Использовать до...
Шрифт:
– Не бойся! Я тоже!
– Ты?! Не наговаривай на себя!
– Я не наговариваю. Просто, если мне кто-то сделал что-то плохое, стараюсь ответить аналогично.
– А если вдруг я тебе сделаю плохо, что ты мне сделаешь?
Карпов сглотнул подступивший к горлу ком, закусил губу в раздумье:
– Пока не знаю, но я обязательно что-нибудь придумаю! – пообещал он.
– Ах, ты, коварный! – Таня с улыбкой подскочила к нему, обхватила его за шею, страстно поцеловала.
Он облегченно выдохнул, обнял её, закружил.
Таня вдруг замерла, побледнела, тихо попросила:
– Слава, не кружи меня! В глазах темнеет, - она, как-будто устало, положила голову ему на плечо. Дышала часто, судорожно глотая воздух.
– Что случилось? – забеспокоился Карпов.
Таня облизнула враз пересохшие губы, её била дрожь.
– Наверное, опять приступ! – подумала она.
Было страшно, но, она попыталась улыбнуться, вслух ответила:
– Ничего, просто голову обнесло! Бывает у меня так. Я на каруселях даже в детстве старалась не кататься, вестибулярный аппарат слабый, - успокоила она Стаса.
– Может, стоит к врачу обратиться? – предложил он.
– Я уже обследовалась в медцентре, - Таня назвала ему один из самых известных центров Москвы.
– И что? – поинтересовался Карпов.
– И ничего! – немного грубо оборвала его Таня, потом смягчившись, посмотрела на него, попросила:
Поехали домой!
Они сели в машину, приехали в дом Никонова. Быстро поужинали, сидели на диване, обнявшись, смотрели по телевизору старую добрую комедию « Иван Васильевич меняет профессию». Потом Стас направился домой. Шел по коридору, вспомнил, что хотел кое о чём поговорить с Никоновым, вернулся. Подошел к его комнате, коротко стукнул в дверь два раза, зашел. Немного смутился, попав в неловкую ситуацию. Алексей Аркадьевич был не один, от него тут же отшатнулся человек, лица которого при свете вечерней лампы Стас не рассмотрел. Он быстро спрятался за полупрозрачной занавесью, которой отделялась спальная зона в кабинете, уселся на кровать.
Никонов быстро надел на себя рубашку, торопливо застегивая пуговицы, недовольно поморщился:
– Стучаться не учили?
– Я постучался! – улыбнулся Карпов.
Прошу простить за внезапное и несвоевременное вторжение! Алексей Аркадьевич, нам с Вами нужно срочно поговорить!
– Это точно, поговорить нужно! – согласился он, усаживаясь в кресло, указав ему на соседнее.
Стас вольготно устроился в нем.
– И о чем же Вы хотели со мной поговорить?
– О Вашем с Таней разводе! – прямо сказал Карпов.
– Мы же обо всем договорились!
– Да, договорились. Но, у меня было условие, что ни Вы, ни Завидовский не будете больше претендовать на близость с Таней!
– Я соблюдаю это условие, Завидовский тоже.
– Вы его видели?
– Да, видел! И хочу высказать Вам, Станислав, своё неудовольствие! Да я просто зол на Вас! – возмущенно выпалил Никонов.
– За что? – спокойно спросил Стас.
– Вы ни за что, ни про что избили моего человека, а он, между прочим, начальник охраны банка и начальник моей личной охраны!
– Такой незаменимый! – иронично высказал он.
– Да, незаменимый! Что такого могло произойти, что Вы накинулись на него с кулаками?
– А Вы у него и спросите!
– Хорошо, я спрошу у него! Володя, подойди сюда! – обратился Никонов к человеку за занавеской.
У Карпова округлились от удивления глаза, но, он тут же нацепил на себя маску безразличия, будто всё в порядке. А сам про себя подумал, злорадно улыбаясь: «Это я очень удачно зашел! Вот где собака-то зарыта! Они, оказывается, любовники!»
Завидовский вышел в полурасстегнутой рубашке, присел на подлокотник кресла в котором сидел Никонов.
– Объясни мне ещё раз, Володя, за что тебя побил Станислав?
– Требовал денег, - нагло соврал Владимир.
– Посмотрите, что Вы с ним сделали! На нем живого места нет! – возмущался Алексей.
– А нечего было к Татьяне приставать! Она мне позвонила вся в слезах. Он привел её в свою новую квартиру, изнасиловать пытался, ударил по лицу. А она, между прочим, ещё пока что Ваша законная жена! Вот я ему и врезал! – не стал хитрить Стас.
– Володя?! Что это значит?! – изумленно повернулся к нему Алексей.
Ты же мне обещал, что не будешь больше с Татьяной!
– Прости меня! Обещал, но не сдержался, - извинился Владимир.
– Я очень расстроен твоим поведением, даже обижен! Какое ты имел право бить её! Сейчас уйди, потом с тобой поговорим, - Никонов надул губы, отвернулся от него, толкнул его с подлокотника прочь.
Владимир медленно застегнул рубашку, наклонился, подобрал в спешке брошенный на полу пиджак, небрежной походкой вышел из кабинета Никонова.
– А, задница у него, и в самом деле, хороша! – с едкой усмешкой прокомментировал Стас.
Алексей недоверчиво посмотрел на Карпова.
Карпов продолжил:
– Так это и есть Ваш близкий друг?
– Да, мы с ним уже десять лет вместе.
– Ого! Это срок! И с Вами, и с Танечкой? Хорошо устроился! Карьерист. И Вы ему доверяете? – Стас подал Никонову перенесенное на флешку досье на Завидовского.
– На досуге ознакомьтесь!
– Что это? Я хотел бы ознакомиться прямо сейчас.
– Да, пожалуйста! – разрешил Карпов.
Никонов настороженно просмотрел файлы, судорожно хватанул воздуха:
– Чего же ему ещё не хватало?! Итак я для него всё, что угодно делал!
– Ему нужны от Вас только деньги!
– А Вам они разве не нужны? Вы же не просто так у меня Таню хотите отобрать!
– Алексей Аркадьевич! Вы далеко неглупый, вполне адекватный человек! Рассудите сами! Таня никогда не любила Вас, она и не скрывала этого, была с Вами честной. Она Вас уважает, Вы стали для неё избавлением от Зелинского. Я люблю её, хочу, чтобы она была счастлива. А со мной или без меня, это неважно! Я в курсе, что при разводе ей должна отойти пятая часть Вашего состояния. Так не грешите, отдайте! Отпустите её с миром на все четыре стороны.