Чтение онлайн

– Просыпайтесь! Пожар! Скорее! Пожар! – кричала Тамара, вбегая в мою комнату.

Я недовольно открыла глаза и пробурчала:

– Какой ещё пожар? Ты бельё гладила и сожгла его?

– Да нет же! У соседей пожар!

– А мы здесь при чём?

– Нам надо покинуть квартиру. Собирайтесь.

– Но Лёва не разрешал выходить, – сопротивлялась я ещё не до конца проснувшись.

– Да проснитесь же! Пожар! Вы задохнётесь! Или сгорите! Собирайтесь!

Я очнулась, вскочила и быстро оделась в широкие брюки, широкий свитер и схватила папку с документами.

– Постой, Тамара! А как там пожар начался, если хозяев нет уже больше года? Это же квартира какого-то посла? Они заграницей живут.

– Я не знаю, Валерия. Но Владимир Николаевич уже предположил, что это поджог, чтобы вас выкурить из квартиры.

– Но потом, мы сюда вернёмся?

Тамара неуверенно кивнула.

– Я оставлю вас на минуту? Сама быстренько оденусь и соберусь.

Я высунулась из комнаты. В квартире уже был лёгкий запах дыма. Я вернулась в комнату, открыла шкатулку и нацепила на шею несколько особенно дорогих колье. На каждую руку повесила по пять браслетов. Под курткой всё равно не видно будет. На пальцы нанизала кольца, в уши сунула антикварные серьги – подарок Лёвы на пятилетие наших отношений.

Уже выходя из комнаты, я прихватила небольшую книжку и сунула её в документы. В гостиной меня ждал Владимир Николаевич.

– Ложитесь на пол! – приказал он мне.

– Что?

– На пол! И наденьте это, – он протянул мне странный респиратор.

Немного повозившись, я надела его и легла на пол. Через несколько минут ко мне присоединились Владимир Николаевич и Тамара.

– Сейчас нам грозит только удушение от угарного газа, – пояснил Владимир Николаевич. – Он очень лёгкий и концентрируется под потолком, поэтому мы лежим на полу.

– А респираторы нас разве не защищают? – спросила Тамара, заметно нервничая.

– Защищают. Просто мы минимизируем риски отравления. Эти респираторы не успели пройти тестирования лично мной, но в целом они на сегодняшний день считаются лучшими.

– Откуда они у нас? – спросила я.

– Купил на всякий случай.

– Я слышала, что можно просто тряпку смочить, – сказала Тамара. – И, кстати, может окно открыть?

И она привстала.

– Лежать! Тряпка мокрая от дыма только помогает, а от угарного газа нет! Запомните это обе на всю жизнь! А открытое окно усилит пожар.

– И долго мы здесь лежать будем?

– Пока пожар не потушат. Эвакуироваться будем только в случае открытого горения в квартире. То есть, если пламя к нам перекинется.

– Пожар там сильный?

– Да.

Мы лежали и слушали как по лестнице спускались кашляющие жильцы с разных этажей.

– Странно, а где же пожарные? – вдруг спросила Тамара.

– Не знаю, – мрачно ответил Владимир Николаевич. – Оставайтесь здесь, я посмотрю, что там происходит.

Через минуту раздался его голос:

– Уходим!

Мы с Тамарой подскочили и побежали в прихожую.

– Будьте внимательны обе. Те, кто организовал поджог, ждут нас внизу. Слушать меня и не спорить!

Он помедлил, оглядел нас, а потом щёлкнул замком на входной двери. И мы вышли.

Подъезд был заполнен дымом настолько, что я сразу потеряла в нём Владимира Николаевича. Спустя несколько секунд растерянности, он появился, взял меня за руку и приглушённо сказал:

– Второй рукой держитесь за Тамару.

Я нащупала сухую ладошку Тамары. Посоветовать ей крем для рук, что ли? Нельзя же так себя запускать! Даже держаться неприятно! Ладно, куплю себе новый флакончик любимого крема, а старый ей отдам, пускай домазывает.

Спускались по лестнице мы очень медленно не только из-за дыма, которого с каждым этажом становилось всё меньше и меньше, но и из-за Владимира Николаевича. Он осматривал все закутки каждого лестничного пролёта. А спускались мы с 12 этажа!

На шестом мимо меня что-то просвистело, а Владимир Николаевич заорал:

– Ложись!

Я плюхнулась на грязные ступени, за мной сползла бледная от страха Тамара. Услышав хлопок, я краем глаза заметила, что Владимир Николаевич уже достал пистолет. Перестрелка продолжалась недолго: мы услышали шум падающего тела и привстали.

– Дамы, помогите мне, – скомандовал Владимир Николаевич.

Я боязливо посмотрела на лежащее тело и спросила:

– Он мёртв?

– Нет, ранен, – спокойно ответил Владимир Николаевич. – Тамара, прекратите трястись, помогите посадить его вот туда. Когда пожар закончится, его здесь быстро найдут и помогут.

– А он не истечёт кровью за это время?

– Валерия! Этот человек собирался убить меня и Тамару, а вас похитить! Прекратите жалеть преступника.

Я задумалась над тем, кто в этой ситуации преступник, кто соучастник, а кто жертва. А Владимир Николаевич и Тамара пристроили нападавшего рядом с лифтом.

– Двигаемся дальше, – произнёс Владимир Николаевич и продолжил медленно спускаться.

– Это он поджёг квартиру соседей? – спросила я у него.

– Не знаю. Вполне может быть, что он, а может и не он. Вы должны понимать, что такие люди в одиночку на дела не ходят. Поэтому я вас прошу, будьте внимательны.

Тамара шла последней и постоянно всхлипывала. Она так боялась, что её тело сотрясала крупная дрожь, и она периодически оступалась. Надо Лёве сказать, чтобы в отпуск отправил её в какой-нибудь санаторий, нервы подлечить.

– Стойте, – на уровне второго этажа сказал мне Владимир Николаевич. – Вот, возьмите.

И он протянул мне сложенную в несколько раз бумажку и простой телефон, который был не просто старым, а древним, кнопочным.

– Зачем мне это?

– Если вдруг мы потеряемся внизу или со мной что-то случится, вы поедете по адресу, указанному на бумажке. Ключ от входной двери лежит под ковриком. А телефон включите один раз, в 9 часов вечера. Если до 9.05 он не зазвонит, вы его сразу выключите. Повторно телефон можно будет включить только в 9 утра. Запомнили?