Чтение онлайн

— Он меня ко многому привел, научил огромному количеству вещей… Да, Олег распорядился, что именно руководитель направления, отвечавшего за связи с регионом, после приобретения Самарского металлургического комбината будет заниматься делами местных «Крыльев Советов». Поддержка клуба была одним из социальных обязательств инвестора перед областью. Это была моя сфера, я ею и занялся. Все получилось вроде бы случайно, но сейчас думаю — так было предопределено свыше. Хорошо помню разговор на тему «Кем быть?», который мы с товарищами вели в 14-летнем возрасте. Тогда я заявил, что мечтаю стать не пожарным или космонавтом, а директором футбольного клуба. Притом что сам этим видом спорта никогда серьезно не занимался.

— Говорят, когда Дерипаска решил оставить футбольный бизнес, он начал подыскивать преемника. Вы оказались единственным, кто хотел работать в «Крыльях».

— Не совсем так. После создания РУСАЛа компания потеряла особый интерес к Самарской области. Для нее этот регион перестал быть стратегическим. А я уже прирос душой к клубу и не смог уйти. На первых порах Дерипаска продолжал помогать мне. Мне тогда оказывали помощь многие, например Сулейман Керимов, Роман Абрамович. Вкладывал я и свои собственные деньги. Сейчас о том периоде говорят разное, но я горжусь своей деятельностью. Тот стержень, что сейчас есть в «Крыльях», был заложен именно в то время.

— Когда вы покинули команду, у нее оказались огромные долги. Готовы взять вину на себя?

— Долги имелись, но они проходили по документам, все было прозрачно. Почему мы пришли к выводу, что клуб надо продавать? Размер активов — например, трансферная стоимость игроков становилась если не меньше задолженности, то приближалась к ней. При этом ситуация не была критической, и при продаже «Крыльев» все это понимали. Больше того, мы находились в шаге от гигантского прорыва. Оставалось не так много, чтобы впервые в российской истории сделать футбол самоокупаемым. Нам удалось увеличить среднюю посещаемость матчей до 26—28 тысяч, в то время она была самой высокой в стране. Команда играла очень зрелищно, в составе появились люди с яркой харизмой. Да и темпы развития рекламного рынка, спонсорские контракты позволяли рассчитывать на многое. Продержись мы еще два-три года, 60—70 процентов клубного бюджета можно было бы наполнять самостоятельно. К сожалению, мне не хватило финансовых возможностей, чтобы перекинуть этот мостик в будущее. А власти в какой-то момент изменили свою точку зрения и начали воспринимать проект по-другому. Хотя в результате им все равно пришлось стать владельцами клуба.

— Я правильно понимаю, что вы рассчитывали раскрутить игроков, поднять их стоимость и за счет этого финансировать клуб?

— Речь шла о монетизации внимания. Клуб развивался, наша аудитория росла, а вместе с ней увеличивался и интерес к команде. Бренд «Крыльев» становился все сильнее, спонсорский портфель увеличивался. У рекламодателей появилась возможность заявить о себе на местном рынке, но с выходом на федеральный уровень. В клуб начали поступать серьезные предложения о сотрудничестве. Очень перспективной выглядела сделка с «МегаФоном», хороший технический контракт предложил Nike.

— То есть угрызений совести по поводу долгов вы не испытываете?

— Слушайте, я любил и люблю «Крылья» и делал все, чтобы команда двигалась вперед. Результаты, которых я добился с клубом, идут мне в актив. Иначе остаться на футбольном рынке просто не удалось бы.

— Вы дружите со многими спортивными журналистами и телекомментаторами. Это хорошая возможность с их помощью делать себе пиар, правда?

— Ух как вы… Да, в футболе немало зависит от общественного мнения. Я действительно дружу со многими журналистами и горжусь этим. В первую очередь они мои друзья, а не люди, защищающие мои интересы. Больше того, если посмотреть, именно они сильнее всего критикуют меня. Например, информационный портал sports.ru — самый нещадный критик моей деятельности. Это близкие мне люди, а кусают они меня чаще других.

— Вы являетесь одним из владельцев этого портала и наверняка имеете право вето на публикации.

— В редакционную политику портала я не лезу совсем, такова договоренность с творческим коллективом. К слову, она отражена в акционерном соглашении. Существуют буржуазные принципы построения бизнеса. Есть, в конце концов, закон о СМИ. Я не могу указывать журналистам, что писать. Могу с ними спорить, ругаться, но ни одного материала я в жизни не снял… Хотя нет, один случай был. Пользовательский материал вышел ночью, немного касался меня, но речь не об этом. Там была карикатура на Коран. Я начал сразу апеллировать к редакции не потому, что имею отношение к «Анжи». Это сама по себе опасная тема, задевать религиозные убеждения людей нельзя. Но утром оказалось, что дежурный редактор сам снял этот материал.

— Большой поток новостей на портале дает отличную возможность вбрасывать выгодную вам информацию. Например, об интересе того или иного клуба к игрокам, которых представляет ваше агентство.

— Есть другие порталы, где сделать это намного легче. И мои менеджеры умеют организовывать, как вы говорите, вброс таких новостей. А sports.ru для людей, занимающихся управлением информацией в моей компании, вообще не является партнером. Ну вы сами посмотрите. Положительных новостей на портале обо мне очень мало. А мои проекты они критикуют ого-го как.

— Отрицать наличие договоренностей с некоторыми спортивными СМИ вы, надеюсь, не будете. В газете размещается нужная вам информация, а взамен издание получает эксклюзивный доступ к футболистам и тренерам, представляемым вашим агентством.

— Вы сейчас говорите о технологиях. У меня в компании работают сильные ребята, они знают, как надо действовать. Деньги журналистам за публикации мы не платим, это я могу сказать совершенно точно. Речь идет об управлении нашей репутацией и репутацией наших клиентов с помощью определенных инструментов.

— Вам не кажется, что, озвучивая с помощью СМИ заведомо ложную информацию, вы нарушаете нормы журналистской этики?

— Мы никогда не играем с фактами. С акцентами — да. С комментариями — да. Факты у нас защищенные, а комментарии — свободные. Я никогда не напишу просто так, что каким-то из наших клиентов интересуется, к примеру, итальянская «Рома». Для этого я должен создать предпосылки, чтобы им заинтересовались. Предложить его клубу или сделать так, чтобы его как минимум рассмотрели.

— Один из ваших друзей — Роман Абрамович. Можете рассказать, как познакомились с ним?

— Скажем так: с Романом Аркадиевичем я хорошо знаком. Познакомились мы во время поездки на чемпионат мира по футболу-2002, который проходил в Японии и Южной Корее. Я тогда возглавлял компанию «Украинский алюминий», а он приобрел алюминиевые активы у Льва Черного. Но близко начали общаться только через год, после совместного посещения матча Лиги чемпионов «Манчестер Юнайтед» — «Реал». Мы собирались на ту игру с Александром Мамутом, который предложил Абрамовичу составить нам компанию. Он как раз закончил первый этап сделки по объединению «Сибнефти» и «ЮКОСа»… Это был великий матч, он конвертировал человека, совершенно не интересовавшегося футболом, в драйвера этой игры. После него мы начали общаться ежедневно.