Чтение онлайн

Юрий не знал, кем на самом деле был "Алтын". Ему приходилось несколько раз работать с этим мрачным и молчаливым человеком лет пятидесяти. Говорили, что при царе, "Алтын" был жандармским офицером, а после революции превратился в нелегального разведчика иностранного отдела ВЧК во Франции. Некрасов знал одно, что этот таинственный человек являлся настоящим маэстро слежки и перевоплощений. В тоже время "Алтын" немедленно докладывал начальству о всех, даже самых незначительных, промахах своих коллег.

Мальцев следовал за стариком. Тот, подошёл к тумбе с афишами и принялся читать какой-то плакат, старательно шевеля при этом губами.

– Тоска, – подумал Александр и посмотрел на фигуристую девушку с корзиной, – прислуга чья-то…

Он с сожалением оторвал взгляд от красивого женского тела и вздрогнул. Старика не было! Он исчез!

– Куда же он провалился, старый хрыч? – запаниковал Мальцев, озираясь по сторонам.

Старика не было. Александр перебежал улицу. Заглянул через витрину в магазин парфюмерии. Затем зашёл в аптеку. Старика не было!

– Куда же он делся?! Не мог же дедушка испариться! – с отчаянием размышлял Мальцев, крутя головой и натыкаясь на прохожих.

Через десять минут Александр понял, что он потерял объект. Ему было очень стыдно:

– Надо же, деда столетнего и хромого упустил! – сетовал Мальцев.

Его стала мучить жажда.

– Сейчас водички выпью, – решил он, открывая двери маленького бистро.

– Кха-кха-кха… – послышался за его спиной громкий сухой кашель.

Мальцев обернулся. Это был тот самый старик, который медленно проходил мимо бистро.

– Появился, мерзкий дедушка! Дать бы тебе в морду! – зло обрадовался Александр и последовал за старичком.

– Ай-й-й – послышался сзади душераздирающий женский крик и визг тормозов.

Мальцев инстиктивно обернулся. Посреди улицы стояла женщина, схватившись двумя руками за голову, и пронзительно кричала. Почти вплотную с её ногами застыл старенький "Рено"…

– Дура, кто же здесь улицу переходит! – обругал про себя женщину Александр и хотел следовать за старичком. Но того уже и след простыл.

– Нечего глаза на баб было пялить! – совершенно спокойно прокомментировал результаты слежки Некрасов, – надо научиться концентрировать своё внимание. Нельзя отвлекаться на совершенно посторонние предметы и действия, которые к твой работе не имеют отношения. Понял, Пабло Мачадо?

– Да, – коротко ответил Мальцев, обрадовавшись, что так легко отделался.

– Завтра в девять утра выйдешь из гостиницы и будешь гулять до двух часов дня. Возможно за тобой будут следить. Постарайся обнаружить слежку. Возможно, что это произойдёт в какой-нибудь другой день. Меня завтра не будет. Да, не пользуйся услугами местных проституток. Наверняка подцепишь болезнь. Неизлечимую! – предупредил, вместо прощания, дядюшка Шарль.

– Как будто бы мои мысли прочитал! – вздрогнул Александр, – но после этого предупреждения, я всех местных женщин буду избегать. На всякий случай!

На следующий день Мальцев, как ему было приказано, вышел из отеля ровно в девять часов. Гулял по бульвару Сан-Жермен. Ему показалось, что его преследует невысокий мужчина в светлом костюме. Он попытался от него "оторваться". Вроде бы получилось. Тогда Александр решил заглянуть в бистро, где плотно пообедал, выпив бутылочку прекрасного бордо. Выйдя на улицу, он вдруг заметил, что за ним, соблюдая дистанцию в один квартал, двигалась очень полная женщина в белой шляпке и в длинном платье.

– Это у меня галлюцинации от выпитого вина, – решил Мальцев и вернулся в гостиницу.

Утром, ровно в семь часов, его разбудил Шарль.

– Хватит спать! Подъём! Рассказывай как прошёл вчерашний день! – приказал "дядюшка".

– Шарль, дорое утро! Я не уверен, что вчера за мной следили. Но мне показалось, что сначала меня преследовал мужчина, а после обеда – женщина.

– Описать можешь?

– Я, когда вернулся в гостиницу, сделал карандашом несколько эскизов, – сказал Александр, протягивая "дядюшке" блокнот.

Тот взял, полистал.

– Недурно… Весьма недурно! Почему ты мне, Пабло, никогда не рассказывал, что хорошо рисуешь? – раздражённо прошипел он.

– Так Вы же никогда и не спрашивали.

– Да, за тобой следили, но специально по дилетантски. Скажу тебе по секрету – это был один человек.

– Вот это да! – изумился Александр, – а он в действительности кто? Мужчина или женщина?

– Мужчина, – ответил Некрасов и без всякого перехода сообщил:

– Тема сегодняшнего занятия "Ликвидация людей или проще убийства". Да ты, племянник, не бойся! Это только чисто теоретический урок, – усмехнулся он, увидев, как вытянулось лицо Александра.

Был уже конец мая. Из Москвы не поступало никаких приказов, за исключением требований улучшить качество подготовки всех членов спецгруппы. Мальцев за это время научился многому. Бывали дни, что он так сильно уставал, что едва добравшись до кровати, мгновенно засыпал. Времени на посещение парижских достопримечательностей него уже не было.

Стояла глубокая ночь 27 мая 1939 года. Лаврентий Берия в своём кабинете работал с документами. Он вынимал из папки документы, внимательно их прочитывал и писал резолюции, иногда делая пометки для себя в толстой чёрной тетради.

– Так, это что такое? Это короткая справка об оперативной обстановке в Аргентине, которую я приказал подготовить к сегодняшнему дню, – мгновенно вспомнил Лаврентий Павлович и погрузился в чтение документа.

"… В настоящее время в Аргентине проживают около 300 тысяч этнических немцев.

Филиал национал-социалистической немецкой рабочей партии был создан в Аргентине сразу же после прихода Гитлера к власти в 1933 году. Первые месяцы он насчитывал в своих рядах около 300 членов. К Началу 1939 года его численность увеличилась почти до 3 тысяч.