Чтение онлайн

– Хуана любит меня. Тетя Хуана любит своего Малыша.

– Ваше Высочество, – пролепетала Хуана, – он еще совсем маленький…

– Это я уже слышал. Эль ниньо! Хватит сюсюкаться, это ему вредно. Лучше скажи, как у него дела с уроками. Насколько мне известно, он еще не выучил алфавит.

– Ваше Высочество… – Ее любовь к племяннику наконец возобладала над боязнью брата. – Он еще слишком мал…

Филипп процедил:

– В его возрасте дети уже умеют читать. Пусть он последует их примеру. Иначе как он сможет хоть чему-нибудь научиться?

И, немного смягчившись, добавил:

– Хуана, я тебя ни в чем не виню. Просто ему нужны хорошие учителя.

– Не нужны, – снова насупился Карлос.

– Не прикасайся к нему! – строго приказал Филипп. – Не утешай, не балуй его. Его и так уже слишком распустили.

Хуана побледнела. Она и сама была еще ребенком. Матери она лишилась в раннем детстве. Карлос тоже рос без матери, вот что объединяло их. Эль ниньо, называла она его. Ее эль ниньо; от нее он научился первым своим словам. Это к ней он приходил за утешением или лаской, и она любила его, порой заменяя ему отца и мать. И вот теперь буйный нрав Карлоса начал пугать ее не меньше, чем спокойствие Филиппа.

– Его нужно научить дисциплине, – сказал Филипп.

– Я еще маленький.

– Пора становиться взрослым.

Карлос вцепился в подол тетиного платья и сердито покосился на отца. Филипп решил положить конец этой затянувшейся сцене. Хватит с него, он и так достаточно натерпелся. Неужели мало было видеть Марию Мануэлу, лежавшую на смертном одре? Неужели он должен еще смотреть на этого уродца с тяжелой головой, узким лбом и невзрачными глазами, блеклый цвет которых был чем-то средним между карим – от Марии Мануэлы – и голубым – от Филиппа?

– Учителей ему назначат сегодня же, – сказал он. – А тебе, Хуана, я приказываю – не потакай его прихотям. Обращайся с ним построже. В противном случае я буду вынужден запретить тебе встречаться с ним.

С этими словами Филипп направился к выходу. Хуана опустилась на колени.

Когда он покинул комнату, из-за двери послышался крик Карлоса:

– Хуана любит своего эль ниньо! Тетя Хуана любит меня!

Выйдя из детской, Филипп узнал, что во дворец прибыл герцог Альба. Тот как раз вернулся из Испании, откуда привез почту от императора.

Эти послания, сказал герцог, содержали секрет государственной важности, и император приказал вручить их лично Филиппу.

Филипп принял пакет и, отпустив Альбу, закрылся в своих покоях. Он был рад заняться делами. Ему хотелось поскорее забыть сцену в детской, где его вынудили сыграть не самую достойную роль.

Император писал подробно, с многочисленными отступлениями и воспоминаниями о давно минувших событиях. Он хотел пояснить Филиппу, каким образом они очутились в их сегодняшнем положении.

«Как тебе известно, мой дорогой Филипп, твой прадед король Фердинанд покровительствовал моему младшему брату Фердинанду. Я думаю, тому причиной были их одинаковые имена, ведь люди, как правило, неравнодушны к своим тезкам. Такова одна из человеческих слабостей. Так вот, мой брат Фердинанд получил испанское образование, а меня воспитывали в духе Габсбургов. В свое время твой прадед намеревался сделать Фердинанда королем Арагона или даже основать для него отдельное королевство. Кроме того, мой брат должен был стать регентом Испании, мне же отводились наследственные земли в Германии и Нидерландах. Но когда старый Фердинанд умер, я оказался сильнее. Меня провозгласили королем Испании, и мне причитались владения, принадлежавшие моему отцу. В то же время я не мог игнорировать права своего родного брата. У меня и так хватало неприятностей, и я не хотел наживать еще одного врага. Вот почему я сделал его королем Романским и пообещал после смерти передать ему титул императора.

Естественно, сын мой, я всегда желал, чтобы ты был единственным моим наследником. Ради этого я документально завещал тебе итальянский доминион империи, а также присоединил к испанской короне Фландрию и Голландию. Как ты понимаешь, это значит, что мой брат, будущий император, не получит ничего, кроме земель в Австрии. Конечно, это ему не совсем по вкусу, но после долгих переговоров я все-таки переманил его на свою сторону.

Ради такого важного дела мне пришлось согласиться на немедленный брак твоей сестры Марии с его сыном Максимилианом и дать согласие на то, чтобы после смерти Фердинанда Максимилиан – а не ты – унаследовал титул императора. Так вот, сын мой, ты в жизни мало путешествовал, и я хотел бы исправить это досадное упущение. Молодой Макс завоевал чувства людей, которые надеются когда-нибудь увидеть его своим правителем. Он стал одним из них. Они толпой следуют за ним по улицам, приветствуют его криками и рукоплесканием. Это довольно самолюбивый народ, и они желают иметь своего собственного правителя.

Мой дорогой Филипп, настало время и тебе навестить свои доминионы. Вот мое предложение. Максимилиан сейчас находится на пути в Испанию. Сразу по прибытии он женится на Марии. Я пообещал твоему дяде Фердинанду, что на время твоего отсутствия Максимилиан и Мария станут регентами. Полагаю, это нам ничем не грозит. Итак, по получению моего письма собирайся в дорогу. Тебе предстоит проехать через Италию, Германию и Люксембург, чтобы встретиться со мной в Брюсселе. Мне нужно о многом поговорить с тобой».

Филипп оторвал взгляд от бумаги.

Покинуть Испанию? Оставить Карлоса без присмотра? Расстаться с доньей Изабеллой и ее двумя мальчиками, которые доставляют ему столько радости? Нет, ему это не по душе. И, надо думать, испанцам его отъезд тоже не понравится.

Он догадался, что одной из тем, которые отец собирается обсудить с ним, будет его новый брак. Его вдовство и так уже слишком затянулось.

Ему не хотелось менять эту наладившуюся жизнь, но его обязанность сейчас заключались в том, чтобы покинуть Испанию, поехать на чужбину и взять женщину, которую он не желал видеть своей супругой. Он должен был выполнить свой долг, как всегда.

Вальядолид готовился к фиесте. Брак дочери императора Марии и ее кузена Максимилиана нужно было отметить с большим размахом и пышностью, чем все обычные торжества такого рода; испанцы хотели увидеть что-нибудь величественное, запоминающееся. Кортес возражал против отъезда наследного принца; члены кортеса даже написали императору, умоляя его оставить Филиппа в Испании. Иные придворные поговаривали, что император своими бесконечными заграничными походами наносит вред Испании и они желали бы, чтобы ими правил король, а не император.