Чтение онлайн

— Мы только что оттуда, — заметил Свенсон как бы между прочим.

— И он все еще намерен идти? Сказать по чести, он, похоже, и впрямь рехнулся.

— Мы можем погрузиться прямо сейчас, — сказал Свенсон. — Мы знаем их местонахождение. Может, нам удастся найти полынью в миле или полумиле от «Зебры». Тогда будет совсем другое дело.

— Может, вам и удастся отыскать иголку в стоге сена, — заметил я. — На то, чтобы найти эту полынью у вас ушло шесть часов, и то нам крупно повезло. Только не говорите про торпеды: лёд в этих местах образует целые горные хребты, их основания уходят в глубину на сотни метров. У нас уйдет часов двенадцать, а то и несколько дней, пока мы снова пробьемся на поверхность. А я смог бы добраться до станции за два-три часа.

— Если не окоченеете на первых ста ярдах, — сказал Хансен. — Не упадете с ледяной горы и не сломаете ногу. Не ослепнете через несколько минут. Если по неосмотрительности не угодите в свежую полынью, и тогда вы или утонете или, если вам удастся выбраться, за тридцать секунд превратитесь в ледышку. Но, даже останься вы цел и невредим, я буду очень рад услышать объяснения, как вы намерены вслепую отыскать место в пяти милях отсюда.

Или вы собираетесь нести с собой гирокомпас весом в полтонны? Ведь в этих широтах магнитный компас как мертвому припарки. Магнитный северный полюс находится много южнее, далеко на западе. Даже если бы вам и удалось сориентироваться по нему, вы все равно прошли бы мимо лагеря в какой-нибудь сотне ярдов и никогда бы об этом не узнали. И даже если у вас будет один шанс из миллиона туда добраться, как вы собираетесь идти назад? По бумажной веревочке? Вы что, потащите с собой клубок веревки длиной в пять миль? Безумие, если не сказать хуже!

— Я могу сломать ногу, утонуть или замерзнуть, — согласился я. — Все может случиться. Но найти дорогу туда-обратно не самая хитрая штука. У вас есть радиопеленг «Зебры». К тому же вы знаете точное местонахождение. Вы можете передавать радиопеленг на любой приемник. Так что останется только взять с собой радиопередатчик, чтобы держать с вами связь, и вы будете наводить меня на «Зебру».

— Все просто, если бы не одна загвоздка, — возразил Хансен, — у нас нет такого приемопередатчика.

— У меня в чемодане лежит «уоки-токи», дальность действия — двадцать миль.

— Надо же, какое совпадение, — пробормотал Хансен. — Выходит, вы прихватили его просто так, случайно. Держу пари, у вас в чемодане припасена целая куча всяких штучек, правда, док?

— Содержание чемодана доктора Карпентера не нашего ума дело, — с легким укором проговорил Свенсон, хотя раньше он придерживался совсем другого мнения. — Давай-ка лучше подумаем о том, кто с ним пойдет. Однако, положа руку на сердце, вы, доктор Карпентер, не можете рассчитывать, что кто-то из нас одобрит вашу нелепую затею.

— Никто и не просит вашего одобрения, — сказал я. — Оно совершенно ни к чему. Все, о чем я вас прошу, — это держать со мной связь. И еще — собрать рюкзак с провизией. А нет — я и без него обойдусь.

Я вышел и направился к себе в каюту. Точнее — в каюту Хансена. Войдя внутрь, я заперся на замок. Потом набрал цифровой код на замке и открыл запор. Чемодан мой по меньшей мере на три четверти был забит самой лучшей теплой спецодеждой, какую только можно купить за деньги. Хотя лично я не выложил за нее ни пенса.

Сняв с себя одежду, которая тогда была на мне, я натянул длинное нижнее белье, шерстяную фуфайку и плисовые штаны, затем — шерстяную парку, сшитую в три петли и подбитую чистым шелком. Парка была не совсем обычная: снаружи, чуть ниже левой подмышки, на ней имелся специальный карман на замшевой подкладке, и еще один, такой же, правда, других размеров, с правой стороны. Пошарив на дне чемодана, я извлек три предмета. Первый, 9-миллиметровый автоматический манлихер-шенауэр, я надежно спрятал в левый карман, который, собственно, и был для него предназначен; другие два предмета, пара запасных обойм, так же надежно разместились в правом кармане.

Все остальное я надел на себя довольно быстро. Две пары толстых шерстяных носков, войлочные стельки и различные утеплители: из меха карибу — поверх парки и штанов, из меха росомахи — внутрь капюшона, из тюленьей кожи — поверх сапог, из другого оленьего меха — на перчатки и шерстяные варежки.

Опустив снегозащитную маску и очки на шею, я засунул водонепроницаемый фонарь во внутренний карман парки, достал «уоки-токи» и закрыл чемодан. Потом набрал код. Хотя особой надобности в этом уже не было — манлихер находился у меня под левой рукой. Запихнув походную аптечку и стальную фляжку со спиртом в рюкзак, открыл дверь.

Свенсон стоял там же, где и раньше, — на центральном посту. Вместе с ним был и Хансен. Там же собрались и другие, те, кого не было, когда я ушел, — Роулингс и Забрински. Трое самых здоровых парней на борту — Хансен, Роулингс и Забрински.

— Так вы дадите мне «НЗ» или нет? — спросил я Свенсона.

— Напоследок только одно слово, — сказал Свенсон. — Запомните хорошенько, ваша затея — чистое самоубийство, а шансы равны нулю. Я вам своего согласия не даю.

— Хорошо, я все запомнил, при свидетелях. Давайте «НЗ».

— Я не могу дать вам своего согласия, потому что случилось непредвиденное. Один из наших техников, обслуживающих электронное оборудование, как обычно проводил тест на точность калибровки эхоледомера и выяснил, что «полетела» катушка перегрузок. Перегорел электромотор. А запасной у нас нет. Если придется срочно погружаться, я уже не смогу снова всплыть на поверхность. Это — самое главное, так что теперь всем нам заказано выходить на лед.

Я не стал корить капитана за его уловку, я просто немного разочаровался в нем: у него было достаточно времени, чтобы придумать что-нибудь получше.

— «НЗ», капитан. Я могу получить его или нет?

— Значит, вы все-таки решили идти? Даже после того, что я вам сказал?

— О, ради Бога! Я пойду без провианта.

— Моему старпому, торпедисту Роулингсу и радисту Забрински ваши слова не по душе.

— Лично меня это нисколько не волнует.

— Кажется, они вовсе не намерены вас отпускать, — настаивал он.

Они были сущие громилы, эти трое. Как три горы. У меня было столько же шансов пройти мимо них, сколько у ягненка, который пытается проскочить мимо умирающего с голоду льва. Я был вооружен, но, чтобы достать оружие, мне пришлось бы сначала раздеться, потому что парка связывала меня по рукам и ногам.