Чтение онлайн

— Идиот! Ее там «Скорая» приводит в сознание. После звонка Назаровой, которая до нее не дозвонилась, как потом и до тебя, мои ребята вломились и к ней. Она напилась каких-то таблеток, они подумали сначала: все. Врачи хорошие попались, еще бы немного… Соображать надо в любой ситуации.

— Помоги мне встать. Поехали к Оле. Я не отдам ее в больницу. Мы справимся. Но я… Я даже смерти недостоин. Только башмаком по морде, как это сделал ты. Спасибо.

— Не стоит благодарности, — вытянулся Сергей.

Земцов внимательно смотрел на Петра Селина, которого привели на допрос. Реально существуют тупые люди, не способные сопоставить факты, проанализировать собственные поступки, просто связать пару слов. Но не менее реальна возможность косить под тупого. И в условиях проблемных доказательств вины это достаточно умная позиция.

— Я так и не понял, Селин, как в прихожей вашей квартиры оказалась гиря, которой вы воспользовались якобы для самообороны? Вы сами говорите, что регулярно спортом никогда не занимались.

— А я что, один там живу? Там еще две комнаты, в одной никто не проживает, в другой эта… артистка. Коммуналка. Говнище никто не разгребает. Кому надо. Расселять же будут.

— Когда, куда?

— Я и это должен знать? Без понятия.

— Если честно, мы проползли с экспертом по этой прихожей, — и особого «говнища», как вы выразились, не обнаружили. Пол был чистый, как и сказала Ольга Ветрова, которая с вечера его вымыла. И никакой гири там она не видела.

— Ольга не видела??? А что она вообще видит? Она — не в себе! Она на меня могла наткнуться и не заметить. Нормальный человек в соседа стрелять будет?

— Так нормальный сосед дверь не выносит. Допустим, замок заклинило. Он действительно с проблемами, мы сейчас разбираемся: заклинило или нет. Но! Почему вы не позвонили в дверь? Учитывая, что это не только ваша квартира, и для одинокой женщины нормально испугаться, когда дверь вышибают.

— А я звонил!

— Звонок в порядке. Почему она не услышала?

— Она говорит, что не услышала. А я говорю, что звонил!

— Так. Мысль ясна. Откуда, по вашему мнению, в прихожей взялась старая гиря, которая вам не принадлежит? С какого времени вы ее там видели?

— Я че смотрел, что там валяется? Дык может, всю мою жизнь. Я пол не мыл. Увидел эту полоумную с пистолетом, схватил, что под руку попалось.

— Опять двадцать пять. Ваша версия: откуда там гиря? Вам она не принадлежит. Других спортивных снарядов в вашей комнате мы не обнаружили. Одна из комнат принадлежит одинокой старушке, которая прожила там сорок лет, сейчас в пансионате для престарелых. В третьей — живет Ольга Ветрова. Гиря откуда?

— Так Ольга купила комнату у мужика! Мужик там жил. Может, его.

— Уже какая-то версия. Мы ее проверим. Селин, в вашей комнате иногда проживали разные люди. Родственники, знакомые, или вы ее сдавали?

— Ну… знакомые.

— Фамилии, будьте добры.

— Сдавал. Так, на ночь-две до поезда или самолета пересидеть. Я бомблю вообще-то. На вокзале просятся. Тыщи три за ночь можно взять.

— Документы смотрели? Данные записывали?

— Да не. Вы что!

— Доверчивый какой.

— Так я вперед деньги брал.

— А если не ночь-две, а десять проживут, тогда что? Или вы каждую ночь проверяли?

— Так я… билеты смотрел. Билеты они показывали, когда уезжают из Москвы. Может, кто-то гирю-то и забыл…

— Ну да. Из Магадана в Сочи, через Москву, со старой гирей в чемодане. Идея интересная.

— А я знаю, че они там везли…

— Вы обозначили круг лиц, которых установить невозможно. И все под дурика. А женщина у вас есть?

— Я не женатый. Ну, бывает…

— В московской квартире кто бывал? Только про вокзалы больше не надо, ладно?

— А я че — придумывать должен? Я снимал их там. Иногда и в коммуналку привозил.

— Имен-фамилий тоже не помните?

— Какие там фамилии, — заулыбался Селин. — Маши, Даши, как на самом деле — мне по барабану.

Он явно приободрился. Ему казалось, что дела его совсем не плохи. Он все объяснил.

— Так вы че мне шьете, может, скажете?

— Селин, вам давно предъявлено обвинение по статьям «превышение уровня самообороны», «причинение тяжкого вреда здоровью»… Вы это подписывали. Действительно с памятью плоховато?

— Я помню. Тогда про что разговор? Отпускайте до суда. Я найму адвоката. Пусть она обжалует компенсацию. За такое не сажают.

— О как! Прямо на глазах резко вырос интеллектуальный уровень. И про компенсацию знаете, и как обжаловать в курсе. И что за такое не сажают. Это с чего вы взяли? Вы голову женщине разнесли. Адвокат у вас есть, я правильно понял?

— А что, это проблема? Их как собак нерезаных.

— Не проблема. Просто дорого. Хорошо зарабатываете?

— Хватает. Мое дело. Так когда на выход? — он говорил уже почти игриво.

— У меня еще есть время, — спокойно ответил Земцов. — Побудете у нас. Мы рассматриваем версию умышленного нападения с целью убийства.

— Вы че, совсем?

— Не совсем. За комнату в коммуналке, которая наверняка досталась бы вам, в наше время могут и убить. Есть случаи. Встать, Селин, и в камеру. На будущее: разговаривайте корректно. Хамства не люблю. Правду придется искать без вас. Уведите его.

Сергей Кольцов столкнулся с Селиным, которого выводили из кабинета Земцова.

— Привет, — сказал он Славе. — Продвинулись с этим соседом?

— Он продвинулся. Согласен с обвинением по превышению и причинению вреда здоровью, ждет, чтобы его отпустили адвоката нанять. Готовится обжаловать компенсацию. Считает, что за это не сажают.