Искатель, 1997 № 10
Шрифт:
Не обращая внимания на Алену, которая с растерянным вином все еще лежала на полу, Игорь шагнул к матери. В руках он держал охотничий нож с костяной рукояткой. Это оружие он всегда носил с собой, зная, что оно придает ему чувство превосходства и защищенности.
— Раздевайся!
— Ах ты, поганец!
Женщина еще не верила в то, что ей, в ее собственном доме может грозить серьезная опасность.
Игоря это довело до неистовства: его оскорбили! Он сделал ложный замах. Женщина чуть отшатнулась, и тогда он нанес ей сильный удар кулаком в челюсть.
— Ты что?!
В голосе женщины звучал не испуг — изумление. Она до сих пор не поняла всего, что происходило. Нормальный человек, имея дело с обалдевшим от дури наркоманом, оценивает его поведение обычными мерками и сильно ошибается.
Игорь ударил женщину еще раз — и свалил ее на пол. Толкнул ногой. Заорал дико и в то же время весело:
— Раздевайся, сучка! Ну! Давай, давай! И ножки врозь!
Он бросил взгляд на свой неудовлетворенный сучок, торчавший из куста бурой кучерявой шерсти под животом и радостно загоготал.
Страх парализовал женщину. Она уже поняла — происходит нечто невероятное. Она вдруг утратила всякую способность сопротивляться Только тихо скулила, как продрогшая собачонка, выброшенная хозяином из теплой комнаты на мороз.
Игорь, ощутив прилив небывалого возбуждения, стал рвать на ней одежду. Он бормотал что-то бессвязное, скрипел зубами, рычал.
Хват за ворот, и халатик с треском распахнулся. Стукнули пуговки, разлетаясь по полу. Он увидел перед собой белое тело женщины, тяжелые бугры грудей с розовыми пуговицами сосков, впадину пупка…
Резким толчком он опрокинул се на пол.
— A-а! Не хочешь?! Все равно будешь!
Игорь с бешенством рванул трусы, подсунув пальцы под резинку.
— Гыр-р-р!
Ему хотелось загрызть распростертую на полу женщину, кусать ее, рвать зубами.
Трусы не поддались и не порвались. Тогда он потянул их вниз, стягивая на ноги. Женщина ожесточенно задергалась, забрыкалась, начала размахивать руками. Она не желала сдавать последнюю баррикаду. Она царапнула щеку насильника, оставив на ней красные следы ногтей.
В ярости Игорь наотмашь ударил женщину ребром ладони по горлу. Та захрипела. В этот момент, пришедшая в себя Алена вскочила с пола и набросилась на Игоря со спины. Она пыталась схватить его за шею, оттащить от матери.
Тот, не осознавая что происходит, зная лишь одно — на него напали, отмахнулся ножом. Сталь клинка вошла в тело девушки. Она истошно вскрикнула от неожиданной боли, ноги подломились. Она упала сперва на колени, потом ткнулась лицом в пол веранды.
Не обращая на нее внимания, Игорь стал наносить ножом удары в бок женщины, лежавшей под ним. Он рычал от ярости, захлебывался бессвязными словами. И это продолжалось до мгновенья, пока его не сотрясла судорога освобождения…
Несколько минут он лежал на полу, приходя в себя. Потом встал и побрел к машине. Сел за руль. Поддал газу.
Только выбравшись на шоссе, Игорь стал приходить в себя, вспоминать что произошло. Вспомнил и испугался. В уме, в лихорадочном борении путанных мыслей, рождался план, позволявший уйти от ответственности. Надо было бросить машину, загнать ее в место, где ее трудно найти, потом сказать, что ее угнали и остаться в стороне от случившегося.
Подходящее место найти удалось без труда. Он подогнал джип к краю крутого откоса, под которым лежал глубокий овраг. Заглушил мотор, выключил передачу, вылез из машины, зашел сзади и толкнул ее вперед. Джип стал медленно сползать вниз.
В американских фильмах, где показывали автомашины, слетавшие под откос, их падение обязательно сопровождалось эффектными взрывами. Над столкнувшимися лимузинами вверх взмывали огромные клубы оранжевого огня и черного дыма. Взвивался гриб, похожий одинаково на ядерный взрыв средней мощности и вулканическое извержение. Раскатистый грохот сотрясал воздух. Вверх и в стороны из клуба огня и дыма со свистом разлетались рваные куски металла. Короче, все выглядело жутко и впечатляюще.
Когда джип, подпрыгивая на неровностях, покатился под обрыв, Игорь, повинуясь инстинкту самосохранения, упал на и землю, прижался к траве. Стать жертвой взрыва собственной машины ему не хотелось. Не поднимая головы, он прислушивался к звукам, которые доносились из темноты. Там шуршали кусты, через которые прорывался джип, скрипели камни, задетые колесами, брякала распахнувшаяся на ходу дверца.
Дождавшись, когда все стихнет, Игорь собирался уйти, как вдалеке по дороге, которая тянулась в гору, за перегибом высоты размашисто полоснули по темному небу яркие лучи фар.
Игорь понял — вот-вот из-за гребня покажется машина. Он отбежал от дороги и упал в кусты.
В последний раз дождь шел два дня назад, но земля и трава в овраге оказались сырыми. Левой рукой он попал в грязь, липкую и скользкую. Чертыхаясь, замер на месте, боясь выдать себя движением.
Судя по гулу мотора, машина приближалась. Игорь приподнял голову и увидел по дороге на небольшой скорости мимо проехала милицейская «Волга» с мигалкой на крыше. Зеркальный отражатель, вращаясь, кидал в стороны синие тревожные всполохи.
Внезапно Игорь дернулся и застонал. Острая боль пронзила икру правой ноги — ее сковала судорога. Действие дури кончалось и тело переставало быть таким же энергичным и послушным, как час или два назад.
Сознание медленно освобождалось от дурманящего тумана. Игорю вдруг стало страшно. Сердце колотилось, в висках застучало гулко и болезненно. Повинуясь первому порыву, он вскочил и бросился в поле.
Сперва он бежал не разбирая дороги. Ему казалось, чем он быстрее унесет ноги от машины, тем лучше.
Он споткнулся о кочку, врубился подбородком себе в колено, да так, что клацнули зубы. Земля под ногами вдруг стала мягче — он выбрался на пашню. Бежать стало труднее. Ботинки вязли в рыхлом грунте. Тогда он пошел шагом.
Соленый пот тек по щекам, и он слизывал его, потом ругался и сплевывал вязкую слюну. Нож все время держал в руке жалом вперед. Он боялся, что кто-то может напасть и ему потребуется обороняться.
Он споткнулся во второй раз и плашмя шлепнулся в большую лужу. В нос ударил запах перегнившей травы. Куртка на груди промокла, и тело ощутило мерзкую холодящую сырость.