Чтение онлайн

– Кто ты, Сара?

Я вызывающе вздергиваю подбородок.

– Если ты до сих пор этого не понял, предлагаю тебе узнать, пока еще не поздно повернуть назад.

Не успеваю я моргнуть, как Крис разворачивает меня лицом к перилам, и я хватаюсь за них руками, чтобы устоять. Ладонь его ложится у меня между лопаток, и он шагает ближе, обрамляя мои бедра своими, прижимаясь ко мне возбужденной плотью.

– Ты помнишь, что я обещал тебе в лос-анджелесском отеле?

– Да. Что перестанешь защищать меня от себя. Но ты не перестал, – обвиняюще отзываюсь я, уверенная теперь, что сейчас подходящее время и подходящее настроение, чтобы подтолкнуть его.

– Детка, я сдерживался сегодня, чтобы дать тебе отойти от того, что ты пережила. Но пусть это тебя не обманывает. Я не привез бы тебя сюда, если бы собирался защищать от себя. – Рука его по-собственнически распластывается у меня на животе. – Что еще я говорил тебе?

Ресницы мои опускаются, жар горячей лавой растекается по телу при воспоминании о том, как мы лежали в постели того лос-анджелесского отеля, нежно прижимаясь друг к другу.

– Что я буду твоей безраздельно, если останусь с тобой.

– Каждой клеточкой, – охотно соглашается он. – Это означает, что я познаю тебя полностью. Всю тебя. И в этот раз ты поймешь, что это такое.

– Покажи мне, – бросаю я вызов, желая, чтобы он владел мной целиком, чего не позволила бы никому другому. Никогда не думала, что захочу так много от мужчины, но это же Крис, и это единственный ответ, который мне нужен.

– Что показать? – спрашивает он.

– Каково это – принадлежать тебе, – осмеливаюсь ответить я, и жар скапливается внизу живота от эротических образов, вспыхивающих перед моим мысленным взором. – Потому что пока я этого не почувствовала. А я так хочу!

Он прикусывает мочку моего уха, дыханием дразня чувствительную кожу.

– Ты почувствуешь, Сара. Почувствуешь. – Он отступает от меня, и мне тут же становится холодно и одиноко. – Повернись.

Я натужно сглатываю, возбужденная возможностями, разбуженными его обещанием, счастливая, что мы совершаем это путешествие вместе, минуя стену, которую чуть не воздвигла потеря Ребекки. Я медленно, неуверенно поворачиваюсь и встречаюсь с его взглядом, но вместо горячих углей и тлеющей золы нахожу нежность.

Он кивает головой в сторону дверного проема.

– Иди в дом, детка.

Сердце мое сжимается от ласкового обращения, которое он часто использует, и того послания, которое я читаю в нем. В какое бы странствие он ни взял меня сейчас, мы по-прежнему будем вместе, когда оно закончится.

Он полностью владеет собой. Он уже больше не за гранью. Он собирается взять меня за грань. И я хочу туда с ним. Чтобы быть рядом.

Глава 5

В доме теплее, чем на улице, но все равно прохладный контраст с жаром, пылающим у меня внутри, когда я вхожу в гостиную. Нетерпеливое ожидание легким покалыванием бежит по нервным окончаниям, но шаги мои медленные, неуверенные. Я не знаю, куда Крис хочет, чтобы я пошла, и каких действий ждет от меня, но готова ко всему.

– Стой, – командует Крис, когда я дохожу до дивана. Я останавливаюсь, и он добавляет: – Повернись ко мне.

Я поворачиваюсь и вижу, что он стоит на другом краю кремового шестифутового ковра с мягким ворсом. Он скрещивает руки на груди, и пестрая татуировка дракона растягивается со вздутием мускулов. «Он символизирует силу и богатство – две вещи, о которых я мечтал в юности», – объяснил Крис, когда я спросила о рисунке. Я так хочу узнать, что побуждало его желать их. Чего он хочет сейчас?

– Разденься.

Я резко вскидываю глаза от руки Криса к его красивому непроницаемому лицу, ища там то, о чем он думает, и не нахожу ничего, кроме порочного требования. Я не удивлена его прихотью; Крис любит, когда я раздеваюсь донага, а сам он остается полностью одетым. Это вопрос власти и подчинения. Его власти. Моего подчинения. Я не всегда подчинялась ему с готовностью. А может, всегда, просто не признавалась в этом ни ему, ни даже себе.

Я сбрасываю туфли, словно играю стриптизершу у шеста, и первым снимаю наименее интимный предмет одежды. Может, я и желаю быть покорной, но все же Крис, как господин и повелитель, чуточку пугающий. И сексуальный. Такой чертовски сексуальный.

Следующей я снимаю куртку, и даже сейчас, как бы сильно ни желала этого, как бы ни доверяла ему, я чувствую себя уязвимой и незащищенной. Мне хочется понять почему. Но в то же время меня возбуждает то, что я раздеваюсь для него. Похоже, что уязвимость и незащищенность с Крисом заводит меня. В каком-нибудь ином случае раздевание для него можно было бы растянуть в соблазнительную игру, но это не тот случай. Я готова покончить с этим и узнать, что же произойдет дальше.

Я не смотрю на Криса, быстро снимая майку, потом выскальзываю из своих бархатных штанов. Остаюсь в красном лифчике и красных трусиках и останавливаюсь всего на мгновение, прежде чем продолжить. Расстегиваю лифчик и отбрасываю его в сторону. Следующими идут трусики, отброшенные подальше босой ногой. И теперь все так, как Крис и хотел: я обнажена, а он нет.

Глаза его совершают медленное жаркое путешествие по моему телу, и я потрясена, насколько эротичным может быть один лишь его взгляд. Я уже испытывала такое раньше, этот раз не первый, однако ничуть не менее взрывной. Я возбуждена сверх всякой меры, обнажена, когда он не испытывает того же, и в прошлом это меня беспокоило, но сейчас ничуть. Это часть его власти и контроля, и он был прав: я не только люблю, когда он командует, я больше даже не пытаюсь анализировать, почему быть под его господством теперь моя почти физическая потребность. Просто это так. И мне это нравится.

– На колени в середине ковра, – приказывает он.

Из возбужденной и уверенной я вдруг превращаюсь в комок нервов и колотящегося сердца. На колени? Ни о чем подобном он меня еще никогда не просил, точнее, не приказывал.

Я была полностью в его власти, стоя, обнаженная, на коленях посреди ковра. Сходство между записью Ребекки в дневнике и этим моментом поразительно, но именно разница между тем и этим скручивает меня в тугой узел. Ребекка писала о том, как Марк выставил ее перед всем клубом, как это потрясло и расстроило ее. Я же здесь наедине с Крисом, который, я уверена, никогда бы не совершил подобного. Она хотела того, что есть у меня.