Испанский башмачок
Шрифт:
— Что-то они опаздывают. Не люблю, — Александр Карлович скосил взгляд на вмонтированные в торпеду джипа часы, — не солидно. Тем более, сами назначили место и время.
— Наверняка в пробке торчат. Весь город дорожники перекрыли. Полный аврал, — оторвался от книги сидящий за рулём молодой дылда, из-за больших глаз чем-то напоминающий покемона.
— А нам-то, какое дело? — возмутился третий, расположившийся на заднем сиденье поджарый, слегка седой господин, — договорились на десять — будь любезен. Хоть с вечера приезжай. Это элементарная неуважуха. Мы, вон на десять минут раньше прибыли, не западло. Карлыч, может, уедем?
— Подождём ещё минут пять. Если не объявится, значит, переговоры не состоялись.
— И чего? — уточнил Покемон. — Стрелку перебьём?
— Нет. Будем считать это их отказом от намерений. Верно, Илья?
— Вернее верного, — согласился сидящий сзади, — не подкатили, стало быть, уступили. Мы, в конце концов, не последние люди. Опаздываешь — хотя бы позвони.
— Эт-т точно, — крякнул Покемон и вернулся к чтению.
Александр Карлович, более известный в народе, как Саша-Зелёный, лидер небольшого, но гордого преступного сообщества, чуть опустил кожаное кресло и засёк время. Сегодня он приехал на встречу с лидером другого, не менее гордого клана, Иваном Викторовичем Лопатиным, упомянутым в справочнике «Весь Петербург», как президент крупной строительной компании, занимавшейся среди прочего и восстановлением исторического центра города на Неве.
До недавнего времени оба господина вполне мирно уживались на городских просторах и даже ходили друг к другу на различные юбилеи. Пока их коммерческие интересы не пересеклись в районе озера Разлив, где, как утверждают историки, жил в шалаше великий Ленин. Саша-Зелёный задумал построить на берегу исторического озера элитный пансионат для нужд простого народа и получать в дальнейшем прибавочную стоимость как авторитетный предприниматель. Мир не без добрых идей. Все вопросы с городскими властями были утрясены, но вдруг в честный бизнес нагло вмешался Ваня Лопатин. Он, оказывается, тоже не забывал про народ и решил осчастливить его многоэтажным жилым домом с подземным гаражом, охраняемой территорией и видом на живописный водоём. И тоже согласовал все вопросы с властями. Саше, первому застолбившему землю, было до скрипа в зубах обидно, что какой-то там Ваня-строитель отнимает у него возможность позаботиться о людях. За это в фундамент цементировать надо. Живьём.
Первый раунд переговоров на высшем уровне ни к чему не привёл. Каждая из сторон доказывала свою правоту всеми законными способами и иногда даже в суде. Когда упомянутые средства себя исчерпали, руки по врождённой привычке потянулись к стрелковому оружию. Пара-другая неудавшихся покушений друг на друга, несколько павших нелепой смертью охранников… Начало строительства затягивалось, старая власть могла поменяться, а новая наложить вето на прежние контракты. Что было бы крайне несправедливо по отношению к народу.
К тому же затяжной войны не хотелось никому. Это сильно било по имиджу честных предпринимателей. Любая рядовая смерть члена клана теперь рассматривалась общественностью через призму конфликта.
Первым это осознал Ваня. Он лично позвонил Зеленому и предложил подписать декрет о мире. А заодно рассмотреть вариант декрета о земле. Проще говоря, поделить спорный участок. На крайний случай, можно потеснить шалаш, передвинув его метров на сто. У вождя в столице новая яранга, он в обиде не будет. Зелёный ответил, что подумает. Через пару дней примет решение. Посоветуется с главным инженером. «Конечно, подумать надо», — согласился Иван Викторович, после чего заявил, что будет ждать конкурента в субботу на Мойке в десять утра. Возле бывшего царского особняка. Для окончательного урегулирования спорного вопроса. По три человека с каждой стороны. «Почему там, а не пустыре»? — удивился Зелёный. «На всякий случай. Место людное, милиции много. До встречи, бай».
Александр Карлович, как уважающий себя деловой человек, на встречу не опоздал, несмотря на пробки. Но, справедливости ради, надо отметить, что и прибыл он не с двумя людьми. Вдоль Мойки прогуливались умело закамуфлированные бойцы, а тройка рабочих из его бригады закатывала на набережной асфальт. И городу польза и безопасность лишняя.
Так, но где же все-таки конкурент? Неизвестность начинала раздражать. Нет ли здесь злого умысла?
— Да брось ты свою книгу дурацкую! — Зелёный выплеснул негативные эмоции на Покемона. — По сторонам лучше смотри!
— Почему дурацкую? — возразил тот. — Нормальная книга — мата почти нет…
— Осталась минута, — напомнил Илья.
— Полторы, — возразил Покемон, — Карлыч, а что если?..
Задать вопрос он не успел. По крыше джипа что-то гулко стукнуло, и, судя по всему, осталось там лежать. Зелёный рефлекторно пригнулся, затем толкнул дверь и вывалился из джипа на асфальт. Вскочив, отбежал на пару метров и окопался за поребриком, прикрыв голову руками. Примерно тоже самое повторили компаньоны, успев при этом вытащить пистолеты и книгу… Опыт. Популярный в последнее время способ ликвидации — кладут магнитную мину на крышу авто и жмут кнопку «пуск». Не забалуешь…
Первым поднял голову Покемон. Бегло огляделся, не заметив ничего подозрительного, пополз к джипу, почему-то не взорвавшемуся, как подсказывали разум и чувства…
На крыше серебристого мустанга лежал чёрный ботинок сорок пятого размера. Покемон положив на землю книгу, осторожно взял его, заглянул внутрь. Пусто. Мин нет. Ещё раз посмотрел по сторонам. Затем наверх.
— Простите… Это мой.
Над ним, свесив ноги из окна третьего этажа особняка, сидел молодой парень в рабочей спецовке и опасливо улыбался.
— Это мой ботинок… Вернее, не мой… Велик немного. Извините…
До Покемона, наконец, дошло. Этот придурок наверху подшутить решил! Ну, урод!
Последовавшей за этим тираде мог бы позавидовать великий похабник Роман Трахтенберг. Через минуту к Покемону присоединился Илья. Пару реплик не мог не сказать и Александр Карлович. Правда, они были относительно безобидными, Зелёный всегда помнил об имидже, ибо слыл публичной фигурой…
Эдик же толком и не слышал господ. Его внимание сфокусировалось на пистолете, которым размахивал высокий парень со свекольным от ярости лицом, во второй руке державший ботинок. Он периодически направлял ствол на Эдика, отчего возникало неприятное жжение в животе.
Когда же дылда все же спрятал оружие под пиджак, реставратор постарался трезво оценить обстановку.
Черт!!! Это же тот самый джип, что окатил его грязью пятнадцать минут назад! Да, серебристый, с тонированными стёклами и нарисованным на запасном колесе мустангом! Они теперь решат, что я отомстить решил…
— Простите, это нечаянно! Я не хотел. Я сейчас спущусь.
— В асфальт закатаю! Вместе с твоим говнодавом!
— Это не мой… Мне его вернуть надо! Пожалуйста, не выкидывайте, я сейчас все объясню.