Чтение онлайн

Последний предмет мебели — письменный стол. Большое отделение: папки с бумагами, конверты. Я внимательно просмотрела каждый документ. Никаких упоминаний о деньгах. Ящики: письменные принадлежности, кассеты, руководства по эксплуатации электроприборов.

Сберкнижки! Нет, на счетах мелочь, не стоящая внимания. Обратно их, на дно ящика.

Я вытащила все три ящика из пазов и заглянула внутрь.

Есть!

К задней стенке приложился пакетик, схваченный обыкновенной черной резинкой. Я взяла его в руки. Бумажный.

Сняв резиночку, развернула пакет.

Денег в нем не было. Были письма какого-то Вадима к Галине.

Конечно, нехорошо читать чужие послания, но я хотела только просмотреть их, чтобы получить представление о том, какой характер они имеют. Вдруг некий Вадим упомянет о долларах.

Не упомянул. Зато изливать любовные чувства он умел, как никто: в письмах наличествовали и «моя единственная», и «несравнимая», и «желанная».

Какой кошмар.

В общем, обыск результатов не дал. Хотелось бы закончить дело, едва начав его, но не получилось. Жаль.

Короче, надо раскручивать ниточку под названием «Окружение Миши Кузнецова и потенциальный похититель десяти тысяч долларов». Придется перелопатить весь список знакомых, друзей, сослуживцев. Врагам Михаил Кузнецов вряд ли доверил бы свои мысли о правильном хранении долларов.

Интересно, а почему этот самый Вадим не помог Галине в ее беде? Кто он? И что он? Хотя почему меня это интересует? Ну было у мужчины увлечение девушкой, он писал ей письма, просил о взаимности. Раз его нет сейчас рядом, значит, нет вообще. И забудем о мужчине, когда речь идет о женщине.

Мне пришла в голову мысль — не поехать ли за Галиной и не спрятать ее подальше, потому как нельзя недооценивать старикашку Панина. Он точно не лыком шит, и голова у него на плечах не мякиной набита. Затем я эту идею отвергла. Наверняка меня пасут бандиты. Если поеду к себе домой, за мной тут же проследят и вычислят местонахождение моей клиентки. Нельзя так рисковать.

Я подошла к окну и выглянула. Темнота на улице. Я даже за временем не слежу. Увидела внизу какую-то «девятку». Присмотрелась. Морда разбита! Знакомая машинка. Пусть стоит, если ей так нравится. Ждите, ждите, ребята.

За обыском я провела остаток дня и полночи. Теперь надо было хоть немного поспать, а утром продолжить изыскания.

Ужинать не хотелось, события сегодняшнего дня отбили аппетит напрочь. Или все-таки заставить себя немного перекусить? Не буду.

Я тщательно закрыла дверь квартиры на массивную задвижку, надеясь, что она сдержит натиск злых сил. Долго дергала за ручку, чтобы удостовериться в этом. Затем, распахнув все двери в комнаты, прошла в спальню и, не раздеваясь, улеглась на широкую кровать.

Каков план наших дальнейших действий, Евгения Максимовна? Как решить возникшую проблему? Но время не повернуть вспять, чтобы исчезла эта злосчастная расписка на десять тысяч долларов. Кстати, не фальшивая ли она? Как это проверить? На листке вроде все было как положено: подписи, штампы. Хотя при современном развитии печатного дела изготовить эдакое — задачка не из сложных.

Пожалуй, следует для начала заехать в нотариат к заверившей расписку Ольге Васильевне Павловой. Выяснить, где находится ее контора, труда не составит. Только это будет утром.

Кажется, я заснула, но была разбужена легким шорохом. Я тихонько поднялась с постели и, стараясь шагать бесшумно, приблизилась к входной двери.

Кто-то пытался ее открыть. Замки уже сдали свои позиции неприятелю, оставалась задвижка. С ней-то, вам, мерзавцы, не справиться, уж поверьте мне! Хотя если долбануть по двери кувалдой, то и задвижка не спасет.

Сыграть шутку над моими ночными посетителями?

Я прокралась в спальню и взяла с подоконника утюг с переноской. Теперь вилку в розетку, утюг кладем набок прямо на пол, предварительно подложив свернутое в два раза полотенце, чтобы не прожечь дыру в линолеуме. Я поставила утюг на третью степень, самую сильную. Вскоре он накалится как следует, и станет тепло, не хуже, чем в тропиках. Я расположила утюг в двух метрах от входной двери. Допустим, что средний рост мужчины примерно один метр восемьдесят сантиметров. Прибавим для верности еще двести миллиметров. Если паренек звезданется сверху вниз, то каким-нибудь органом своего тела он обязательно приложится к горячей поверхности. Лбом или подбородком. Плечом, в конце концов. Мне все равно, главное — паника в рядах противника.

Теперь осторожно, едва слышно отодвигаем задвижку. Черт, она еще умудряется звякать! Выдаст меня с потрохами, железяка этакая. Теперь дверь может спокойно открыться. Что она и сделала. А я в это время уже затаилась справа от входа, если смотреть из общего коридора в квартиру.

Дверь открылась пошире, я почувствовала дыхание человека. Пока что одного.

Человек шагнул внутрь и споткнулся о мою вытянутую ногу.

И конечно же, упав, приложился к утюгу. Вот и славненько!

В темноте я не заметила, какое именно место на теле непрошеный визитер погрел раскаленной подошвой гладильного прибора. Может быть, нос, а может быть, губы. Или еще что-нибудь.

Его вопль, мне кажется, был слышен даже на улице. Человек вскочил на ноги и бросился назад. При этом налетел на шедшего за ним, сшиб его с ног и сам распластался на бетоне лестничной площадки, разрывая ночь криками.

Я захлопнула дверь и снова как следует заперла ее. Отключила утюг и поставила его на металлическую подставочку в виде сердечка — остывать. Теперь можно досмотреть прерванные сны, вряд ли кто-нибудь отважится снова нанести визит в квартиру пятьдесят шесть.

Кстати, о цифрах. Я попыталась сосчитать, сколько человек работают на Панина. Шестеро пытались захватить нас с Галиной у клиники. Трое находились в квартире во время разговора старика со мной. Всего девять человек плюс босс. Это все его силы или так, ближний круг?

Одного я вывела из игры, вряд ли он с обожженной мордой появится здесь снова. Завтра мои враги предпримут другие попытки взять меня в оборот. Звонить в милицию? Однако совсем недавно я уже испытала на себе, как моя милиция меня бережет. Так что пусть телефон отдыхает.

Остаток ночи я провела беспокойно, постоянно прислушиваясь к тишине в квартире, открывая глаза и напрягаясь, чтобы при малейшем шорохе вскочить на ноги как можно быстрее.

Под утро мне приснился человек, который протягивал мне открытый чемодан, набитый тугриками. Миллион или два миллиона тугриков, плотно уложенные пачки. На купюрах был изображен монгольский скотовод, сидевший верхом на корове, с головы до хвоста обклеенной долларами.