Чтение онлайн

— Ральф, ты видел когда-нибудь конкурс в купальниках из шоу «Мисс Америка»?

— Не отвлекайся и надевай вторую туфлю.

Я последовала его совету.

— Они выходят на сцену в купальниках и туфлях на шпильках. Ну и идиотизм! На пляже люди ходят в шлепанцах, а не на каблуках.

— Хочешь сказать, что Мисс Америка должна носить шлепанцы?

Словно невеста, собирающаяся отменить готовившуюся несколько месяцев свадьбу, я отчаянно возопила:

— Я не хочу быть объектом!

— Джинджер, дорогая, но ты и есть объект. Как и все мы. Мы занимаем определенный объем, появляемся на фотографиях. Лежим в гробах, наконец. Ты не можешь это отрицать. Ты объект.

— Нет, я субъект.

— Да, к тому же слегка сдвинутый по фазе. Но при этом ты являешься еще и объектом. И тем и другим одновременно, понятно? Знаю, это странно. Скорее всего, объект не должен сознавать своего положения, но так уж устроены люди. Однако мы способны совмещать эти два состояния, так что не надо противиться. Постарайся получить от этого удовольствие. Давай, вставай и дай на тебя посмотреть.

Получить удовольствие. О чем это он? Если тебе предстоит носить вещи, причиняющие физическую боль, нужно постараться получить от этого удовольствие!

Я заставила себя подняться. И почувствовала, что вес моего тела переместился на переднюю часть стопы. Я инстинктивно поджала пальцы, но не тут-то было. Поясница и спина заболели, а грудь выпятилась вперед. Я серьезно рисковала повалиться на живот.

Хммм. В принципе, мне нравилось, что я вдруг стала высокой. Возвышенной, если быть точной. Ноги где-то очень далеко внизу. Только вот какой-то особенной магии и внутренней силы я не ощущала. Опершись на правую ногу, я выставила бедро и скрестила руки на груди. На ум почему-то пришли слова: «Вот я какая, не шутите со мной». Откуда они взялись — черт знает.

— Ну как? — спросил Ральф.

— Вроде ничего. Правда, пока еще не пробовала ходить.

— Так попробуй.

— Ладно. Сейчас я непринужденной походкой продефилирую вон к тому зеркалу, — пообещала я ему и себе. Мои щиколотки пронзила боль, колени свело, и мне вдруг показалось, что лодыжки сейчас сломаются, и следующие несколько месяцев я буду передвигаться при помощи костылей.

— Ты словно по болоту идешь.

— Да это сложнее, чем кататься на коньках спиной вперед!

— Возвращайся и примерь эту пару. У них каблук чуть поменьше.

Я кое-как доковыляла до скамейки и с облегчением сияла туфли. И вдруг почувствовала себя заинтригованной. Было в этом процессе что-то неожиданно приятное. Он извлек из следующей коробки еще одну пару. На этот раз красного цвета, с открытыми пальцами и бантиком. Очень красивые, как бы мне ни хотелось это отрицать. Наверное, они подойдут к красному платью. Неизвестно, правда, будут ли сочетаться оттенки. Учитывая, что подследники остались в черных туфлях, я решила не мучиться и на этот раз обошлась без них. Моя босая нога снова отправилась в железные тиски.

Я встала. Из-за открытых носков пальцам не было так больно. К тому же, трехдюймовые каблуки выгодно отличались от пятидюймовых. Задрав штанину, я с удивлением обнаружила, что моя нога выглядела иначе и гораздо более привлекательно. Туфля выгодно подчеркивала форму стопы и слегка удлиняла ее. Интересно, во время занятий сексом моя нога будет так же напряжена? Неудивительно, что мужчинам нравятся шпильки. Еще бы, ведь женщины ходят, словно принимая удобную для секса позу!

Я подошла к зеркалу. С таким чувством, будто преподношу себя окружающему миру. Вот она я! На своем пьедестале. Великая и ужасная… и уж точно не «прямо как парень».

Прежде чем расплатиться, я убедилась, что в случае чего смогу вернуть их обратно. Вдруг они не подойдут к платью? Или я захочу вернуть платье? Или же снова стану самой собой и выброшу из головы все эти глупости. Мне сказали, что на это у меня будет тридцать дней. Думаю, хватит.

— Стриптиз — это медленная пытка. — Коко проводила специальное занятие для группы разведенных женщин. — Вот так, дамы. Я научу вас, как правильно мучить самого любимого человека в вашей жизни.

Женщины рассмеялись. Именно для этого они сюда и пришли — чтобы научиться привлекать мужчин, несмотря на то, что теперь их ненавидели.

— Суть в том, чтобы полностью раскрыть себя, но делать это нужно продуманно и без лишней суеты. Именно вам решать, что он увидит, когда это случится, и как долго продлится.

Хм. Наверное, я танцевала самый длинный стриптиз в истории. Стриптиз, длинною в жизнь. Похоже, настало время сбросить с себя всю одежду, образно выражаясь. Забыть о своих комплексах и последовать советам моей матери.

— И знаете, почему это работает? Потому что все мужчины очень боятся. А знаете, чего они боятся?

Она окинула комнату взглядом. Ответом ей была тишина. Я знала ответ, но почему-то никак не могла его вспомнить. Черт возьми, чего же они боятся? Наконец из последнего ряда подала голос невысокая хрупкая женщина:

— Что у них не встанет?

Коко указала на нее пальцем:

— В точку!

Ну, конечно! Как я могла забыть?

— Они живут в постоянном страхе, что не смогут проявить себя лучшим образом. Этот страх мотивирует каждое их действие. И, как ни странно, чем успешнее они становятся, тем сильнее боятся и ищут все новых доказательств своей состоятельности. И почему же стриптиз настолько эффективен?

Она вновь замолчала в ожидании ответа. Темноволосая женщина со светлыми прядками попробовала угадать:

— Потому что он просто сидит и смотрит?

— Дело не только в этом. Он отвержен. Подавлен. Лишен всех прав. Лишен снисхождения. Стриптиз — суровое испытание для него. Вот почему он так сильно возбуждает. Чем решительнее его отвергают, тем больше ему хочется. Следовательно, что для вас самое главное?

Никто не рискнул ответить. Я также ждала, чтобы она сама закончила свою мысль. Словно слышала все это в первый раз. Ведь раньше я не позволяла ее словам проникнуть в мои мысли.