Чтение онлайн

Тем не менее бывший пресс-секретарь «Родины» Ольга Сагарева вспоминает, что Рогозин в то время постоянно контачил с Сурковым. Но друзьями они не были, скорее — «партнерами по бизнесу». По крайней мере, на дне рождения Рогозина Сурков выразился именно так.

Об отношении Дмитрия Олеговича к Владимиру Владимировичу Сагарева рассказывает совсем другое: «Не просто уважительное, а именно трепетное, с примесью некоторого даже отчаяния, будто все поставлено на одну карту...» По ее свидетельству, когда в начале избирательной кампании президент не перезвонил Рогозину в течение нескольких дней, тот трое суток ничего не ел!

...В декабре новорожденный блок триумфально ворвался в Госдуму. Дмитрий Рогозин стал вице-спикером, а потом председателем партии «Родина». «Родина» успешно участвует в региональных выборах. Но в 2005 году любовь с Кремлем пошла на нет. С чего начался обратный отсчет?

Отступник

«В 2004 году Дмитрий Олегович был в Беслане, — говорит пресс-секретарь Рогозина Лидия Михайлова. — Вернулся, две недели говорить не мог... Стал требовать отставки правительства». Вскоре «Родина» взялась критиковать проект реформы системы социальных льгот. Мнение партии проигнорировали, и Рогозин рванул в оранжевом шарфике на майдан. Впрочем, любители конспирологии уверены, что вояж в Киев состоялся лишь потому, что некий спонсор «родинцев» хотел договориться с нарождающейся «оранжевой» властью по поводу неприкосновенности своих украинских активов.

Метания приобретали все большую амплитуду. В январе 2005 года Рогозин с четырьмя соратниками по фракции в Госдуме объявил голодовку протеста против монетизации льгот. Дальше — больше: заявил, что власть есть идейный враг, и крыл на чем свет стоит «Единую Россию».

На поверку буквально распираемый энергией Рогозин остро чувствовал свою невостребованность. И откровенно нарывался. В Кремле этих «страданий молодого Вертера» то ли не замечали, то ли не хотели замечать... Когда в эфир ТВЦ вышел скандальный ролик «Родины» «Очистим Москву от мусора», где под мусором надо было понимать лиц нерусской национальности, Рогозину был объявлен тотальный информационный бойкот. Партия лишилась регистрации на выборах в законодательные собрания в 7 из 8 регионов. Чем сильнее партию клеймили, тем выше поднимался ее рейтинг. Эксперты предрекали сокрушительную победу на выборах в Мосгордуму, но Мосгорсуд снял «родинцев» с выборов. Верховный суд это решение не отменил. Через четыре месяца Рогозин лишился поста лидера партии, затем и главы фракции. Формально — по собственному желанию.

Одни считали, что виной всему наполеоновские амбиции Дмитрия Олеговича, возмечтавшего возглавить «партию революции» с прицелом на Кремль. Другие все списывали на личную обиду Рогозина, которого власти активно задвигали за кулисы. Третьи не сомневались, что Рогозин стал жертвой политтехнологий. Мол, «Родину» придумали лишь затем, чтобы отобрать электорат коммунистов. Когда же перепуганный Зюганов согласился на условия Кремля, то партия Рогозина оказалась лишней гирькой в сложившейся системе сдержек и противовесов. Были мнения и повысоколобее: мол, «Родина» перешла ту тончайшую грань, которая отделяет социал-патриотов от национал-социалистов.

Тем временем Дмитрий Олегович засел за мемуары. Но не успокоился. Занялся сначала организацией националистического «Русского марша». А вскоре, на восстановительном съезде Конгресса русских общин, был избран председателем...

Нападающий

В Кремле, судя по всему, на Рогозина зла не держали. Или решили все-таки использовать неуемную энергию Дмитрия Олеговича в мирных целях. Сначала предложили пост губернатора Воронежской области. Рогозин предложение отверг, сочтя должность себе не по размеру. Наконец, в ноябре 2007 года международный комитет Госдумы и Совет Федерации одобрили его кандидатуру на пост постпреда России при НАТО.

Это было то, о чем он мечтал. То, что было неудобоваримо в Москве, — коктейль из патриотических чувств, приправленный широкой публичностью и собственными наполеоновскими амбициями, — в Брюсселе гармонично смешалось воедино.

Принимая пост, Дмитрий Олегович сразу разъяснил: его назначение — инициатива исключительно Владимира Путина. Его должность — «посол-плюс», или «суперпосол». А это означает прямую линию связи с Кремлем и минимальное вмешательство со стороны МИДа. Его полномочия будут простираться столь широко, сколь нужно, чтобы вколотить в головы чиновников из НАТО точку зрения России.

Надо сказать, все четыре года он служил Кремлю верой и правдой, не допустив ни одного видимого косяка. Замирение России и НАТО после грузино-югоосетинского конфликта — во многом его заслуга. Включив харизму, Рогозин сумел наладить неплохие личные отношения с руководством альянса и не только разморозил сотрудничество Совета Россия — НАТО, но и поставил его на широкую ногу. При этом бился, аки лев, обороняя интересы отечественной безопасности и реноме державы. Снискал репутацию жесткого дипломата и эффективного переговорщика.

В феврале прошлого года Рогозин был назначен спецпредставителем президента по взаимодействию с НАТО в области ПРО. Заметных успехов не добился, но оптимизма не утратил. Разъясняет: если будет согласие с НАТО по ПРО, тогда будет и все остальное, а если нет — «и в остальном будет хрен с маслом».

...Но и натовская поляна оказалась для такой харизмы тесноватой. Приближались выборы, и Рогозин, как солнечного луча, ждал призыва из Москвы. В сентябре приехал сам — на съезд КРО, призвал голосовать на выборах за Путина и влил Конгресс в его Народный фронт.

Вице-премьер

Призыва Дмитрий Олегович дождался. И какой смысл рядить, расчистит ли он авгиевы конюшни оборонки! Он по-прежнему убедителен и зажигателен. Выступает — публично и перед телекамерами — без смущения и шпаргалок. Глаголом жжет сердца кадровых генералов и оборонных директоров. И вся страна знает, что работа не стоит на месте.

Политическое кредо? Сам Рогозин говорит, что никогда не изменял своим принципам. Считает себя лидером «русского национализма с человеческим лицом». Не угомонились и злые языки: мол, его позиция всегда соответствует генеральной линии. Но, как говорится, на каждый роток...

Главное хобби, оно же призвание и род деятельности, остается прежним — политика. В брюссельских кабинетах наш герой заметно прибавил респектабельности. Но остался самим собой. На прощальном приеме посадил в посольской резиденции на память о себе два тополя, презентовав их иностранным коллегам как «Тополь» и «Тополь-М». Правда, многие юмора не усекли: названия баллистической ракеты и саженца на иностранных языках звучат по-разному. Но главное, чтобы поняли свои: Дмитрий Рогозин возвращался на родину...