоставленного имущества я забрал с собой в капсуле.

Они не знали, что теперь будет еще и золотая валюта. Думали, что это для украшений столько добывается и плавится в слитки. Я не стал их разубеждать, но уже к лету по материку ходила золотая монета достоинством сто интов. Это было сделано, скорее, по просьбе купцов, которые устали таскать мешки денег.