Чтение онлайн

Ну а дальнейшее, дальнейшее, почитай, известно всем и каждому. С боярина стащили портки и лицом вниз уложили на телегу. Возница и тот мужик, который изначально неизвестно для чего был нужный, взяли лошадь с двух сторон под уздцы и воспитательный процесс начался.

Сначала было, боярин орал благим матом и грозился изничтожить всех подряд, особенно боярина Захара. На это Тимофей боярину тому сказал, что сейчас, кому бы он не угрожал и не грозился, он сейчас самому князю, Ивану Премудрому угрожает. А за такие угрозы можно не только задницы в непоротом виде, но и головы лишиться и боярин прекрасно это знает. После таких слов боярин как-то сразу затих, только кряхтел и постанывал изредка. Кстати, на самом деле воспитательный процесс никаким жестоким не был, потому как был воспитательным. Экзекуция довольно-таки скоро закончилась, помощник Тимофеевы помогли боярину слезть с телеги, а штаны уж он сам натянул.

Ну а далее, боярин Захар уже, сказал тому боярину, чтобы мусор и всякая грязь у его забора были убраны немедленно. Ещё он сказал, что как будут возвращаться назад, специально по этой улице поедут и если, не дай Бог, что увидят, тогда боярину по-настоящему несдобровать.

Боярин, чуть ли на колени не бухнулся, как убедительно пообещал, что через час от этого мусора и следа не останется. И что люди его отвезут этот мусор так далеко, что никогда-никогда и ни за что не найдёт его и не увидит. И тут боярин Захар вспомнил о привратнике, который в разговоре с ним какую-то мать-перемать упоминал. Вспомнил и приказал помощникам Тимофеевы притащить этого наглеца сюда и наказать как следует. Помощники первым делом посмотрели на Тимофея, а тот кивнул, мол действуйте, а про себя подумал: "Пусть потешится боярин Захар. Чем бы дитя не тешилось... Да и для дела полезно, разговоров больше будет". Притащили беднягу привратника. Тот тоже поначалу было орать и ту самую мать-перемать вспоминать начал. Но чуть погодя, после того, как первые розги прошлись по его спине и заднице, замолчал, видать вспомнил, что и хозяин его муки принял и не кричал при этом, значит и ему не след...

***

Когда человек Тимофея только начал стучать в боярские ворота, народ уже собрался и принялся дожидаться дальнейшего развития событий. Когда тому боярину про указ княжеский объясняли и к порядку призывали, народ стоял, даже рты пораскрывал, слушал значит. Стоял народ и тогда, когда с боярина штаны спустили и на телегу положили. Некоторые даже советы принялись давать. А вот когда первые розги прошипели-взвизгнули в воздухе и обрушились на боярские спину и задницу, народ моментально исчез куда-то. Нет, никто не убегал со всех ног боясь, что и ему достанется. Народ на самом деле просто исчез, растворился в воздухе. Вот они чудеса какие творятся, прямо как от волшебной палочки. Я тут подумал, а что если хворостина ивовая - сестра родная той самой волшебной палочке, на весь белый свет знаменитой, а?

***

Ну а дальше, можно сказать ничего интересного не происходило, почти не происходило. Разумеется ближайшие к боярину дворы, вернее, заборы их окружавшие, были завалены мусором. Но здесь людей и понять можно: слишком мало времени им для наведения порядка было отведено, вот и не успели. Боярин Захар хотел было хозяев и тех дворов экзекуции подвергнуть, но Тимофей оказался несогласным, о чем и сказал. По его словам выходило, что вовсе не обязательно хлестать всех подряд, одного достаточно. Если хлестать всех подряд, то руки очень быстро устанут, да и толку никакого не будет.

– Смотри вон. Видишь, убирает грязюку народ, старается.
– они как раз проезжали мимо чьего-то подворья.
– Зачем их сечь да наказывать, если они через голову княжеский указ поняли?

Боярину Захару ничего не оставалось делать, как согласиться. Правда пару раз телегу и прутья ивовые пришлось задействовать, но там, там хоть ради приличия шевельнулись бы, короче сами виноваты...

