Искушение
Шрифт:
– Что же произошло между вами и моим дядей? Похоже, мой дядя позаботился о вас, но вы, кажется, его ненавидите.
Джеймс наклонился к рюкзаку, и у Темперанс перехватило дыхание от его близости. Теперь я понимаю, что такое вожделение, подумала она. Однако я могу контролировать свои бурные эмоции.
– ...и женитьба, – произнес Джеймс.
– Простите, я не расслышала...
– Я сказал, что мой дядя намерен женить меня, а я не хочу жениться.
– Вообще никогда? – с большим интересом спросила Темперанс, поворачиваясь к нему.
– Ты женишься – и у тебя больше нет свободы! Жена хочет, чтобы ты был дома к обеду. Она хочет, чтобы ты ездил с ней в Эдинбург по магазинам.
Казалось, его вот-вот стошнит. Темперанс не выдержала и рассмеялась.
– Бедный, вас будто пытали! А что вы ожидаете от нее? Чтобы она залезла на гору и помогла овце рожать?
– Да, – сказал он так тихо, что Темперанс едва услышала.
Ей стало сложно, оторваться от его темных и яростных глаз, но она постаралась говорить как можно беззаботнее.
– Не влюбляйтесь в меня, Маккэрн! Ваш дядя платит мне, чтобы я хорошо выполнила свою работу, и как только я накоплю достаточно денег, то уеду в Нью-Йорк. У меня там дела. Меня ждут люди.
Джеймс улыбнулся ей так, что по ее груди заструился пот.
– Я не хочу жениться на вас, я хочу, чтобы вы снова оказались в моей постели.
– Вы, я и Грейс? Не слишком ли много народу?
Джеймс снова расхохотался.
– Вы мне нравитесь! Вы не такая, как остальные женщины. Так что же вам захотелось обо мне узнать, раз вы даже поднялись сюда?
Ну и догадлив же он... Ничего не скроешь. Поэтому чем ближе она будет к правде, тем лучше.
– С вашим дядей у меня был только один разговор. Он сказал мне, что если я пробуду вашей экономкой в течение... – она замолчала, – в течение шести месяцев...
По правде говоря, Ангус не ограничил сроки ее пребывания здесь, и иногда ее пугало это. А если ей не удастся подыскать Джеймсу жену за десять лет?!
– ...он отправит меня обратно в Америку и даже спонсирует одно из моих дел.
– Ваших дел?
– Я помогаю брошенным женщинам.
– А-а, как вы сами! Такой брошенной, что даже пришлось наниматься мыть полы!
– Ваш дядя – низкий, лживый негодяй, который отказывается снизойти выслушать или... – не выдержала Темперанс.
– Да, он именно такой, даже хуже. Вы мне ничего нового сказать про него не сможете, я все про него знаю. Но что он сделал вам?
– Описал эту работу как самую замечательную: лорд, большой дом в деревне. Я думала, что буду управлять штатом прислуги и что работа у меня займет не больше нескольких часов в день.
– А вместо этого у вас мы, – заключил Джеймс.
– Почему вы держите такими чистыми конюшни, а дом таким... таким...
Джеймс пожал плечами и потянулся за еще одним пирогом.
– Дом для меня ничего не значит, но я каждый год выигрываю на скачках деньги, поэтому лошади имеют слишком большую ценность.
– Но если бы вы женились разок...
– Одного раза с меня вполне достаточно.
Темперанс улыбнулась, подтянула коленки к груди, прижала их и посмотрела на деревню.
– Теперь я все понимаю! Несчастная любовь... Поэтому вы презираете всех женщин. Где-то я уже читала об этом.
Джеймс странно смотрел на нее, не отрываясь.
– Вы не поладили с моим дядей? Ему не нравятся женщины, которые видят вещи такими, какие они есть, правда?
Темперанс рассмеялась:
– Верно! А вы расскажете мне о своей жене?
– Нет, – ответил он, – вы же видите все насквозь, зачем вам о чем-то спрашивать?
Темперанс была готова откусить себе язык. Нужно было поинтересоваться между прочим, словно невзначай...
– А почему ваш дядя так одержим идеей женить вас? Потому что вам нужен наследник?
Джеймс усмехнулся.
– Ну, конечно, поскольку после моей смерти поднимется страшная драка из-за этой развалюхи!
– Тем более непонятно, почему он так настаивает на вашей женитьбе...
– Я думаю, дяде Ангусу просто нравится женитьба сама по себе. Он написал мне, что совсем недавно женился. Я ее не видел, но он пишет, что она лучшая из его жен, очень добрая, с мягким характером. Ангусу нравятся мягкие женщины.
– А какие женщины нравятся вам? – обрадовалась Темперанс.
– Не слишком любопытные! – заявил он. – Мне пора к стаду, – и поднялся.
– А Грейс? – решительно спросила она, поднимаясь.
– Какое вам дело до Грейс?
– Никакого. Я просто очень часто слышу ее имя рядом с вашим.
Он вышел, остановился на солнце и посмотрел на нее сверху вниз.
– Люди слишком много болтают, а вы слишком много слушаете. Вы собираетесь каждый день приносить мне обед?
– А вы дадите мне в помощь кого-нибудь в дом? Я не могу починить крышу или выгнать кур из спален.
– Какая разница, чисто ли в доме? Почему бы просто не получать деньги от моего дяди и отсидеть здесь полугодовой приговор?
Что она могла на это ответить? Что любая потенциальная невеста, которую пришлет мама, сбежит отсюда, сверкая пятками, увидев, в каком состоянии находится дом?
Темперанс отвернулась, чтобы скрыть румянец. Джеймс отлично чувствует: она скрывает от него что-то и пытается понять, что именно.
Она пошла за ним по узкой тропинке. Он забрался наверх и помог ей залезть по крутому подъему склона до старого дерева.