Чем дальше "группа товарищей" удалялась от базарной площади, тем чище выглядели околозаборные, призаборные и подзаборные территории, выбирайте, кому какое название больше нравится. Так что, когда до окраины города доехали, аж сами удивились. Там, на самой на окраине, околозаборные пространства чуть ли не светились и не блестели от чистоты, даже улицы и те были подметены. Тимофей подмигнул боярину Захару, мол видишь, и трудиться особо не пришлось. Достаточно было по городу проехаться.

***

Назад, к княжескому терему, возвращались другой дорогой, по другим улицам. И что вы думаете?! А как же, в семье урод обязательно должен быть, без него никак!Почти как у того боярина, которого самым первым выпороли... Правда забор помельче и пожиже был, но зато мусора и дряни всякой столько навалено, что с боярином тем посоревноваться можно, или об заклад побиться, у кого больше. Постучали в ворота. На стук вышел неопрятного вида мужик и хотел было тоже вспомнить о матери-перематери, но увидев, кто перед ним, раздумал. Боярин Захар приказал предоставить хозяина, сюда и немедленно, что мужик хоть и с неохотой, видать лень было с утра, пораньше шевелиться, исполнил.

Хозяин подворья, мелким купчишкой оказался, отчебучил такое, что и в пьяном виде не приснится. Когда около его забора обнаружили кучу мусора, ну а дальше выволокли и подтащили к этой куче, и приказали штаны снимать и отчебучил:

– Люди добрые. Верные слуги князевы, нельзя меня сечь да пороть. Мне моя задница дорога, потому как в деле моем, купецком, вещь незаменимая.

Ну, боярин Захар, тот удивляться не умел, оно и понятно. А вот Тимофей с товарищами сказанному купчишкой очень даже удивились.

– И как же ты её в деле своём купецком применяешь?
– спросил Тимофей.

– А я сижу на ней.
– нагло глядя в газа Тимофею ответил купчишка.
– Оно ведь как, если сидишь, значит порядок у тебя, и в лавке, и с товаром порядок. А если стоять будешь или, не дай Бог, ходить или бегать вокруг лавки, или товара, покупатель, он ведь тоже не дурак, да к тому же и сволочь изрядная, он ведь обязательно что-нибудь заподозрит. Натура у него такая, мерзопакостная.

Или мимо пройдёт, или, самое плохое, издеваться начнёт, цену сбивать. Мало того, что сам ничего не купит, так ещё народ его издевательства услышит. А народ, он сами знаете какой. Ему бесплатный скандал подавай только. Сразу по всему городу станет известно, что у меня товар дрянь, а сам я, жулик и обманщик. Понапридумывают сволочи, это уж обязательно. Вы вот лучше, если без порки никак, лучше бабу мою выпорите.

Жена купчишки, дородных форм женщина, стояла тут же и ждала момента, когда мужа её начнут пороть, ну, чтобы завыть-заголосить на полгорода, чтобы узнали все и на помощь пришли, это она так думала.

– Посмотрите, какой у неё круп! Гораздо поболе моего будет, раза в три, а то и в четыре, не промахнёшься. Опять же, мягкая у неё задница-то, знаю что говорю. Хлестать по ней, одно удовольствие будет.

Услышав такое от мужа единственного и благоверного, жена его, бочком, бочком, стала смещаться к воротам, но экзекуции не последовало, боярин Захар вмешался.

Тимофей со своими помощниками, те от услышанного чуть с коней не попадали. Тимофей уж было решил простить никчёмного купчишку. Хотел просто приказать ему убрать грязь и мусор, у забора сваленный, тем и ограничиться. Нет, предупредить конечно, что если ещё раз, тогда и ему и жене его достанется, причём с учётом этого случая.

А боярин Захар, поскольку удивляться не умел, тот понял всё по-своему. Поскольку купчишка этот несогласным быть выпоротым отказался, более того, сопротивляться начал, слова разные говорить, надо его к князю Ивану свести, пусть сам князь над ним суд правит, как приказано было.